Виктор Ерофеев   /  Владислав Иноземцев   /  Александр Баунов   /  Александр Невзоров   /  Андрей Курпатов   /  Михаил Зыгарь   /  Дмитрий Глуховский   /  Ксения Собчак   /  Станислав Белковский   /  Константин Зарубин   /  Валерий Панюшкин   /  Николай Усков   /  Ксения Туркова   /  Артем Рондарев   /  Архив колумнистов  /  Все

Наши колумнисты

Ксения Собчак

Ксения Собчак: Искусство промолчать

Фото: Алексей Даничев/РИА Новости
Фото: Алексей Даничев/РИА Новости
+T -
Поделиться:

Наша общественность предпочитает обсуждать мертвых, а не живых. Единственное, что может ее отвлечь от разговоров о том, так ли уж хорош был человек, только что погибший в результате трагической катастрофы, — это подробный анализ, кто и что по этому поводу неправильно сказал.

Я уже почти не удивилась, когда главным событием вчерашнего траурного дня внезапно стало обсуждение постов Божены Рынской, со всеми полагающимися в таких случаях проклятиями, плевками и театральными пощечинами.

Чем заслужили столько общественного внимания слова человека, не вполне здорового в узкомедицинском смысле? Божена пишет много такого, за что ее могли бы возненавидеть даже те, кто не умеет читать. Делает она это, видимо, совершенно осознанно. Такая страсть к эпатажу мне вполне понятна, поскольку я и сама отдала ей дань лет этак в двадцать, в период «Блондинки в шоколаде». Есть ощущение недолюбленности, недооцененности? Ну что ж, тогда я оденусь в костюм какашки и испорчу вам праздник. Ах, это поминки? Да какая разница.

По каким-то причинам уважаемая Божена из этого возраста так и не вышла, и ничто не доставляет ей большего удовольствия, чем выступить в амплуа старухи Шапокляк. Свою задачу она с лихвой выполняет, дивиденды от этого получает. Каждый раз, когда вы пишете в соцсетях «Будь ты проклята!», в нежном сердце Божены расцветает еще одна фиалка. Но помилуйте: произошла ужасная трагедия, погибли девяносто три человека, пользовавшихся значительной известностью в стране. Неужели это событие не способно хотя бы на время отвлечь нас от того, чтобы с подозрением зыркать глазами по сторонам: этот скорбит как-то неискренне, эта высказалась невпопад, а тот, кажется, вообще никак не реагирует, подлец этакий?

Я позавчера была на юбилее в Театре наций и подверглась всеобщему осуждению: как же так, в театр сходила, а пост соболезнований не написала! Кажется, для многих желание испытать ненависть и кого-нибудь заклеймить — вообще единственный побудительный мотив для выхода в интернет. Еще с утра в воскресенье в моей ленте появлялись робкие выражения ужаса и скорби перед происшедшим, но уже к середине дня все поглотила темная стихия: мол, и Божена высказалась возмутительно, и, кстати, покойная Елизавета Глинка когда-то сказала что-то не так, да и хор, даром что по нотам поет, не без червоточинки — пел не то и не там, где надо было.

Осуждение — любимая российская забава, и в нем источник многих проблем. Вместо того чтобы что-то подправить в себе самом, приятнее и легче осудить кого-то другого, а потом, приятно расслабившись, можно посетовать, что нет у нас никакой позитивной повестки. Послушайте, но ведь чтобы такую повестку обсуждать, неплохо бы сперва признать право других людей на собственное мнение. Или даже на собственное упрямое заблуждение, на страсть к эпатажу, на внезапно нахлынувшее желание брякнуть бестактную гадость — да, у людей есть и такие странные права. И вы совершенно не обязаны тотчас говорить вслух, что вы об этом думаете. Тем более хорошо бы воздержаться на похоронах.

Кому-то, наверное, кажется, что разевать рот в таких ситуациях его побуждает нетерпимость к злу. Нельзя подавать руки подлецу! Но вот что странно: разговоры о «рукопожатности» не затихают в сетях ни на неделю, но при этом никаких «нерукопожатных мерзавцев» у нас в принципе нет. На вечеринке у Ремчукова или у Венедиктова все не то что здороваются за руку, а прямо-таки лобзаются взасос. А вернувшись домой, возвращаются к нелицеприятной борьбе со злом в интернете. Парадоксально, но эти явления неразрывно связаны: легкость в светском общении и легкость в обливании друг друга помоями — это одна и та же легкость. Возможно, точнее назвать ее аморальностью.

В США в недавней истории были примеры, когда человек, будь то политик или спортсмен, подвергался всеобщему осуждению. Это было по-настоящему серьезно: люди лишались работы, обрывались социальные связи, затем некоторые из этих героев прилюдно извинялись, ходили к Опре Уинфри и плакали в студии, чтобы нация их простила. Иногда потом наступало прощение, и это тоже было большим и важным событием.

Если вы начинаете легкомысленно играть с такими вещами, сегодня проклиная кого-то от ноги, а завтра отправляясь с ним бухать в баре, — это верный знак, что на самом деле для вас в жизни нет ничего серьезного и важного. Точный термин для такого положения вещей — «моральная распущенность». Простите, но мне кажется, что это отвратительно.

Тут, кстати, и еще один пример подоспел: в сети появился «список русофобов», и ваша покорная слуга, естественно, оказалась в него внесена. Само по себе это не удивительно, но в качестве составителя списка был заявлен Захар Прилепин, то есть человек вполне вменяемый, хотя и слегка деформированный на почве национального самосознания. Мне очень сложно себе представить, как кто-то звонит Прилепину, и тот соглашается выступить экспертом по составлению «списка русофобов». Теперь, возможно, кто-нибудь обратится ко мне за помощью в составлении симметричного «списка русофилов» — ну, или опять же «нерукопожатных персон». В наше время, когда кулачные бои отошли в прошлое, письменное выяснение вопроса о том, кто из нас большее говно, стало основным занятием думающих, интеллигентных людей. Оно не прекращается даже в дни национального траура.

Буквально позавчера мы с Мишей Козыревым долго спорили о том, в каких ситуациях неприлично говорить правду. Моя позиция была в том, что правду прилично говорить всегда, а Миша Козырев настаивал: есть моменты, когда говорить правду не следует. Примирил нас его пример: о покойных, только что ушедших из жизни, плохо говорить неприлично. Я с этим согласилась.

Мне позвонили десятки информагентств с просьбой прокомментировать мое знакомство с Доктором Лизой, с другими пассажирами разбившегося самолета. Поверьте, мне есть что сказать. Я помню, как Лиза Глинка проводила вместе со мной аукцион в помощь пострадавшим от наводнения в Крымске. Я стояла с ней рядом на Болотной, стояла с ней на митингах, помню ее как человека смелого, сильного, не боящегося власти и не созванивающегося с Володиным. Затем она полностью поменяла позицию в связи с украинскими событиями. Изменились многие из нас, да и время изменилось. Все пассажиры самолета летели в Сирию, чтобы поднять дух солдат, которые воюют и убивают. Это не делает их хуже или лучше, это просто факт.

Наверное, когда-то можно будет спокойно обсудить и это, но сейчас для этого далеко не лучшая ситуация. Если ничего хорошего сказать не получается, можно просто промолчать.

Комментировать Всего 4 комментария

"не вполне здорового в узкомедицинском смысле?"

"Если вы начинаете легкомысленно играть с такими вещами, сегодня проклиная кого-то от ноги, а завтра отправляясь с ним бухать в баре, — это верный знак, что на самом деле для вас в жизни нет ничего серьезного и важного. Точный термин для такого положения вещей — «моральная распущенность». Простите, но мне кажется, что это отвратительно."

Может, я, конечно, не в курсе, и у Божены есть медицинская справка, что она не здорова "в узкомедицинском смысле", но если такой нет или же она не хочет подвергать это гласности, то такие обвинения разве чем-то отличаются от "моральной распущенности".

Или раз она нашкодила - то в этот раз можно?

Мне просто интересно, как это работает. 

Эту реплику поддерживают: Юлия Гусарова

По-моему, все мы немного Божены.

За эти три-четыре года было уже столько подобных комментариев, что там Геббельс в аду жарится и хлопает в ладоши, приговаривая: «Моя школа! Молодцы-молодцы».

«Жечь в печи», «сажать на кол», «грохнуть в самолете», «наш следующий» и так далее. Это наш новый лексикон и это говно летит со всех сторон.

Вот честно, для меня нет никакой разницы между комментарием Божены и, например, комментарием, когда скончался Каримов: «Хоть бы наш следующий».

Вот сколько таких было? И такое каждый раз.

Божена там, наверное, в шоке до сих пор – она не понимает: «Чё не так то?!» Она зарядила комментарий, который «в тренде», а он чёта не зашел. Там должно было быть 4К лайков, а не петиция о лишении гражданства.

Обычно ведь так и происходит.

Но она типа «перешла черту». Вот, что это за черта? Всеобщее внимание? Такая черта? Просто, какая разница между комментариями «этих не жалко», когда еще живы и «этих не жалко», когда, к несчастью, погибли.

Вот никто никогда не писал подобных комментариев и тут Божена первая начала.

Ну нет же. Постоянно, под каждой новостью, после каждого концерта, после любого сюжета тонны подобных комментариев. «Пусть этих там грохнут», а «тем пусть воздастся, и они сдохнут». И там НТВ, 1 канал, Кобзон, Пореченков, Охлобыстин. На любой выбор. В обратную сторону тоже самое. Собчак, Шендерович, Навальный, Ходорковский. Журналисты Медузы и группа Машина Времени. Всех расстрелять, сжечь, сгнобить...

Ребят, это наша новая норма. Мы хреначим про то, чтобы все сдохли и что нам никого не жалко уже три-четыре года. Божена просто расчехлила это.

А вот тут есть мораль. Сейчас с Боженой это выплыло наружу, что все мы не очень и мы вроде как обратили на это внимание.

И тут два пути: мы вдруг осознаем, что все были мудаками и поймем, насколько это бред и ад. Или мы затянем все в один конкретный случай: это просто Божена одна такая дура, а мы все тут норм. И всё замнется. А мы спокойненько продолжим кидать в друг друга говном, просто более аккуратно. Типа пока самолет не упал и никого не убили – норм.

И сейчас скорее второй вариант разыгрывается. Всем нравится на фоне Божены быть такими траурно-праведными, только со светлыми и чистыми мыслями в голове. Конечно, Божену саму желательно прилюдно сжечь где-нибудь на Красной Площади, но это как бы «сама напросилась». Никто никогда и думать не думал, что так можно. Это она, порождение Дьявола, принесла это в наш светлый чистый мир.

Есть очевидная истина - не все люди, не согласные с режимом - хорошие, добрые люди. Г.. везде хватает.

Эту реплику поддерживают: Оксана Кропачева