Анна Карпова, Александр Косован

Дмитрий Гудков: Единороссы выходили из зала, чтобы не голосовать за «закон Димы Яковлева»

ЕСПЧ признал «закон Димы Яковлева» незаконным. Американцы, которые не смогли усыновить российских детей, получат компенсацию от российского государства: по 3 тысячи долларов на семью. Четыре года назад 420 депутатов Госдумы проголосовали за этот закон, лишь семеро были против. Дмитрий Гудков, Борис Резник и Олег Смолин, не поддержавшие инициативу коллег, рассказали «Снобу», можно ли считать решение Европейского суда победой

Фото: Юрий Белинский/ТАСС
Фото: Юрий Белинский/ТАСС
+T -
Поделиться:

Дмитрий Гудков, экс-депутат Госдумы, политик:

Я помню атмосферу в Госдуме, когда обсуждался закон. Поправка, превратившая законопроект в «закон подлецов», появилась во втором чтении: это стало неожиданностью для многих депутатов. Все прекрасно понимали, что запрет на усыновление приведет к человеческим трагедиям: многие дети-инвалиды, которых в нашей стране невозможно вылечить, просто погибнут, еще больше детей останутся без возможности расти в семье. Детям вообще неважно, какая семья — российская, американская, китайская, — им нужны родители. Депутатам предложили решить за детей, будет ли у них семья.

Именно этот закон сломал хребет депутатам Госдумы. Одно дело, когда они голосовали за репрессии против своих оппонентов — это еще как-то можно объяснить. А когда тебя заставляют голосовать за закон-убийцу, от которого погибнут вообще непричастные к политике дети-сироты, — это уже через себя надо переступить. «Закон Димы Яковлева» — первый закон, разрушающий нормы морали и этики. Впервые власти решили прикрыться детьми.

Поэтому, когда депутаты были вынуждены под давлением Кремля нажать кнопки «за», многие единороссы, понимая, что они не могут ослушаться команды, просто демонстративно выходили из зала — чтобы кнопку «за» нажал за них кто-то другой.

Все. С такими депутатами, которые не смеют ослушаться, можно делать что угодно: они уже стали соучастниками большого преступления. Когда ты взял на душу такой грех, грешить по-мелкому уже как-то и не так страшно.

Считать решение ЕСПЧ победой нельзя: постановили выплатить американским семьям какие-то жалкие 3 тысячи долларов и по 600 долларов за судебные издержки. Да и не факт, что Россия заплатит: всегда можно решением Конституционного суда отменить нормы международного права.

Но самое главное — решение ЕСПЧ не отменяет «закон Димы Яковлева».

После принятия этого закона впервые за долгое время активная часть общества среагировала на то, что происходит в Госдуме, вышла на «Марш против подлецов». Но с тех пор повестка сильно изменилась: россияне на новость о решении ЕСПЧ внимания не обратят, а те, кто обратит, посчитают ее почти неважной.

Сейчас наступило затишье, народ безмолвствует. Это создает иллюзию, что все хорошо, но на самом деле — это очень опасная тишина.

Борис Резник, экс-депутат Госдумы, журналист, основатель фонда помощи тяжелобольным детям «Надежда»:

К сожалению, мы у себя в отечестве взять в семьи всех детей-инвалидов не можем, как не можем оказать им необходимую медицинскую и адаптационную помощь. Усыновление в другие страны — нормальная мировая практика. Все остальное — политика и прочее — на двадцать пятом месте, главное — интересы детей.

«Закон Димы Яковлева» в корне неправильный, и я открыто говорил об этом в Государственной думе, а затем и голосовал против него. Сейчас есть шанс исправить ситуацию, ведь пришла новая администрация, новые депутаты, меняется внешнеполитическая ситуация, возможно, отношения с Америкой наладятся. Будут появляться новые контакты, новые отношения, будут происходить всевозможные изменения.

И Россия, и США допустили ошибки. Американцам не следовало влезать в наши дела и составлять «список Магнитского»: коса нашла на камень, а крайними оказались дети. Но и мы погорячились.

Три тысячи долларов, которые присудил ЕСПЧ американцам, — это никакая не победа. Разве они заменят семье ребенка?

Олег Смолин, депутат Госдумы, член правления Всероссийского общества инвалидов:

Я думаю, что своих детей надо воспитывать в своей стране. Но для этого должны быть созданы необходимые условия. В 2012 году у нас в усыновлении нуждалось 118 тысяч детей, а взять ребенка из детдома хотели только 16 тысяч семей. Принятие «закона Димы Яковлева» было, мягко говоря, преждевременным. Мне не нравилось, что гуманитарный вопрос о судьбах детей ставился в зависимость от конъюнктурной политики. «Закон Димы Яковлева» был принят в ответ на «закон Магнитского» — мне кажется, что впутывать детей в конфликт силовиков и олигархов нельзя. Какое-то количество российских детей могли бы быть усыновлены — часто речь идет о детях с инвалидностью, — но этого не случилось.

Но, как ни странно, от закона был не только вред, но и польза. Была разработана государственная политика по защите интересов детей, закон об увеличении средств на поддержку при усыновлении. Нельзя сказать, что ситуация изменилась радикально, но если верить официальной статистике, то сегодня в России в усыновлении нуждаются 100 тысяч детей, а принять в свою семью ребенка желают 32 тысячи семей.

Надеюсь, МИД подумает, прежде чем обращаться в Конституционный суд в качестве меры ответа на решение ЕСПЧ, и поступит так же, как поступил Владимир Путин, когда из Америки выслали наших дипломатов: он предложил детям американских дипломатов прийти на Кремлевскую елку, то есть сделал шаг навстречу, на сближение с США.

Но важно ответить на два вопроса: принял ли ЕСПЧ такое решение в интересах детей? Или он принял его по соображениям политическим, как сейчас часто делают?