Алексей Алексенко   /  Екатерина Шульман   /  Виктор Ерофеев   /  Владислав Иноземцев   /  Александр Баунов   /  Александр Невзоров   /  Андрей Курпатов   /  Михаил Зыгарь   /  Дмитрий Глуховский   /  Ксения Собчак   /  Станислав Белковский   /  Константин Зарубин   /  Валерий Панюшкин   /  Николай Усков   /  Ксения Туркова   /  Артем Рондарев   /  Алексей Алексеев   /  Александр Аузан   /  Евгений Бабушкин   /  Алексей Байер   /  Олег Батлук   /  Леонид Бершидский   /  Андрей Бильжо   /  Максим Блант   /  Михаил Блинкин   /  Георгий Бовт   /  Юрий Богомолов   /  Владимир Буковский   /  Дмитрий Бутрин   /  Дмитрий Быков   /  Илья Васюнин   /  Алена Владимирская   /  Дмитрий Воденников   /  Владимир Войнович   /  Дмитрий Волков   /  Карен Газарян   /  Василий Гатов   /  Марат Гельман   /  Леонид Гозман   /  Мария Голованивская   /  Александр Гольц   /  Линор Горалик   /  Борис Грозовский   /  Дмитрий Губин   /  Дмитрий Гудков   /  Юлия Гусарова   /  Иван Давыдов   /  Владислав Дегтярев   /  Орхан Джемаль   /  Владимир Долгий-Рапопорт   /  Юлия Дудкина   /  Елена Егерева   /  Михаил Елизаров   /  Владимир Есипов   /  Андрей Звягинцев   /  Елена Зелинская   /  Дима Зицер   /  Михаил Идов   /  Олег Кашин   /  Леон Кейн   /  Николай Клименюк   /  Алексей Ковалев   /  Михаил Козырев   /  Сергей Корзун   /  Максим Котин   /  Татьяна Краснова   /  Антон Красовский   /  Федор Крашенинников   /  Станислав Кувалдин   /  Станислав Кучер   /  Татьяна Лазарева   /  Евгений Левкович   /  Павел Лемберский   /  Дмитрий Леонтьев   /  Сергей Лесневский   /  Андрей Макаревич   /  Алексей Малашенко   /  Татьяна Малкина   /  Илья Мильштейн   /  Борис Минаев   /  Александр Минкин   /  Геворг Мирзаян   /  Светлана Миронюк   /  Андрей Мовчан   /  Александр Морозов   /  Егор Мостовщиков   /  Александр Мурашев   /  Катерина Мурашова   /  Андрей Наврозов   /  Сергей Николаевич   /  Елена Новоселова   /  Антон Носик   /  Дмитрий Орешкин   /  Елизавета Осетинская   /  Иван Охлобыстин   /  Глеб Павловский   /  Владимир Паперный   /  Владимир Пахомов   /  Андрей Перцев   /  Людмила Петрановская   /  Юрий Пивоваров   /  Владимир Познер   /  Вера Полозкова   /  Игорь Порошин   /  Захар Прилепин   /  Ирина Прохорова   /  Григорий Ревзин   /  Генри Резник   /  Александр Роднянский   /  Евгений Ройзман   /  Ольга Романова   /  Екатерина Романовская   /  Вадим Рутковский   /  Саша Рязанцев   /  Эдуард Сагалаев   /  Игорь Свинаренко   /  Сергей Сельянов   /  Ксения Семенова   /  Ольга Серебряная   /  Денис Симачев   /  Маша Слоним   /  Ксения Соколова   /  Владимир Сорокин   /  Аркадий Сухолуцкий   /  Михаил Таратута   /  Алексей Тарханов   /  Олег Теплов   /  Павел Теплухин   /  Борис Титов   /  Людмила Улицкая   /  Анатолий Ульянов   /  Василий Уткин   /  Аля Харченко   /  Арина Холина   /  Алексей Цветков   /  Сергей Цехмистренко   /  Виктория Чарочкина   /  Настя Черникова   /  Ксения Чудинова   /  Григорий Чхартишвили   /  Cергей Шаргунов   /  Михаил Шевчук   /  Виктор Шендерович   /  Константин Эггерт   /  Все

Наши колумнисты

Иван Давыдов

Иван Давыдов: Шаг к чистому злу

Участники дискуссии: Сергей Мурашов
Иллюстрация: GettyImages
Иллюстрация: GettyImages
+T -
Поделиться:

Решение Европейского суда по правам человека от 17 января, удовлетворившего иск 45 американцев, которые не стали приемными родителями благодаря «закону Димы Яковлева», и 27 сирот из России, которые не стали их детьми, словно бы открыло портал в прошлое, заставило снова думать о самом главном событии нашей новейшей истории. О нем и так, конечно, не забываешь, но можно ведь не думать, а тут приходится.

В ЕСПЧ считают, что «закон Димы Яковлева» — дискриминационный, а также допускающий неуважение к семье, поскольку на момент его принятия дети-истцы уже знали, что их усыновят. Уже чувствовали себя частью настоящих семей. И будущие родители чувствовали себя родителями. Наш Минюст уверен, что здесь понятие «семейной жизни» трактуется слишком широко, и готовится оспаривать решение. Цена вопроса – по три тысячи евро от РФ каждому из истцов плюс оплата судебных издержек.

В новостных лентах — прошлое во всей красе. Елена Мизулина, главный специалист по вопросам материнства, детства и уютного домашнего насилия, возмущается грубым посягательством Европейского суда на суверенитет РФ и клеймит американских детоубийц. Ирина Яровая называет решение суда «дискриминационным» и нарушающим права и свободы детей. Ольга Баталина, соавтор памятного закона, утверждает, что жадные американцы пришли в суд за деньгами… Как будто за окнами снова 2012-й, и в прекрасные головы законодательных дам (а также их настоящих начальников) только-только пришла эта гениальная идея — ударом по российским сиротам ответить на «Акт Магнитского», вводивший персональные санкции против нескольких наших чиновников и силовиков.

Те же лица и те же речи. Речей тогда, конечно, было больше — пропаганда с размахом вела артподготовку, уничтожавшую в умах сограждан саму возможность задуматься о том, что все-таки родное государство творит. Бесконечные ток-шоу, безудержное смакование историй о русских сиротах, замученных американскими палачами. Двадцать, кажется, случаев, и каждый — трагедия, конечно, это ведь понятно и не требует дополнительных разъяснений, вот только не трагедии тогда занимали государственных людей.

Собирались ставить «народный памятник» Диме Яковлеву, погибшему в запертой машине на стоянке по халатности приемного отца. Погибшему в 2008 году — это важно помнить, чтобы отличать причины от поводов. Когда Майкла Харрисона, приемного отца Димы, оправдали в Штатах, в России пошумели и забыли. Но когда появился «Акт Магнитского» — история пригодилась.

И был сделан продуманный, подготовленный, совершенно осознанный шаг навстречу чистому злу. Продуманный — потому что все эти истории о погибших (повторимся — по-настоящему трагичные), не о тысячах счастливых, не о сотнях спасенных, не имевших в России шанса на физическое выживание, а о погибших, — проводили четкую грань: вот святые сторонники закона, которые защищают наших детей от убийц, а вот — лишенные совести противники, готовые наших детей экспортировать на потребу заокеанским извращенцам. То есть попутно решали внутреннюю пропагандистскую задачу, и решали эффективно. И по американцам били — обидно, сильно, потому что били в человеческое, в любовь.

Цена — некоторое, незначимое с точки зрения высоких государственных интересов количество сирот. Самых несчастных граждан не самой счастливой страны. Некоторые просто лишились шанса жить в семье. Некоторые умерли. Ну и что, зато как эффектно мы выступили!

Это оно и есть — чистое зло. Дистиллированное, без примесей. Это понимали даже те, кому пришлось голосовать за закон в Думе. Несколько единороссов рассказывали на условиях строжайшей анонимности, что перед голосованием с ними проводились разъяснительные беседы: не голосовать нельзя! Единственный представитель партии власти, нашист Роберт Шлегель, который рискнул хоть что-то сказать против закона — он внес и тут же отозвал поправку, предполагающую сохранить возможность усыновления в США детей-инвалидов, — поплатился карьерой. Сначала его задвинули на десятые роли, лишив трибуны и упоминаний в СМИ, а потом и вовсе из политики выкинули.

Принятие «Закона Димы Яковлева» и есть главное событие нашей новейшей истории. Сейчас 2012 год кажется временем относительно спокойным, в чем-то даже милым. Много вещей пострашнее произошло с тех пор, и много людей полегло. Но тут важна решимость. Готовность государства из мелочной обиды принять непоправимое, немыслимое решение, которое невозможно оправдать. После — можно вообще все. «Все позволено» — если вспомнить классика (там, кстати, и мотивировка подходящая). Здесь политика вторглась в пределы этики, и с этикой разобралась без сострадания. Сострадание как таковое как раз и уничтожив, да еще и состраданием к погибшему ребенку при этом прикрываясь. До таких бездн даже помянутому классику непросто было бы додуматься, хоть он и любил покопаться в отравленных злом душах.

И то, как беснуются причастные к принятию закона сейчас, косвенным образом подтверждает — они если и не понимают, то все же чувствуют, что именно тогда сделали, на чью территорию залезли и кому послужили. «Беснуются» — слово здесь уместное и важное.

Тем временем рассудительная Валентина Матвиенко, спикер Совета Федерации, спокойно перечисляет условия, при которых закон может быть отменен. Интересуется гарантиями безопасности для усыновленных. Причины отпихивают поводы, настоящая причина — серьезная ставка на Трампа, которую сделала официальная Россия. Нужен дружеский жест, и отмена кошмарного закона вполне может таким жестом сделаться. Дети — удобный товар для политического торга.

Но это как раз неважно. Если отменят — подлинные причины отмены никакого значения иметь не будут. Лишь бы только он был сделан, шаг хоть немного в сторону от чистого зла.

Комментировать Всего 1 комментарий
Готовность государства...

По-моему, тут ещё вот что важно: КТО за этим стоит?

"Простые россияне" в массе?

Со свёрнутой на сторону совестью, от многовекового рабства, негативного отбора а пуще всего - от соглашательства с Золотой Ордой, положившего непреодолимый рубеж между "московитами" и "нормальными славянами", и с остальным отвратительным набором, который сейчас в "простых россиянах" с лёгкостью находят самые разные люди...

Нет, - "закон ДЯ" придуман конкретными людьми, и конкретными людьми сделан законом - конкретными, большинство из которых известны пофамильно, а остальных можно предположить.

И вот точно также можно пересчитать и тех, кто виноват в дальнейшем. Это совершенно конкретные люди, а вовсе не "простые россияне", и не мифические "86%".