Колонка

Негаданная Мьянма

5 сентября 2017 13:19

Вот эта всемирная отзывчивость Кадырова — как ее объяснить?

Рамзан Ахматович против «позиции России». РИА «Новости» против Кадырова. Столичные полицейские против несогласных мусульман.

Новости под тегом «Мьянма», о существовании которой миллионы россиян еще вчера даже не догадывались, теперь идут сплошным потоком, и это новости поразительные. Вдруг (еще одно ключевое слово) глава чеченской администрации у себя в инстаграме начинает клеймить позором ООН продажную, глухую к страданиям мусульманского народа рохинджа. Вдруг на Большой Никитской, в центре столицы, собираются сотни людей, желающих побеседовать о геноциде с послом бывшей Бирмы в Москве, и никто их не задерживает, несогласных, и лидеры протеста охотно общаются с журналистами. Знатоки вспоминают, что Россия и Китай еще весной нынешнего года заблокировали резолюцию, осуждающую преступления властей Мьянмы, а в конце августа МИД РФ поддержал их в борьбе с «боевиками так называемой «Армии спасения рохинджей Ракхайна», — и вдруг со Смоленской площади доносятся речи как бы оправдательные. Там испытывают беспокойство в связи с «сообщениями о продолжающихся боестолкновениях» в Мьянме. Вдруг официознейший российский сайт публикует статью, в которой «джихадисты» рохинджа фактически приравниваются к ИГ (той самой, у нас запрещенной), и им же уподобляются кадыровцы, протестовавшие в Москве, — и вдруг удаляет статью. Вдруг демонстрантов задерживают.

И еще одно «вдруг», совсем вроде внезапное, но и долгожданное. Кадыров славит Путина, который в далеком Китае «выразил крайнюю озабоченность тем, что происходит в Мьянме». Хотя на самом деле Владимир Владимирович, встретившись с президентом Египта, в совместной краткой декларации всего лишь «осудил любые проявления насилия, от кого бы они ни исходили и против кого бы ни были направлены, в том числе против мусульман».

Блуждая в этих геополитических дебрях, постигаешь немногое.

Новости из Мьянмы, отчасти схожие с теми, что поступали из Чечни при Ельцине и при Путине, и вправду печальны. Народ рохинджа действительно живет в ужасающих условиях, и то, что творят с ним местное начальство и силовики, можно отнести как минимум к этническим чисткам. Разве что «буддисты-террористы», как называли их собравшиеся на Большой Никитской, обходятся без бомбардировок с воздуха и артиллерийского огня. Впрочем, и мусульмане не являются невинными жертвами жестокой контртеррористической операции, а о том, кто первый начал и что дальше делать, высказываются разные мнения.

Российско-чеченская война не кончилась, и это проявляется по-всякому

Еще больше разнообразия и растерянности в комментариях и комментах, посвященных Мьянме как новейшему тренду в нашей внутренней политике. Вот эта всемирная отзывчивость Кадырова — как ее объяснить? Вот эти метания российского МИДа, скрытно вступающего в полемику с Рамзаном Ахматовичем, — отчего они происходят? Вот этот расистский текст на РИА «Новости» — куда он подевался? Вот эта удивительная политкорректность спецназа в Москве, привыкшего разгонять даже санкционированные митинги и внезапно спасовавшего перед правозащитной исламской толпой, но сутки спустя все-таки препроводившего некоторых особенно упорных граждан в околоток, — это что было вообще?

Конкретных ответов нет, и мы можем только гадать о том, как принимались решения в столичном правоохранительном ведомстве в воскресенье и в понедельник и какие слова, узнав о случившемся, почерпнул из сокровищницы родного языка министр Лавров. И что себе думает Путин, возвращаясь в Россию, для которой далекая Мьянма с каждым часом становится все ближе и родней. Зато имеются ответы глобального типа, столь же банальные, сколь и безысходные. Ответы, которые все знают, хотя они и не нравятся почти никому.

Во-первых, российско-чеченская война не кончилась, и это проявляется по-всякому. Порой самым причудливым образом, когда верный пехотинец Владимира Владимировича увлекается внешнеполитическими сюжетами. Бывает, он, разгорячившись в ходе дискуссии с журналистом, обещает поставить раком Америку по итогам грядущей ядерной войны. А бывает, что и Россию, которую тоже нередко рассматривает в качестве иностранного государства, критикует в лице ее силовиков, которых приказывает отстреливать в Чечне. Или, как сейчас, спорит с дипломатами. «Если Россия поддерживает этих шайтанов (в Мьянме. — Прим. автора), то я против позиции России», — жестко заявляет он в своем видеообращении, и это не пустые слова. Бывший боевик, сын муфтия-боевика, он вынес из войны довольно ясные представления о черно-белом мире и продолжает воевать, обнаруживая и стремясь обезвредить шайтанов где только встретит. Хоть бы даже и в Мьянме. Он берет реванш за все поражения и пролитую кровь, за погибших и покалеченных земляков, и сражаться собирается до самой смерти. Трудно сказать, сколько чеченцев, а также российских мусульман в целом по-настоящему его поддерживают, но заметно, что чувство ненависти к окружающему миру, включая русский, разделяют с ним многие, и это закономерное следствие двух войн.

Нельзя не поздравить руководство и всех голосующих за него россиян с тем, как исполняется хитроумнейший из замыслов по возвращению Ичкерии в наше правовое поле

Оттого, во-вторых, он представляет собой реальную беспощадную политическую силу, стараясь напоминать об этом как можно чаще и разными способами. Нередко совсем простыми. Однако постепенно Рамзан Ахматович взрослеет, мысли его и воззрения усложняются, и, судя по всему, он теперь открывает для себя правозащитную тематику. О Мьянме можно спорить, Мьянма, быть может, выбрана случайно, зато демонстрация в Москве и Махачкале, многотысячный митинг в Грозном — это события для него очень важные. Очередная проба сил, которая вновь прошла успешно. Лично Владимир Владимирович не усмотрел в действиях Рамзана Ахматовича никакой фронды.

Ну и, в-третьих, резюмируя, нельзя не поздравить руководство и всех голосующих за него россиян с тем, как исполняется хитроумнейший из замыслов по возвращению Ичкерии в наше правовое поле. Замысел был поэтапным: сперва вбомбить Чечню в средневековье, затем обрести там эффективного менеджера, поддержать, приблизить, переназначить — и вот вам пожалуйста, более верного сторонника у президента Путина никогда не было, нет и не будет. Правда, непонятно, чего завтра от него, преданного без лести, ждать и как он себя поведет, отважный и вспыльчивый, после того как заключивший с ним вечный союз уйдет, скажем так, из большой политики. С какой Мьянмой в широком смысле Россия тогда столкнется, причем уже не в Грозном, не на Кавказе, а прямо в Москве и не возле чужого посольства — об этом сегодня думать не хочется. Как и вчера не думали, и позавчера, когда только начинали воплощать в жизнь хитроумнейший из замыслов. Вместо того чтобы оставить Чечню в покое, поддерживая в ней лишь тех, кто после первой войны не пылал бесконечной ненавистью к России и готов был договариваться на условиях, приемлемых для нашего тогда еще демократического государства.

0 комментариев

Новости наших партнеров