План войны с генпланом

Вчера весь день Марат Гельман обсуждал генплан Москвы. Сначала на заседании Общественной палаты, затем и на собрании лидеров общественных организаций, потом должен был ехать на съемки программы на РЕН ТВ

Участники дискуссии: Ксения Чудинова
Иллюстрация: РИА Новости
Иллюстрация: РИА Новости
+T -
Поделиться:

В Общественной палате Марат Гельман вел заседание вместо застрявшего в пробке и так и не приехавшего Василия Бычкова. О том, что такое хороший генплан, участники не спорили и по всем принципиальным моментам были солидарны: должен быть решен вопрос с дорожно-транспортной ситуацией (привет Василию Бычкову, пошутил Гельман), архитектурным наследием, сохранением лесопарковой зоны. Во время заседания Марат Александрович делал пометки, задавал много уточняющих вопросов и включал зазевавшимся микрофон.

Самая главная проблема генплана — это ориентированность на инвестора, считает Марат Гельман. От этого все беды. Дескать, в бюджете денег у московского правительства нет, поэтому включается политика больших денег. А отсюда – все ключевые проблемы: недоверие к власти («сначала обещают одно, потом, когда котлован уже вырыт или дом разобран, инвестор меняется, а в результате мы имеем Манежную площадь») и непродуманность решений.

Транспортные проблемы тоже частично связаны с инвестиционными: например, строительство всех окраинных транспортных узлов Москвы финансировали владельцы торговых центров.  Теперь огромные магазины стоят на пересечении главных улиц — и в итоге, разумеется, заторы. Директор НИИ дорожно-транспортного строительства Михаил Блинкин считает, что эти тромбы надо удалять. Еще экспертам не нравится, что в генплане предполагается строительство домов без учета пропускной способности дорог. «Раньше, — говорит Блинкин, — разрешалось строить дома по определенной схеме:  если дом в высоту десять сажен, то и дорога, прилегающая к дому, должна быть в ширину десять сажен».  А еще, поскольку полтора миллиона людей ежедневно ездит из области в Москву, транспортная сеть Москвы и области должна быть единой. И их генпланы должны быть общими.

Замечания Игоря Шнейдера, директора института «Гипрогор» (на счету которого генпланы Сочи, Душанбе и Грозного, и к ним, к слову сказать, нареканий со стороны общественности почти не было), звучали так: «Во-первых, во всех генпланах есть такая строка — реализация предыдущего планирования. То есть граждане должны понимать, что было сделано, а что — нет, а проектировщики должны признать свои ошибки и отметить успехи. Во-вторых, должно быть планировочное решение отдельных районов, то есть укрупненный генплан каждого квартала. И наконец, нужно сменить приоритеты. Главными направлениями должны стать реставрация и реконструкция, а не реорганизация». «В нынешнем генплане ничего этого нет», — резюмировал Гельман.

Константин Михайлов, координатор «Архнадзора», сказал, что генплан не дает возможности для развития культурного наследия: «Сейчас выявлены 600 памятников архитектуры, но заявки на их признание еще не поданы; 1500 памятников ожидают решения. Но генплан эти объекты не учитывает». «Надо учесть, — сказал Гельман.  — За полгода справимся».

Эдуард Трутнев, директор направления «Реформы в сфере недвижимости», усмотрел в Градостроительном кодексе Москвы противоречие с Конституцией РФ. Согласно генплану, у собственников жилья, находящегося в зоне реорганизации, может быть изъята принадлежащая им недвижимость, свыше полутора миллионов граждан ждет насильственное переселение. «Так, значит, — сделал вывод Гельман, — мы можем разработать план войны: пошлем документ в прокуратуру с требованием о признании генплана незаконным».

Гельман коротко подвел итоги, предложил работать сразу по трем направлениям, затем попросил его отпустить: «Простите, должен бежать на встречу с представителями общественных организаций в ЦДХ» и выскочил из зала заседания.

В ЦДХ собрались лидеры общественных организаций по защите Москвы. Там были почти все, кто устраивал митинг против генплана. Гельман рассказал, о чем шла речь в Общественной палате, и предложил обсудить, как дальше бороться за отмену нынешнего генплана. Сошлись на том, что подготовят резолюции по десяти самым проблемным зонам города (всего их 600, уточнил Гельман). Речь идет о Пушкинской площади, Консерватории, Хитровке, ЦДХ, палатах Гурьевых, Битцевском лесе, Царицыне и других. А основными трудностями назвали некомпетентность жителей города (большинство тех, кто живет в Ясеневе, представления не имеют, что творится с Пушкинской площадью, и наоборот) и тотальное недоверие к московскому правительству, которое считает, что для развития города главное — найти инвестора.

После собрания в ЦДХ Марат Гельман должен был ехать на запись телепередачи, но с полпути сбежал. Как сам потом признался в своем ЖЖ — сил больше не было. Спасение Москвы — тяжелая работа.

Комментировать Всего 1 комментарий

Сегодня Лужков отправится к Уго Чавесу предложить ему разработку генплана столицы Венесуэлы, Каракаса. Также Лужков намерен обсудить участие московских столичных компаний в возведении в Каракасе недорогих панельных домов.

Вся ситуация с одной стороны выглядит якобы подтверждением серьезных позиций Научно исследовательского и проектного института Генплана Москвы. А с другой —  pr-кампанией типичного для московских властей уровня. Давайте посмотрим, кто пригласил-то? Не Берлин, не Париж, ни Шанхай, и конечно же не Венеция, относительно развития которой у супруги нашего мэра, помнится, были свои взгляды. Пригласила страна-изгой, с которой у нас сложились определенные отношения, завязанные исключительно на продаже оружия (мы — им) и бананов (они — нам).

Поэтому москвичи с готовностью насмехаются над этой историей с обменом генпланами. Так, жж-юзер kritmassa (Глеб Морев) разместил в своем блоге фотографию с плакатом, висящем на Садовой-Самотечной.