ВВП России падает на 20 процентов. 90-е возвращаются?

Фото: AFP/East News
Фото: AFP/East News
+T -
Поделиться:

Министерство экономического развития и торговли России снова изменило прогноз по ВВП на 2009 год. Заместитель главы ведомства Андрей Клепач заявил, что экономика России сократится не на 0,2%, как МЭРТ считал еще две недели назад, а на целых 2,2%. Министерство производит свои вычисления в рублях — в долларовом выражении ситуация выглядит еще хуже. Международное рейтинговое агентство Standard & Poor’s предсказывает 20-процентное падение российского ВВП, что соответствует 2-3% падения при подсчетах в рублях. Такой прогноз аналитики агентства называют оптимистическим.

Для справки: динамика ВВП России с 1995 по 2005 год 

 

Подробнее
Прогноз российского министерства экономики

Оптимистический прогноз российского министерства экономики обещает сокращение производства в промышленности на 7,4% и снижение инвестиций на 14%. При этом МЭРТ по-прежнему предсказывает среднегодовой курс 35,1 рубля за доллар и исходит из цены нефти основной для России экспортной марки Urals в 41 доллар за баррель.

Рубль продолжит слабеть

Интерфакс цитирует аналитиков инвестиционного банка Nomura Holdings Inc., предсказывающих ослабление рубля по отношению к бивалютной корзине еще на 22% до уровня 50 рублей, — при том что нефть будет стоить 30 долларов. В Ситибанке перспективу национальной валюты более оптимистично оценивают как 47,46 рубля за бивалютную корзину. На фоне этих новостей падение курса рубля после взятой им на прошлой неделе паузы возобновилось и, скорее всего, будет продолжаться.

Промышленность останавливается, начинается бартер

На состояние рынка влияет поток негативной статистики из самых разных секторов экономики. 16 февраля Росстат оценил снижение промышленного производства в январе в 16%, а на следующий день сообщил, что задолженность по зарплате выросла за первый месяц года почти на 50% и превысила к началу февраля 6,5 миллиарда рублей. Аналитики прогнозируют возращение бартера. В регионах эта практика уже настолько вошла в силу, что позволяет говорить о себе как о тенденции.

Падение на обеих российских биржах

Обе российские биржи РТС и ММВБ потеряли по 9,4%. В течение дня торги приостанавливались несколько раз. «Ведомости» связывают пессимизм российского фондового рынка с падением рынков в Азии, а не c прогнозами Минэкономразвития. Источник: «Ведомости»

Все не так плохо

Эксперты, опрошенные «Коммерсантом», склонны считать прогноз Минэкономразвития излишне пессимистическим. Раньше официальные прогнозы были скорее более оптимистическими, чем оценки независимых аналитиков. Сейчас российское правительство закладывается на худший вариант развития, хотя и считает его не самым вероятным. Источник: «Коммерсантъ»

Комментировать Всего 12 комментариев
Я считаю, что элементы 90-х могут возвращаться. Знаете, я слышал, кто-то звонил психологу в службу психологической помощи и там сказали, что этот кризис похож не на 98-й год, а на 92-93-й, когда у людей было чувство полной растерянности. Конечно, такой масштабный кризис, как сейчас, какого мировая экономика не видела долгие десятилетия, даже столетия, естественно, накладывает отпечаток на поведение людей. Как жить в рецессию, люди знают, об этом много книг написано и Нобелевские премии давали. Сейчас важно, чтобы из одной точки мы перешли в другую. До этого, последние полтора года, была потеря чувства реальности, за этим наступило чувство обреченности. Я думаю, сейчас мы нащупаем какое-то равновесие. Я бы назвал то, что происходит сейчас, не кризисом ликвидности, хотя он тоже есть, но, в большей степени, кризисом доверия. Из этого все и вытекает. То есть, если брать сухой остаток, то кризисные настроения всегда приводят к изменениям сознания, людям очень сложно приспособиться. Но, как говорил Федор Михайлович Достоевский, «человек, подлец, ко всему привыкает».
Я думаю, что начало девяностых было хоть и мрачным временем, но было ощущение, что впереди есть какой-то выход. На мой взгляд, это кардинально отличает ситуацию тогдашнюю, очень тяжелую материально, от нынешней, которая материально, может быть, и более благополучна. Экономика ведь сильно зависит от настроения, а настроение сейчас намного хуже, чем было тогда, намного. Потому что тогда было хоть и тяжело, но мы понимали, что двигаемся вперед. Это понимание было во всяком случае у тех, кто делал бизнес. А сейчас настроение гораздо хуже.
Что касается ситуации, то она абсолютно другая. У нас почему-то очень любят сравнивать с девяностыми. А ситуация-то абсолютно другая и гораздо более тяжелая. Она еще тяжелая из-за такого психологического эффекта: люди привыкли жить хорошо, а сейчас от многого приходится отказываться. А всем известно, что лучше не привыкать к хорошему, тогда все трудности легче переносятся, но если ты уже привык к хорошей жизни и вдруг лишаешься этого, то тут психологически двойной стресс.
Если же говорить серьезно про экономику, то, конечно, ситуация выглядит даже хуже, чем в девяностые. У нас до конца этого года по прогнозам будет 14 миллионов безработных. Вы представляете себе, что это такое — 14 миллионов безработных?! Это очень тяжелая ситуация и ни с какими девяностыми не сравнима. И если в 90-е были точки роста, которые позволяли где-то прорваться — кому-то было тяжело, особенно бюджетникам, но были точки, которые однозначно росли, и было понимание того, что они и будут расти, — то сейчас таких точек нет. И то, что правительство предпринимает в области производства и экономики, не только не создает этих точек, но наоборот — закупоривает все. Поэтому настроение отвратительное. Есть такой индекс предпринимательских ожиданий, так я думаю, что он сейчас находится на самом низком уровне за всю историю существования капитализма в России.
Интересное замечание. Действительно, совершенно разные ожидания. Сейчас настал тот момент, когда понятно, что будет хуже. Но, с другой стороны, сейчас все гораздо лучше развито, чем было в начале 90-х. Тогда не было ничего, и можно было легко что-то делать, зарабатывать и как-то процветать. Сейчас вроде как все есть — и ситуация другая.
Нет, а по духу то, что происходит сейчас, совершенно не похоже на начало 90-х. Тогда был очень сильный привкус вольницы, с одной стороны, и опасности — с другой, сейчас этого нет. А нынче и духа авантюризма нет.
Не будет. Потому что это не 90-е, и потому что места для паники я особого не вижу. Есть проблемы, да, но все они, в принципе, решаемы. Я думаю, что так. Важное отличие: раньше кризис был только у нас в России, а сейчас он везде, и, в принципе, Россию он должен был зацепить в меньшей степени. Если говорить за себя, у меня нет задолженности по зарплате, хотя все непросто, но решаемо. Просто надо работать лучше и уметь договариваться друг с другом, чего в России нечасто можно встретить. Чиновники до сих пор не готовы разговаривать с бизнесом, есть проблески, но в основной своей массе менталитет совковый в голове сидит плотно — должны! обязаны! заставим! А я думаю, надо дать возможность простым людям заниматься своим делом — открывать парикмахерские, ремонты обуви, маленькие кафе, ресторанчики. Мелкий бизнес — это то, что позволяет народу не грустить. Ботинки — они всегда снашиваются, волосы растут даже в кризис. А у нас куда ни плюнь — везде сетевой салон. В общем, дорогу малому бизнесу! Они спасут всех, весь народ!
Когда мы говорим про 90-е, мы меньше всего имеем в виду экономическую ситуацию, а больше вспоминаем бытовую часть вопроса и ту систему отношений между людьми в обществе, которая существовала. Прежде всего 90-е характеризуются именно вот этим. Поэтому мне кажется, что возврат отношений и бытовой стороны, безусловно, невозможен. А что касается экономических показателей, ну да, снижаются. А что делать? Мировая экономика развивается циклами, все это будет еще не раз и на моей и на вашей памяти.
Надеюсь, что нет. Конечно, времена не сладкие, но не настолько, чтобы вводить карточки на питание и паспорт москвича, как это было, если кто не помнит, в 90-е. Что касается Кашпировского, то, глядя на эфирную сетку канала НТВ, еще неизвестно, что лучше.
До 91-го года масштабы нынешнего кризиса еще не дотянули, а вот 98-й уже давно перегнали. В 91-м производство сократилось на 60%, в 98-м — всего на 13%, а в этот раз — на все 20.
По уровню депрессии в обществе этого не скажешь, но лишь потому, что государство очень грамотно работает над успокоением народа. Да и кризис, в отличие от 90-х, постепенный. Рубль обвалился не сразу, так что это стало не ударом, а постепенным падением.
Но надо понимать, что падение рубля будет продолжаться. Другого пути у нас нет — у нас моносырьевая экономика, которая целиком зависит от цены на нефть, которая тоже будет падать. Кроме того, меры, которые принимает правительство, эффективны только для финансового сектора и крупного бизнеса, а до реального — малого и среднего сектора экономики — помощь не дошла вовсе. Полагаю, кризис будет долгим и продлится он до сентября 2011 года.
Я уверена, что как «в начале 90-х» не будет. Например, продукты не исчезнут, но произойдет постепенное замещение иностранных отечественными.
Вообще-то, сейчас есть принципиальная разница с тем временем — по крайней мере для меня лично. Да, денег не было, еды не было, мыла не было, туалетной бумаги не было, но было ощущение свободы и открывшегося горизонта. И начиналась свободная пресса, и создавалось независимое телевидение. Было страшно и весело, и еще были надежды. А сейчас просто страшно и нисколько не весело. Веселиться можно только в частной жизни — поэтому у нашего клуба и есть, как мне кажется, большие перспективы. А в остальном — мы живем при диктатуре, и если это кому-то непонятно, то можно только позавидовать. Когда я думаю об этом — я не каждую минуту думаю об этом, слава богу, — я радуюсь, что мне уже за сорок и в моей жизни было хоть немного, хоть диковатой и бессмысленной, но демократии. Не знаю, будет ли еще когда...
Боюсь показаться не оригинальным, но нет никакого кризиса.
Для меня ощущения кризиса стали проявляться с 2005 года, когда предпринимательский бизнес (в основном, среднего калибра) перестал органично (интенсивно) расти (за счет предпринимательских новаций, управленческих изобретений, маркетинговых и креативных идей, новых продуктов и тп), а стал разнузданно пухнуть благодаря сетевой, инвестиционной и прочей булимии. Никто не хотел "потеть"! Все и так перло на "нефтяных дрожжах"! Бизнес превратился в развлечение/интертейнмент. Одно сплошное бизнес-шоу! Чего стоит одно только оголтелое увлечение брендингом/ребрендингом, которое было обусловлено не структурными изменениями компании и среды, а лишь желанием повысить низкую самооценку, или чувством реванша (как в случае с сотовым оператором, чей неоправданно затратный "ребрендинг" ограничился лишь крышкой от унитаза в фирменном стиле...
Так вот - по мне - сейчас не кризис, а его преодоление. Аналогично тому, как организм, сопротивляющийся болезни, хворает, температурит, сопливит. В-общем, бюллетенит...
Нет, не повторится, так как менталитет россиян сегодня уже не такой, как в начале девяностых. Тем более что мы уже стали более опытными и знаем, как себя вести в кризис в условиях рынка.
Как это -- спад в долларах на 20% Это как понимать? Макроэкономическая динамика считается в постоянных ценах, то есть падение в рублях на 2.2% (согласно Клепачу), и это в реальном исчислении, типа как в натуре.Тогда получается, что при оценке спада в долларах в 20% (согласно другому источнику), долларовая дефляция равна (1,2:1.022=1,174) то есть 17,4% -- очень много.
Я, честно говоря, не понимаю экономической природы этого соотношения... Может, кто объяснит?
Похоже на 90-е годы может быть по материальному состоянию, например, из магазинов могут исчезать продукты. Кто-то начнет думать, как свести концы с концами, как прокормить завтра ребенка. В этом плане возврат к 90-м годам возможен.
Психологически это, конечно, совершенно новая ситуация. По двум параметрам как минимум. В начале 90-х люди в России не знали, что такое жизнь вне Cоветского Cоюза, они, естественно, оказались в ужасной ситуации, когда совсем нечего есть, но они никогда и не ели нормально, и сравнивали они ужасное с плохим. За последние восемь лет люди привыкли к определенному образу жизни: поездки по миру, разнообразие продуктов, наборы услуг. Снижение материального уровня приведет к потере привычного образа жизни. Вполне возможно, дойдем до уровня начала 90-х, а может, будет и гораздо хуже, потому что мы не понимаем глубины кризиса сейчас. Людям теперь есть с чем сравнивать, они на более высокой ступеньке, и падать с нее больнее. Есть люди, которые сейчас живут даже хуже, чем в начале 90-х, об этом тоже не надо забывать. Есть деревни, в которых люди по-прежнему на одной картошке. Но множество людей уже попробовали другой жизни.
Есть еще психологическое различие: в начале 90-х многие даже не надеялись на будущее, но они и не боялись падения, это были люди, застрявшие между прошлым и будущим. Был страх капитализма, который надвигался и которого никто еще не понимал, но страха перед будущим было меньше, чем сейчас. Потому что кризис — это неизвестность, и страх этого непонятного будущего парализует.
Но с другой стороны, в России с тех пор появились люди, которые научились зарабатывать и поняли одну вещь. Они поняли, что никто за них не отвечает: ни тот дядя, ни правительство, ни даже ангел на небе. Люди, у которых за спиной остался опыт борьбы и выживания, которые знают, что можно надеяться только на себя, я думаю, выживут, заново построят жизнь и все наладят. Думаю, сейчас самое главное — справиться с глобальным страхом и найти новые системы объединения, новые системы общения, потому что самый страшный кризис — это кризис доверия. В 90-е такого не было.