Емельян Захаров привез в Москву скрипок на 100 миллионов евро

На фестиваль «Страдивари», который прошел 8 и 11 июня в Большом зале консерватории, съехалось рекордное для Москвы количество великих музыкальных инструментов — 14 штук, в том числе 9 скрипок Страдивари и 2 скрипки Гварнери дель Джезу. Их общая страховочная стоимость составила 100 миллионов евро

Фото: Дмитрий Коротаев
Фото: Дмитрий Коротаев
+T -
Поделиться:

Главными организаторами фестиваля выступили член клуба «Сноб» галерист Емельян Захаров, президент Европейского отделения «Общества Страдивари» Эдуард Вульфсон и дирижер ансамбля «Страдивари» Михаил Раппопорт. К его музыкантам на этот раз присоединились Юрий Башмет и Виктор Третьяков. Причем оба они — в отличие от партнеров по сцене — играли на своих собственных инструментах.

«Конечно, мне попадали в руки и более именитые альты, чем мой — работы миланского мастера XVIII века Карло Тестори, — рассказал Башмет проекту «Сноб». — Но отказаться от него у меня никогда даже и мысли не было. Во-первых, этот Тестори отвечает всем моим пожеланиям. Во-вторых, он ничуть не уступает среднему уровню инструментов Страдивари, ведь и у великих мастеров не все скрипки в равной степени совершенны. Бывают же, к примеру, «роллс-ройсы» неудачной сборки. А в-третьих, и это самое главное, я просто привык к нему».

Между прочим, Башмет привыкал почти год.

На концертах звучала самая разная музыка — от Моцарта и Вивальди до Шостаковича с Прокофьевым. Но важнее всего была даже не музыка. Важнее всего был сам звук. И если кто-то думает, будто только специалист может отличить звучание скрипки Гварнери от звучания инструмента Страдивари, то он ошибается. Емельян Захаров заверил проект «Сноб», что это может почувствовать любой человек.

Сходного мнения придерживается и коллега Захарова по бизнесу, совладелец галереи «Триумф» Дмитрий Ханкин.

Подробнее

Позволить себе играть на первоклассных инструментах могут единицы. В Госколлекции России есть несколько скрипок Страдивари, однако аренда одного инструмента, страховка и пошлины за пересечение государственной границы обходятся примерно в 50 тысяч евро в год. Понятно, что большинство музыкантов, в особенности молодые, просто не в состоянии оплатить такие расходы. И здесь им на помощь приходит Европейское отделение «Общества Страдивари», российское представительство которого создал у себя в галерее «Триумф» Емельян Захаров. Общество не просто торгует шедеврами кремонской троицы (Страдивари, Гварнери, Амати), но и договаривается с покупателями о том, чтобы время от времени те давали на них играть талантливым исполнителям.

Надо сказать, что в нашей стране сразу четыре скрипки Страдивари находятся в частных руках, и это на самом деле очень много. Потому что обладать таким сокровищем — не совсем то же самое, что иметь самолет или роскошную яхту. Нет, беспокоиться, что украдут, не стоит: продать украденное вору все равно будет некому — найдут моментально, и все детективные сюжеты о краже дорогих музыкальных инструментов — полная чепуха. Дело в другом. Речь идет об иной степени ответственности — это все равно что владеть частичкой вечности.

А кроме того, скрипки нельзя просто хранить у себя дома — на них обязательно нужно играть, иначе они потеряют свой голос. И играть на них должны только достойные музыканты, поскольку инструменты очень капризны и прихотливы.

Впрочем, несмотря на все неудобства, покупка скрипок кремонских знаменитостей — это на сегодня наинадежнейшее вложение денег.

«За последние 50 лет кремонские скрипки подорожали в 13 больше золота, — рассказал проекту «Сноб» Емельян Захаров. — Удивляться тут нечему. Инструментов работы Страдивари всего около шестисот в мире, работ Гварнери дель Джезу — около ста восьмидесяти. И больше их уже никогда не станет. Можно открыть новые месторождения золота, пробурить новые нефтяные скважины, построить какой-нибудь завод, но число великих скрипок в мире — величина постоянная. И если она и может измениться, то только в сторону уменьшения».

Это очень стабильный рынок. Обычно цена скрипки назначается экспертом и напрямую зависит от цены предыдущего проданного инструмента. Так что сама процедура — вещь чисто техническая. Никаких торгов не проводится. Самая дорогая скрипка в мире стоит сейчас около 80 миллионов евро.

В мировой прессе постоянно появляются статьи о том, что секрет скрипок Страдивари разгадан: то, мол, это дерево было обработано неким особым раствором, то соблюдались какие-то специфические условия хранения, то якобы все дело в консистенции лака, то в особых свойствах и сочетаниях древесины. «Все это — полнейший абсурд, — сообщил проекту «Сноб» Эдуард Вульфсон, президент Европейского отделения «Общества Страдивари». — Просто многие люди думают, будто гениальность — это какой-то трюк, какая-то хитроумная задачка, к которой надо всего лишь подобрать ключ. Но гениальность — тайна, и в этом все дело, а не в консистенции или химическом составе лака. Страдивари был гений, вот и все. Подделать его работы, наверное, можно, но воспроизвести в точности и тем более поставить на поток — слава богу, никак нельзя».

Елена Краевская, Павел Рыбкин

 

Комментировать Всего 7 комментариев

Мне кажется, это хорошая идея. Хотя в этом и есть какой-то элемент маркетинга — не знаю, чем именно этот фестиваль отличался от обычного концерта. Но девять скрипок Страдивари вместе — это, конечно, здорово, это звучит.

Я думаю, указание на дороговизну скрипок — это просто рекламный ход, чтобы люди пришли и послушали хорошую музыку на хороших инструментах. Если такие ходы срабатывают в пользу концерта — замечательно. Дело в том, что другой истории нет. Музыканты, которые играют, могут быть очень хорошими, но их никто не знает, а Страдивари знают все, и единственное, чем можно привлечь публику, — дороговизна инструментов. Любой артист может привлечь публику просто как артист, стоящий на сцене, но он делает шоу, потому что хочет привлечь больше людей. Кто-то надевает костюмы, кто-то делает шоу — все привлекают, как могут. Поэтому, если информация о цене инструментов даст толчок карьере хороших артистов, ничего плохого я не вижу. По крайней мере, частные владельцы скрипок дали их на откуп хорошим музыкантам. Жаль, конечно, что не всех музыкантов упоминают в рекламе, но, с другой стороны, это не та проблема, о которой можно было бы говорить.

Мне бы очень не хотелось в этой ситуации быть категорическим моралистом. Сам факт того, что удалось собрать в одном месте такое количество легендарных инструментов, сам факт обращения к Страдивари примечателен. Это ведь целая традиция, огромный феномен. И не хочется осуждать данную ситуацию лишь за то, что она связана с очень большими капиталовложениями. В данном случае я готов предположить, что масштаб этих капиталовложений, в общем, имеет смысловую отдачу.Не хотелось бы быть моралистом, но мне просто кажется, что обычно такие вещи считываются в контексте. В принципе ничего особо одиозного в самом событии я не вижу, но в контексте той общественно-культурной ситуации, которая существует у нас в стране, это, конечно же, очередной элемент к некоему порядку вещей, отвратительному сам по себе. То есть если бы был один такой феномен, это не производило бы такого отталкивающего впечатления, да и вообще не стало бы поводом для разговора. В любой другой ситуации ничего бы особенно скандального я в нем не увидел, но то, что он является частью некой ярмарки тщеславия, что он явно создан, чтобы переплюнуть кого-то, создан, чтобы поддержать этот самый порядок вещей, вот это и отвратительно, как и сам порядок вещей.

Мне лично было бы любопытно послушать скрипки Страдивари.  В том, что на концерт классической музыки завлекают скрипками Страдивари, я не вижу ничего плохого. Если собрать в одном зале произведения Ван Гога и сказать, что в этом зале произведения Ван Гога на 100 миллиардов долларов, конечно, люди пойдут на эту выставку смотреть — что же это за произведения на 100 миллиардов долларов. Но увидят-то они все равно Ван Гога. Я считаю, для настоящего искусства, которое зарабатывало себе культурный капитал столетиями, никак не вредит превращение его в бренд. Культурная ценность Страдивари, Ван Гога или Пушкина не уменьшится от того, что их имена напишут на заборе.

УДИВЛЕН

я честно говоря никогда не думал про стоимость инструментов, а просто хотел поспособствовать развитию скрипичного искусства, но как вижу без жареного у нас никак нельзя. А всем кто был на концертах очень понравилось. 

спасибо!

Емельян, по просьбе моей супруги и детей большое спасибо за шикарный концерт!!! Они - в восторге! 

Спасибо, Емельян! Я была счастлива!

Вспомнила один эпизод из фильма "Афера Томаса Крауна". В музее Метрополитен учитель говорит детям: - Перед вами известная картина Моне "Стога".  Дети болтают, зевают, шумят, не слушают. Учитель внимательно окидывает детей взглядом и изрекает: - А если я вам скажу, что эта картина стоит десять миллионов? -Вау!- кричат дети и начинают внимательно рассматривать шедевр.

Я была на концерте и в галерее, и в консерватории. И получила несказанное удовольствие. В галерее концерт мне напомнил домашние концерты. Скрипка вздыхала, рыдала, шептала. Это было восхитительно. Мне даже в голову не могло прийти, что суть этого чудесного события, сведется к разговору о стоимости скрипок.  Скрипки Страдивари- это шедевры, а значит они бесценны, во сколько бы их не оценили и не застраховали.  Не стоит уподобляться невоспитанным и малообразованным детям, героям фильма, и воспринимать шедевр и говорить о нем, как  о товаре ширпотреба.