Прок русского

Как сохранить язык для наших детей

Фрагмент репродукции картины «Дополнительные занятия в школе», Дмирий Пускин
Фрагмент репродукции картины «Дополнительные занятия в школе», Дмирий Пускин
+T -
Поделиться:

Однажды в центре Манхэттена собрали трех известных русских писателей, чтобы те прилюдно обсудили «новый язык для нового времени». Благодаря настойчивости ведущего беседа даже пересекалась с заявленной темой. Несколько раз. А под занавес одна женщина, заметно волнуясь, спросила у мастеров художественного слова примерно следующее: «А как быть нам? Тем, кто тридцать лет живет в отрыве от языковой среды? Как сохранить чистый, правильный язык? Как передать его детям в целости и сохранности?»

Давным-давно отгремел информационный повод, разъехались по домам русские писатели, а вопрос этот не выходит у меня из головы. Потому что на него тогда не ответили.

То есть не то чтобы совсем не ответили. Писатель Александр Иличевский, например, рассказал про визит Ахмадулиной к Набокову. Был месяц март в швейцарском городе Монтрё. 1977 год. Ахмадулина, отпущенная из Советского Союза поглядеть на мир, сидела напротив Набокова в благоговейном трансе. Мэтр, уплывший из Крыма еще в 1919-м, поинтересовался: «Правда ли, мой русский язык кажется вам хорошим?» «Он лучший!» — не растерялась Ахмадулина. «Вот как, — сказал Набоков. — А я думал, что это замороженная клубника».

К этой жизнеутверждающей истории остается только добавить, что летом того же года Набоков умер.

Вообще, хорошо, когда к обсуждению языка подключают писателей. Сравним писателя с рыбаком. Хороший рыбак много чего знает о рыбе: чем язь отличается от подъязика, на что уклейка клюет, под каким камнем сидит налим. Где сетки ставить, чтоб рыбнадзор не заметил. Интересно бывает послушать.

Однако знания о рыбе бывают разные. Представим, что НТВ решило снять злободневное ток-шоу про деградацию пресноводной фауны средней полосы России. В студии три заслуженных рыболова, один работник рыбсовхоза, один главред журнала «Самый клев». И ноль ихтиологов. Странно как-то, не находите? Даже с поправкой на НТВ.

Бывалые люди упрекнут меня в наивности. Мол, все знают, что тема у литературного мероприятия всегда одна: Писатель N и его Творчество, как выразился бы Горчев. Все остальное — изыски организаторов. Не писать же каждый раз в буклетах одно и то же.

И все же. Случись тогда в сердце Манхэттена бесстрашный лингвист (такие бывают), она бы грустно ухмыльнулась на словах «замороженная клубника», покивала бы еще минут пять, а потом отобрала бы у русских писателей микрофон и ответила той женщине по существу:

— Я вас очень хорошо понимаю. У меня у самой дочь в колледже. Муж немец. Переехали сюда из Гамбурга десять лет назад. В России не живу с девяносто второго. Отвечу вам как лингвист и как товарищ по несчастью. Извините, если начну издалека. Я весь вечер ерзала от смущения рядом с писателями, все думала: «Меня-то, грешную, зачем пригласили?» Вы мне, можно сказать, дали шанс отработать свои печеньки.

Вы знаете, в любой стране, где есть интеллигенция, рано или поздно выясняется, что язык деградирует. Поколения два-три назад еще умели говорить как следует, но с тех пор сплошной упадок. Слава богу, пока язык был в порядке, все слова успели записать в словарь Ожегова, с настоящими значениями и с ударением на правильный слог. А грамматику записали в справочник Розенталя. Если не довелось родиться в семье, где говорят по Ожегову — Розенталю, надо просто выучить их наизусть и больше не портить пушкинское наследие.

Миф о дистиллированном русском выходит из головы со скрипом. Помню, несколько лет назад была в Петербурге на конференции. Спускаюсь в метро и вижу на стене вагона плакат: «Давайте говорить по-русски правильно!» Слева грамотные ударения, справа неграмотные.

Думаю про себя: «Ах! Культурная столица!» Я-то сама из Белгорода. У нас в Белгороде повесили бы разве такое, даже если б метро было? Читаю и горжусь собой все больше с каждой строчкой. Мол, мне бы такие дремучие ошибки и в голову не пришли! Вдруг спотыкаюсь на слове «договОрный». Какой, думаю, нормальный человек скажет «договОрный»? Совсем они тут, в Питере, уже со своими ударениями.

Или прошлым летом. Купила я в Москве монографию о названиях цвета в русском языке. Читаю в самолете, дохожу до такого места: «…обилие чуждых русскому языку слов, характерное для нынешнего этапа развития российского общества, на наш взгляд отнюдь не безобидно, и мы считаем своим долгом противостоять указанному явлению». Вспоминаю при этом, как в одном московском меню красовались «митболзы с жареным картофелем». Отнюдь не безобидные митболзы! Вытеснили, канальи, нашу исконную фрикадельку. Как подумала про фрикадельку, сразу полезла в список цветов в конце книги. Читаю и хохочу на весь самолет: «Аквамариновый, бежевый, бордовый, изумрудный, лиловый, оранжевый…»

Мне по долгу службы давно пришлось кое с чем смириться. Пришлось, например, признать, что нет плохого языка — есть косноязычные люди со скудным словарным запасом. Пришлось понять, что единственный способ оградить язык от чуждых митболзов — записать его в словарь и никогда на нем больше не разговаривать. Живые языки тем и отличаются от мертвых, что без конца портятся и пачкаются. Просто потому, что ими без конца пользуются.

И вот мне кажется, что наша главная проблема не в чистоте или правильности нашей речи. Не в том, что мы норовим сказать «бэйсмент» вместо «подвала» или «трэйн» вместо «поезда». В самой что ни на есть России юзают софты, жуют донатсы и вешают «Расписание клининга» в торговых центрах.

Наша проблема даже не в том, что мы порой дословно переводим английские или немецкие предложения, которые услужливо выстраиваются в голове. В конце концов, наша бесценная классика нашпигована бесстыдными кальками с французского, да и не с него одного. Александр Сергеич, наше все, днями мог обходиться без русского прямо на брегах Невы. А rose и éclose он принялся рифмовать гораздо раньше, чем «розы» и «морозы».

Наконец, проблема вовсе не в оторванности от языковой среды. Да, раньше эмигранты сетовали, что варятся в собственном соку. Но мы-то сплошь и рядом варимся в одном русскоязычном пространстве со всеми на свете. Все сидим в одном «Фейсбуке», каментим одни и те же посты, новости обсуждаем одни, в гости друг к другу ездим. Сравнишь свое положение с набоковским, и думаешь: «Ну какой я, к черту, эмигрант?» Так, видимость одна.

Нет, настоящая опасность в том, что наши дети не юзают русский язык без повода. Они же иностранцы. Зачем им русский, когда от него нету прока? Им подавай веские причины в широком ассортименте.

Пока они маленькие, причину создать легко. Особенно если мама одержимая. Говоришь не по-русски — мама притворяется, что не понимает. Мама чуть ли не с таймером носится за тобой по пятам. Та-а-ак, папиного языка три часа, маминого два. Дисбаланс! Будем «Незнайку» читать перед сном.

Но когда твой иностранец подрос, остается только ждать у моря погоды. Знаете, какой у меня в этом году любимый российский писатель? Дорогие авторы, не обижайтесь, пожалуйста, это не вы. Это — как его зовут, который про метро пишет после атомной войны? Глуховский. Я сама не читала, но дочь зимой летала в Германию, подцепила его в аэропорту в немецком переводе. Прочитала взахлеб и скачала из интернета оригинал со всеми продолжениями. Две недели, говорит, не готовилась к занятиям, сидела, уткнувшись в планшетник. По весне носилась даже с идеей про нью-йоркское метро написать роман — я уж побоялась спросить, на каком языке.

Дочь, кстати, на политолога учится. Сама при этом левее Троцкого. Когда «Оккупай Уолл-стрит» начался осенью, она каждые полчаса вывешивала фронтовые сводки. В декабре как-то включаю компьютер и чувствую: что-то не так в «Фейсбуке». Потом сообразила: у дочери все апдейты на русском! До декабрьских протестов российская политика ее интересовала не больше, чем бутанская. Мол, ни в России, ни в Бутане ничего никогда не изменится. А тут разом вступила в какие-то сообщества, зафрендила всяких российских активистов. Переругивается там с кем-то постоянно. По-русски, представляете?

Вы спросили, как нам сохранить язык для наших детей. У меня есть один рецепт. Он совершенно бредовый и бесполезный, но другого предложить не могу — языковая динамика в семьях мигрантов неумолима.

Для начала давайте обратимся к уважаемым русским писателям, которых нам выпала честь сегодня слушать. Попросим их писать еще больше, еще ярче. Потом обратимся с этой же просьбой ко всем остальным, кто пишет по-русски. Обратимся к тем, кто еще не начал писать, но очень хочет это сделать.

Потом возьмем всех русскоязычных музыкантов и попросим их играть больше гениальной музыки. Найдем всех русскоязычных режиссеров и строго-настрого накажем им снимать в год не менее двадцати картин уровня «Шапито-шоу» — дочь его целыми сценами цитирует. От всех русскоязычных ученых потребуем, чтобы они сочиняли добротный научпоп. Напишем письма всем, кого катают по российским городам в автозаках. Скажем спасибо. Отыщем каждого, кто мог бы каждый день делать русский языком бизнеса, стиля, образования, хорошей журналистики, гражданского общества. Потащим их всех на рабочие и нерабочие места: пусть говорят, пусть засоряют и портят на здоровье.

Если же ничего из этого не получится, попробуем быть такими людьми сами.

Спасибо. Простите за многословность.

* * *

Она отдала бы микрофон ведущему, и публика похлопала бы от радости, что монолог закончился. Взволнованная женщина, все это время кивавшая, сказала бы нетвердое «спасибо». Один я бил бы в ладоши, как ненормальный, и переходил в овацию, потому что мне бы вот так с ходу ни в жизнь не сформулировать.

Комментировать Всего 31 комментарий

где сами лично вы установили бы грань между правильным книжно-энциклопедическим языком, привязанным не то к определённому веку, не то к определённому словарю, не то к определённому гению (в данный момент зачастую именно к пушкинскому), — и языком как мобильной развивающейся формой, отменяющей старые правила и создающей свои новые?

О, это вечный вопрос.

Студентам я обычно говорю, что степень нормированности языка зависит от функционального стиля.

Можно представить себе такой разброс: статья в журнале "Вопросы языкознания" - её пересказ в колонке на "Снобе" - устный пересказ этой колонки приятелю. Образованный носитель русского языка интуитивно знает, что 1) стиль неформального общения допускает любые инновации (лишь бы собеседник понимал) - вплоть до смешения языков; 2) стиль популярной журналистики допускает инновации, уже получившие широкое неформальное распространение; 3) стиль научной статьи будет наиболее консервативен, т. е. неологизмов и окказионализмов там либо не будет вовсе, либо единицы, да ещё и в кавычках.

Наиболее консервативные функциональные стили (научный, юридический, бюрократический) можно сравнить с классическим мужским костюмом. Пока прочая мода меняется чуть ли не каждый год, покрой костюма меняется крайне медленно - нужно смотреть старые фотографии, чтобы отличия бросились в глаза.

Полноценное владение языком подразумевает умение выбрать подходящий стиль. Мы знаем, когда нужно вытаскивать из шкафа костюм-тройку, а когда можно надеть что-нибудь новое, броское, нетрадиционное (модный нынче Desigual, например).

Радетели правильности языка зачастую желают облачить в костюмы всех и вся. Конечно, консерватизм некоторых стилей может быть оправдан: наверное, сильная вариативность в юридических или научных текстах может отвлекать от фактического содержания.

Но в остальных случаях гневные тирады об "испорченном" русском имеют другие причины. Либо на самом деле имеется в виду косноязычие (напр., Черномырдин), либо неуместное смешение функциональных стилей (напр., Путин), либо региональные особенности (Горбачёв). Либо борцу за чистоту языка просто не по вкусу определённое слово, оборот и т. д.   

И мне так не сформулировать! Отличный текст.

И еще: я много общалась с эмигрантами, уехавгими в послереволюционные годы, выросшими в чоень образованной русскоязычной среде во Франции (теперь уже никого нет в живых, увы...). У них был удивительно красивый и совсем не похожий на наш язык  (и раз уж об этом зашла речь, то и моральные понятия тоже - ну, не совсем похожие). Первое время мне казалось, что они плохо разговаривают по-русски. Потом поняла, что "плохо" разговариваем мы, в том чсиле эти мы - и мои сокурсники, выпускники филфака МГУ. Язык с 1920-х годов изменился. Эта история имеет продолжение. Я уехала в 1991. В 2000-х  встречаюсь по работе с русской дамой. Она спрашивает: "Вы откуда?". "Из Москвы". "А я думала - из республик (читай - из колоний)". "Почему???" "Говорите с акцентом". 

"Первое время мне казалось, что онолшевистсплохо разговаривают по-русски. Потом поняла, что "плохо" разговариваем мы, в том чсиле эти мы - и мои сокурсники, выпускники филфака МГУ."

Рискну предположить, что и Вы, и они всё-таки разговаривали хорошо:) - просто по-разному. В умелых руках даже из плакатного коммунистического новояза получается "Котлован".

За них - уверена, про себя - надеюсь. Или стараюсь.

"Свет на мгновение выхватил крахмальную грудь Келлера и капли стекляруса на платье его жены, которая, выпростав полную ногу, в свой черед лезла из автомобиля". (Набоков. Вовзращение Чорба)

Это - неправильный русский язык. А какой образ!

выхватил крахмальную грудь......... и капли ....... на платье его жены, которая, выпростав полную ногу, в свой черед лезла......

— поедание грудки капающего жиром рябчика. на ум лезет песня в харчевне из «буратино».

Позволю себе взять "неправильный" в кавычки:)

Эту реплику поддерживают: Алексей Юпитов

Почему неправильный?

— набокова жалко.

Нет, а почему все-таки неправильный? Набоков не обидится....

Мне дочка пяти с половиной лет (мы живем в Москве, а она ходит во французский детский сад), в воскресенье в ЦПКиО выдала: "Папа, я хочу покататься на MANÈGE!". Я французского не знаю, поэтому несколько моментов думал, чтобы это могло быть. Потом сказал: "Это каруселька, что-ли"? "Да, папа, ну MANÈGE ведь короче говорить!", ответила мне дочь.

Вот такие вот "rose и éclose"...

Эту реплику поддерживают: Константин Зарубин, Тимур Седов

Двух-трех язычные дети - неиссякаемый источник веселья. Рюкзовик, "мама, я пересекаю улицу", "огромкий какой человек!", "ты пришла с ктом? " (то есть не с котом, а с кем) и прочее, всего не вспомнить. Из моих самых любимых: двухлетний Веня: "Это слон". "Венечка, а как слон по-французски?" Подумав, говорит в нос: "Le slon"  Все правильно, очень точно уловил отличие французского от русского: наличие артикля и носового звука.

И еще, пятилетняя Вера, о русском обычае посидеть на дорожку: "А когда мы будем делать тихую присядку?". Так у нас и остался обычай тихой присядки навсегда.

А вот уже, когда подросли: "Мама, там столько всяких известностей пришло". "И не буду я читать эту вашу Шанель!" Простите, Николай Васильевич...

И самое-самое:  Вера (4 года) и Маша (9 лет) обсуждают булочки с корицей.

Вера: "Эти булки со сладким перецем".

Маша, авторитетно, на правах старшей и родившейся в России: "Не с перецем, а с перцОм".

"Двух-трех язычные дети - неиссякаемый источник веселья."

Как-то мой сын сказал: "Надо подпрыгнуть машину"

PS: Для тех, кто не в курсе: to jump a car - завести машину, подсоединив к другой, то есть - "прикурить"

Эту реплику поддерживают: Константин Зарубин, Гелия Делеринс

Людмила Вербицкая, кстати, быстро навела бы тут среди всех порядок. Никаких двуХ-трёХязычных детей! Только двуязычные, двуязыкие, треязые и полилингвальные!

Эту реплику поддерживают: Гелия Делеринс

Тихая присядка - это правильный русский язык!

Эту реплику поддерживают: Гелия Делеринс

"Если звезды зажигают -- значит -- это кому-нибудь нужно"
"Если звезды зажигают -- значит -- это кому-нибудь нужно"

— "Если звезды отжигают -- значит -- это кому-нибудь нужно"  

Спасибо. Прелюбопытная заметка. Со «смешением функциональных стилей». Во второй половине долго не мог понять – почему от женского лица повествование. На финише дошло, что это все гипотетически вещала лингвист из Белгорода. Художественный прием, однако. 

Между тем, в эти дни наслаждаюсь языком, как раз, «двух, трех поколений назад». Чеховские рассказы стали лучшим в этом сезоне подарком библиотеки друзей.

Ну, и на этом фоне,  конечно, еще больше печалит стойкая популярность «олбанского йезыга». Понятно, что свойство интернет-эпохи, но когда и президент туда же со своим «котэ» и прочим… Тошно.

Не серчайте: не могу согласиться с критикой олбанскаго:) Мне он представляется замечательным проявлением языкового творчества - почище I can haz cheezburger? и LOL Cat Bible.

Особенно теперь, когда пик олбанского уже в прошлом, хорошо видно, что он обогатил русский язык целым набором новых стилистических средств. "Аффтары", "кросафчеги", "путен", "пацталом", даже элементарное "Ыыыы" - всё это может быть очень выразительно, когда употребляется к месту.

Как всегда, вопрос упирается в (не)умение конкретного носителя языка распоряжаться языковыми средствами.

К нижнему - ключевому. Вот-вот. И у молодой поросли происходит подмена языковых реалий до самого фундамента. Масштаб вероятных отзвуков мне страшен. Вам - нет?

Честно говоря, меня больше пугает то, что русский язык может прослыть языком коррупции, великодержавного пустобрёхства, дутого образования, религиозного мракобесия и т. д., и - увы - т. п. 

Такая репутация, на мой взгляд, для языка намного опасней, чем масовые нарушения морфологического принципа орфографии в развлекательных целях.

Не языку грозит вся эта слава, но стране. Так думаю.

Согласен с Вами.

Но люди редко отличают одно от другого. Двенадцати лет Третьего рейха хватило на то, чтобы перечеркнуть два века кантов, гёте, бетховенов, гауссов, эйнштейнов и гейзенбергов - многие из которых не были немцами ни в каком смысле этого слова. Репутацию немецкого языка уничтожило немецкое государство.

Эту реплику поддерживают: Тимур Седов

Касаемо «многоязыковых детей», на юге Китая, помнится, снимал цикл телесюжетов о жизни русских там. И родители трёх дочерей интересно рассказывали – как они методом проб и ошибок разработали свой лингво-рецепт.  

 

Эту реплику поддерживают: Константин Зарубин

спасибо огромное за пост!:)

я тут, будучи условно-эмигранткой - или "засланцем" - как раз много раздумываю последнее время на эту именно тему...

Совершенно согласна с тем, что язык - сам язык - испортить совершенно невозможно, а вот представления о нем, ассоциации, с ним связанные - запросто.

Эту реплику поддерживают: Константин Зарубин

Не за что! Мне и самому было интересно:)

Да, испортить ассоциации проще простого. Но самое грустное, что обратно их потом и за полвека не выправить.

Эту реплику поддерживают: Виктория Новикова

Анна Северс Комментарий удален автором

Why Bilinguals Are Smarter

http://www.nytimes.com/2012/03/18/opinion/sunday/the-benefits-of-bilingualism.html?_r=1

Эту реплику поддерживают: Константин Зарубин