Виктор Ерофеев   /  Владислав Иноземцев   /  Александр Баунов   /  Александр Невзоров   /  Андрей Курпатов   /  Михаил Зыгарь   /  Дмитрий Глуховский   /  Ксения Собчак   /  Станислав Белковский   /  Константин Зарубин   /  Валерий Панюшкин   /  Николай Усков   /  Ксения Туркова   /  Артем Рондарев   /  Архив колумнистов  /  Все

Наши колумнисты

Валерий Панюшкин

Валерий Панюшкин: Между колыбелью и гробом

Иллюстрация: Corbis/Fotosa.ru
Иллюстрация: Corbis/Fotosa.ru
+T -
Поделиться:

Мне было года четыре, и я все никак не мог привыкнуть к Москве. У меня было весьма эксцентрическое детство. В Ленинграде, где я родился, бабушка — известный врач, дедушка — начальник военного госпиталя, белые служебные «Волги», ординарцы, спецраспределитель, черная икра на завтрак… В Москве мама и папа — молодые специалисты-неудачники, бедность, невкусные котлеты из «Кулинарии»… В Ленинграде — просторная генеральская дача и волшебная квартира на Большом проспекте Петроградской стороны, с витражами на окнах, со старинным поблескивающим дубовым паркетом, с антикварной мебелью… В Москве — комната в коммуналке. По Ленинграду я ездил на машине, и все меня любили, потому что я был дедушкин внучек. По Москве я ездил на метро, причем в самый час пик: мама волокла меня непроснувшегося в детский садик для заикающихся детей, где к нам, невротизированным уродцам, ужасно относились: «Не можешь говорить, так и заткнись, жди логопеда» — это была нормальная в устах воспитательницы фраза. В Ленинграде летом у бабушки я был отчетливо счастлив. В Москве зимой с мамой и папой — отчетливо несчастен. Да все никак не мог привыкнуть к несчастью.

И вот однажды утром мама волокла меня за руку по переходу между двумя линиями московского метро. Дело было зимой, я был в тяжелом и неудобном пальто, мне было жарко, а ноги были мокрые, потому что под ногами хлюпала грязная каша. И люди вокруг ужасно пахли, взопревшие в своих влажных и несвежих одеждах, неухоженные советские люди. Я помню, что посмотрел с лестницы вниз и увидел под собою станцию, заполненную этими некрасиво одетыми и дурно пахнувшими людьми. И остановился.

— Пойдем! — мама потянула меня за руку.

— Я не могу, — сказал я.

Я объяснил маме, что там внизу — люди. Что все они плохо ко мне относятся. Что они злые и никогда не улыбаются. Что они ужасно пахнут и ужасно толкаются. Что я просто не могу, не могу, не могу выносить людей.

Мама присела рядом со мной на корточки, заглянула мне в глаза и сказала ласково:

— А ты представь себе, что все они в прошлом дети и в будущем — покойники.

Может быть, это была слишком сложная мысль для четырех- или пятилетнего ребенка, но я представил себе.

Прямо на нас перлась толстая тетка с кошелками и ругала маму, что, дескать, расселась тут на дороге. И я представил себе эту тетку девочкой моего возраста в ватном пальтишке и тупоносых ботиночках. А краснорожего мужика с портфелем я представил себе совсем младенцем. А про бабку с клюкой, которая спускалась вдоль стеночки и громко ругалась сама с собой, я подумал, что вот она, наверное, совсем скоро умрет и будет лежать в гробу тихая и восковая.

И потом вдруг всех этих людей на станции московской подземки я представил себе детишками в роддоме. Я бывал к тому времени в роддоме: бабушка водила по всему Ленинградскому Первому медицинскому институту из отделения в отделение — похвастаться мною перед коллегами. И сразу же представил станцию кладбищем — люди в моей фантазии замерли и затихли.

Наконец, я представил себе маму мертвой. И сразу же подумал, что вот она умрет, а я тут стою посреди перехода и капризничаю. И больше уже не капризничал. Наверное, целых два дня.

Считать всех людей в прошлом детьми и в будущем покойниками я привык не сразу. Но я сразу заметил, что так мне легче. Если ждешь от людей, что они будут взрослыми, мудрыми, доброжелательными, то не дождешься. Если представляешь себе людей детьми или мертвецами, то чего же от них и ждать?

Это хорошее упражнение. К сорока годам я виртуозно научился видеть любое событие очередной серией из похождений бывших детей и будущих мертвецов. Путин ли летал со стерхами — так это же очень мальчишеское, понятное, даже трогательное. Лимонов ли призывает «взять все и поделить» — так ведь пожилой человек: моему семидесятитрехлетнему папе тоже бывает свойственна неумная стариковская ворчба. Pussy Riot — кощунницы? А вы представьте себе дело так, что девчонки похулиганили. Судья Сырова вынесла жестокий приговор? А вы представьте себе ее девочкой — перепуганной ябедой, которая бежит жаловаться учительнице, пока не разрушился мир.

Недавно одна телекомпания брала у меня интервью. Речь шла о тяжелобольных людях. Корреспондент спрашивала, хорошо ли это, что на Западе есть специальные психологи, которые разговаривают с детьми про то, как умрут их родители, или про то, как сами дети умрут. Я отвечал, что людям обязательно надо говорить друг с другом о смерти и о детстве. Что совершать разумные поступки люди могут только тогда, когда понимают, что умрут: я умру, вы умрете, родители наши умрут, дети наши умрут (дай бог, чтобы не раньше нас). Все умрут, сказал я, даже Путин.

Тут корреспондент засмущалась и сказала, что фразу про то, что Путин умрет, придется из интервью вырезать.

И я подумал, что журналистка эта в сущности ребенок. Да и я глупый мальчишка. Зачем было бравировать собственной храбростью и пугать девочку фразой по то, что Путин умрет?

Комментировать Всего 12 комментариев

Ваша мама удивительная женщина

Эту реплику поддерживают: Алексей Воеводин

До чего красиво иногда люди пишут, – хочется поцеловать автора.

Интересно, что и в трактате «Пиркей авот» размышление на заданную тему соседствует с размышлением о политике. Что-то в этом есть…

Глава 3. 1. Акавья бен Маалальэль говорил: «Помни о трех вещах, и ты не согрешишь: знай, из чего ты произошел, и куда ты идешь, и перед Кем тебе предстоит держать ответ на суде и отчитываться. Из чего ты произошел? Из капли семени, быстро теряющего свою силу. А куда ты идешь? Туда, где прах, гниль и черви. А перед Кем тебе предстоит держать ответ на суде и отчитываться? Перед Владыкой над царями царей, Святым, благословен Он».

2. Раби Ханина, замещавший первосвященников, говорил: «Молись о благополучии державы – ведь если бы не страх [наказания], люди глотали бы друг друга живьем».

Кроме того, интересно, что мистический комментарий уточняет относительно первой фразы, что ее отрицательные характеристики «конечных точек» адресованы грешнику, чтобы встряхнуть его сознание; начало – «Помни…» – адресовано человеку, которому достаточно напоминать о низкой цене материального, чтобы удержать его от проступков. Поэтому фраза «откуда ты явился» говорит такому человеку о божественном происхождении его души. Соответственно, «куда ты идешь» указывает на высоты, которых может достичь душа; а «перед Кем…» говорит не о наказании, а об ответственности за раскрытие своего потенциала…

Что касается отношения к властям, то тут комментарии строятся на отказе от эгоизма в восприятии мироустройства.

Эту реплику поддерживают: Алексей Воеводин, Лариса Гладкова

Каких-то диких сил последнее решенье

Луча отвесного неслышный людям зов, 

И абрис ног худых меж чадного смешенья 

Всклокоченных бород и рваных картузов. 

Не страшно ль иногда становится на свете? 

Не хочется ль бежать, укрыться поскорей? 

Подумай: на руках у матерей 

Все это были розовые дети.

Как вы здорово написали. Про детей я постоянно вспоминаю, но в другом контексте: насмотрелась фильмов про маньяков, и теперь каждый раз смотрю на кого-нибудь ужасного (вроде вновь отличившегося Милонова) и думаю - а ведь был когда-то дитёныш, познавал мир, как все, тянулся к любви, совал любопытный нос повсюду... это что же с ним должно было случиться, чтоб он вырос и решил для себя, что уничтожать, унижать, бить окружающих - это нормально? Это ведь что-то ужасное должно было случиться. И как-то сразу скорее печально и стыдно, чем страшно или зло.

Но ваш контекст мне чуть ли не больше нравится. Действительно, если от взрослых не ждать взрослости, как-то проще на их особенности реагировать. А уж если помнить, что все мы относительно скоро умрем, то и вовсе нынешние неприятности преходящи, а радости - ценны.

Спасибо, что напомнили и подсказали. :)

и теперь каждый раз смотрю на кого-нибудь ужасного (вроде вновь отличившегося Милонова) и думаю - а ведь был когда-то дитёныш, познавал мир, как все, тянулся к любви

— вот  ещё один печальный детёныш, глаза — сплошная поэзия:

Книга была на эту тему - как женщина бесконечно долго и больно рожала и неизвестно было, выживет ли сама и выживет ли младенец. Как читатель прямо-таки рыдаешь в жалости за эту несчастную женщину. И под самый конец она выживает. И вместе с твоим - читательским - выдохом облегчения глаза находят сквозь слезы последнюю фразу книги: "так родилдся Адольф Гитлер"

Эту реплику поддерживают: Алексей Воеводин, Виктория Кузнецова, Asli Samadova

Это уже не дитеныш, это уже взрослый человек. Но ведь и Гитлер был когда-то ребенком. Чудовища ведь не прилетают из космоса. Ребенок не рождается сразу с идеей условно "убить всех человеков". Как знать, родись он в другой семье, возможно, получился бы совсем другой человек.

Про Сталина была такая история. Что на каком-то мероприятии то ли писательница, то ли журналистка сказала предложение, в котором были слова типа "после смерти Сталина". Зал напрягся. Она начал оправдываться, что имела в виду, что дело его конечно же бессмертно, хоть к великому прискорбию рано или поздно он физически умрет. Ее все-равно псадили и расстреляли.

какое прекрасное смирение и умиротворение в этой игре. Мне нравится, тоже попробую

Эту реплику поддерживают: Алексей Воеводин

Смерть - одна из немногих закономерностей, перед которой равны все.

 людям обязательно надо говорить друг с другом о смерти и о детстве. Что совершать разумные поступки люди могут только тогда, когда понимают, что умрут: я умру, вы умрете, родители наши умрут, дети наши умрут (дай бог, чтобы не раньше нас). Все умрут,

Очень правильные и нужные слова, к сожалению, в России не развита эта мысль. Человек не должен пугаться смерти, она закономерна, тяжело терять близких - тут в России опять поле непаханое, в свое время я пыталась организовать психологические тренинги для работников похоронных служб, на меня смотрели как на что-то свалившееся с луны. Люди часто боятся самого слова смерть, хотя когда понимаешь, что в этом все равны, многие обиды, страхи отступают. Смерть один из немногих этапов, где действительно все равны.

Ваша мама очень мудрый человек!

Эту реплику поддерживают: Christina Brandes-Barbier de Boymont

Религиозность,

которой были лишены советские люди и дети, именно о смерти и толкует, как одном из главных предметов.

А вот стоит ли пятилетним детям насчёт всеобщей смертности внушать - не уверен.

Всему своё время.

Да и толковать об этом следует образом, выработнанным и провренным веками. 

Валерий, спасибо за интересный текст!