Виктор Ерофеев   /  Владислав Иноземцев   /  Александр Баунов   /  Александр Невзоров   /  Андрей Курпатов   /  Михаил Зыгарь   /  Дмитрий Глуховский   /  Ксения Собчак   /  Станислав Белковский   /  Константин Зарубин   /  Валерий Панюшкин   /  Николай Усков   /  Ксения Туркова   /  Артем Рондарев   /  Архив колумнистов  /  Все

Наши колумнисты

Валерий Панюшкин

Валерий Панюшкин: Детдом закрыт

Иллюстрация: Corbis/Fotosa.ru
Иллюстрация: Corbis/Fotosa.ru
+T -
Поделиться:

Когда полгода назад власти Подмосковья предполагали расселить реутовский детский дом и устроить в освободившемся здании детский садик, мы сами предложили помощь педагогам и волонтерам. Мы — это участники детского правозащитного проекта «Правонападение». Ситуация казалась нам предельно ясной. Маленький детский дом. В помещении бывшего детского садика, рассчитанном на полторы сотни человек, живут тринадцать детей, живут давно, привыкли к воспитателям, привыкли к школе по соседству, в которую ходят с первого класса. Им хорошо. У них школьные друзья. У некоторых в Реутове родственники, братья и сестры, с которыми можно видеться хоть каждый день. А само государственное сиротское учреждение стало очень похоже на семью, хотя бы малочисленностью воспитанников. Конечно, дети не хотят, чтобы их детский дом расформировывали, а их переводили в другие детские дома, где много народа, незнакомый персонал, новая школа, нету братьев и сестер поблизости, и обстановка враждебная, хотя бы потому что новая. Очень же понятно. Даже и я, ребенок из вполне благополучной семьи, плакал в детстве, когда меня переводили из школы в школу.

С другой стороны, можно понять и департамент образования Московской области. Вот у них катастрофически не хватает детских садов. Очереди по пять лет, дети ходят в садик в две смены. А тут пустует практически здание детского садика на полторы сотни детей. Всего-то тринадцать подростков живут в этом здании. Сам бог велел развезти этих сирот по другим детским домам, а здание садика загрузить по профилю. То есть я думаю, чиновники понимали, что тринадцать сирот всплакнут, переезжая из Реутова в Егорьевск, зато как обрадуются триста реутовских родителей, которые смогут, наконец, отдать своих отпрысков в садик.

Тогда, в январе, мы предлагали промежуточный вариант, который казался нам разумным. Пусть реутовские сироты спокойно доучатся до конца учебного года, пусть за это время с детьми поработают психологи, пусть объяснят детям, что нехорошо втринадцатером занимать здание, предназначенное для ста пятидесяти человек. Пусть, наконец, повезут детей в новый их детский дом, просто познакомиться с будущими товарищами и увидеть, что не кусаются ни товарищи будущие, ни будущие педагоги.

Подмосковные образовательные чиновники — это довольно несимпатичные пергидрольные блондинки, но надо отдать им должное — они все так и сделали: дали детям доучиться в Реутове до каникул, свозили на экскурсии в новые детские дома, выделили психологов, чтобы подготовить детей к переезду. Они сделали, что обещали.

А волонтеры, работающие в Реутовском детском доме, — это очаровательные молодые люди с добрыми и интеллигентными лицами.

Но они не сделали ничего.

За эти полгода можно было собрать и подготовить документы, на основании которых не только любой суд отменил бы решение о закрытии реутовского детского дома, но и сам департамент здравоохранения Московской области отменил бы это свое решение. Например, заключение независимой психолого-педагогической комиссии о том, что в реутовском детском доме сложилась уникальная, крайне благоприятная для детей обстановка, что перемена этой обстановки будет ухудшением положения детей, что противоречит Всеобщей конвенции о правах ребенка. Но не было подготовлено такого документа. Еще законный представитель детей, то есть заведующая детским домом, могла бы написать запрос в прокуратуру или составить иск в суд, где говорилось бы, что она против закрытия детского дома, поскольку это ухудшит положение детей, которых она — законный представитель. Не было сделано и этого. Можно было бы собрать письма с родственников тех сирот, у которых есть родственники. Можно было собрать миллион фотографий, изображающих, как сирота со старшей сестрой идет на выходных в кино или в луна-парк, и приложить билеты из кино и луна-парка.

За полгода можно было так подготовиться к процессу, что мы бы выиграли этот процесс, несмотря на всю сомнительность наших судов. Мы уже выигрывали такие процессы. Выиграли бы и этот. Но, к сожалению, мы не можем помогать людям, которые не хотят получить помощи и ничего не делают, чтобы эту помощь получить.

Я, конечно, понимаю, что педагоги и волонтеры идут работать в детский дом, чтобы возиться с детьми, а не чтобы возиться с юридическими документами. Но иногда необходимо и это. Я не настаиваю, что надо было обращаться именно к нашим юристам. Юристов полно. Но делайте же что-нибудь! Чтобы защитить права детей, никогда, никогда, никогда не бывает достаточно поскандалить в социальных сетях и позвать белоленточных журналистов, какими бы очаровательными людьми они ни были. Чтобы защитить права детей, надо разговаривать не с теми, кто понимает права так же, как ты. Надо разговаривать с теми, кто понимает права иначе и вообще ставит бездефицитность областного бюджета выше прав ребенка. Вообще, чтобы защитить права, надо не искать единомышленников, а убеждать противников.

И вот итог: реутовский детский дом закрыт. Дети в слезах уезжают в детдом в Егорьевск. Здесь мы уже никак не можем помочь, не стоит и тратить время. То, что мы можем, — это настоять на принятии стандарта содержания ребенка в государственном сиротском учреждении. Для будущих воспитанников детских домов семейного типа это будет важно, чтобы существовал юридический документ, в котором прояснялось бы, как именно должен выглядеть для сироты психологический комфорт и насколько возможно перевозить сироту из одного детдома в другой против его воли.

Комментировать Всего 2 комментария

Валерий, а Вы абсолютно уверены, что этот детский дом надо было сохранять? Ведь детский-то сад действительно нужен...

Вот же!!!

между  "Мы делали, что могли" (привлекали внимание, создавали шум в обществе) и "Вы совсем не сделали совсем ничего"   (не подготовились к суду, не собрали документы) - пропасть!!!

Добрых, отзывчивых, неравнодушных в принципе немало . Готовых действовать и понимающих как - почти нет.

И не только в истории с детским домом так.