Леди Ю

Книга журналистов Дмитрия Попова и Ильи Мильштейна о Юлии Тимошенко, готовящаяся к выходу в издательстве «Альпина нон-фикшн», задумывалась как биография одного из самых ярких политиков на постсоветском пространстве, а получилась скорее портретом целой страны. «Сноб» публикует отрывок.

+T -
Поделиться:
Фото: AFP/East News
Фото: AFP/East News

Три тюрьмы — как три эпохи в жизни.

Арестовывали ее всегда по уголовным статьям. Но каждый раз истинной причиной была политика.

В марте 1995 года при посадке на рейс «Запорожье — Москва» таможенники нашли у нее незадекларированную валюту, причем так много, что хватило бы для крупной взят- ки, а еще больше было карбованцев. Составили протокол. Через несколько дней Юлию Владимировну арестовали.

Однако у запорожской Фемиды особых претензий к Тимошенко не было. Вопросы у высокого киевского начальства имелись к ее покровителю Петру Лазаренко, «крестному отцу» Днепропетровской области. Лазаренко готовился к карьерному броску в Киев. Его политические фантазии не знали границ. Однако не все в Киеве были этому рады. Молодая дама, сдававшая багаж, стала жертвой суровых мужских игр. Впрочем, Лазаренко довольно быстро вытащил ее из СИЗО, дело из запорожской прокуратуры перевели в днепропетровскую, где о нем благополучно забыли.

Но не так просто забыть о тюрьме. Тошнотворная картинка на долгие годы врезалась ей в память: грязная камера и полуголая узница по щиколотку в воде. Поэтому, когда через три месяца в московском аэропорту Внуково ее остановила российская таможня, у Тимошенко чуть не сдали нервы. Из пакета с провизией («булочка хлеба, курица жареная, пять малосольных огурцов, — перечислял под протокол ее муж, — сыр порезанный, колбаса резаная, шейка порезанная, две бутылки минеральной воды, бутылка сока, два йогурта, две баночки рыбки, две пачки масла») таможенники извлекли аккуратные пачки купюр. Насчитали $100 000.

Спустя несколько часов чартерный ЯК-40 авиакомпании «Днеправиа» поднялся в воздух, а на земле осталось лаконичное объяснение улетавшей VIP-пассажирки: «Я, Тимошенко Юлия Владимировна, не знаю, что это за деньги, через таможню их не проносила и не имею к ним никакого отношения».

Чтобы не вернуться за решетку, она была готова заплатить любые деньги. Однако год от года ставки росли.

Уголовное дело, увенчавшееся арестом Юлии Тимошенко в феврале 2001 года, велось по двум статьям — «контрабанда» и «уклонение от уплаты налогов». По контрабанде Генпрокуратура насчитала более $1 млрд — астрономическая сумма для нищей Украины середины 1990-х.

При этом Лазаренко никакого отношения к делу больше не имел. Теперь уже сама «газовая принцесса», а не сгинувший в Америке ее «крестный отец», стала смертельным врагом президента. Уволенная с поста вице-премьера, она яростно билась за «Украину без Кучмы». Раскручивала скандал, связанный с убийством журналиста Гонгадзе. Создавала Форум национального спасения — прообраз «оранжевого» Майдана. Судьба ее обретала международный размах. Рассказывают, что окончательное решение об аресте Тимошенко Кучма принял за 48 часов до ее задержания, во время встречи с Путиным в Днепропетровске. Но она, все так же страшась тюрьмы, уже точно знала, что путь из СИЗО во власть — самый короткий. И была убеждена в том, что отсюда ее будет вытаскивать покровитель покруче Лазаренко — сам народ украинский. И не ошиблась.

Отсидев 42 дня в Лукьяновском СИЗО, осознала она, впрочем, и другое: арестовать ее могут в любой момент. До самой «оранжевой революции», до изгнания Кучмы из власти Юлия Тимошенко хранила свою «тюремную» сумку. Депутатская неприкосновенность была единственной, причем довольно шаткой защитой. Лишь осенью 2005 года впервые со времен Запорожья леди Ю наконец вздохнула свободно. Ей показалось, что теперь она навсегда избавилась от своего страха.

В те дни Юлия Тимошенко собрала большую пресс-конференцию. «Уважаемые друзья, — произнесла она, и глаза ее сияли от счастья, — вчера мы получили на руки два решения Верховного суда... Это было судебное заседание, которое проходило при участии 46 судей... Это в полном составе Судебная палата по уголовным делам и Воен- ная судебная коллегия... Это завершение всех без исключения уголовных дел, которые в течение последних 10 лет практически не давали жить ни нашей семье, ни нашей команде... Совершенно очевидно, что ни одно обвинение не имело оснований. Совершенно очевидно, что это были наглые политические репрессии...»

Изгнанная Виктором Ющенко с поста премьер-министра, Юлия Тимошенко готовилась к реваншу. Именно в бывшем соратнике видела она главного своего врага. Но ей и в страшном сне не могло привидеться, что беспощадная их война через пять лет обернется катастрофой и для страны, и для нее лично. Что Янукович, безжалостно осмеянный и, казалось, навсегда проклятый Майданом, займет кресло президента. А добравшись до власти, немедленно отдаст приказ вынуть из архива запылившиеся тома ее уголовных дел и побыстрее сочинить новые.

В 2011 году ставки в игре, где на кону была свобода, вновь подскочили.

Янукович мечтал посадить Тимошенко надолго, как Путин посадил Ходорковского. В новом процессе речь шла о 100 млрд гривен, а обвинили ее чуть ли не в государ- ственной измене. «Предательским» был контракт о поставках российского газа на Украину, подписанный ею на посту премьер-министра. В отличие от Кучмы, который не сразу сумел разглядеть, насколько опасна для него Тимошенко, Янукович был твердо уверен, что она — враг № 1.

К слову, их теперь довольно часто сравнивают — Юлию Тимошенко и Михаила Ходорковского. И не без оснований. В судьбах российского нефтяного магната и украинской «газовой принцессы» немало общего. Сведение личных счетов как повод для возбуждения дел. Судебный произвол как принцип взаимоотношений власти с оппозицией. Сериал как жанр этого затянувшегося кино. Совпадает даже количество серий: пока их просматривается три, но для одной человеческой жизни это очень много.

В первый раз Ходорковского осудили за уклонение от налогов. В ходе второго процесса выяснилось, что он «украл всю нефть», и не исключено, что в будущем на него попытаются повесить нечто более страшное. Не зря же Путин говорил про «доказанные убийства» и «руки в крови».

На Юлию Тимошенко тоже вешают все новые и новые обвинения: налоговые преступления, хищение бюджетных средств, служебный подлог. А недавно прокуроры заговорили о ее причастности к убийству депутата в 1996 году.

Имеются и различия. Ибо президент Путин, определяя судьбу ЮКОСа, его владельцев и топ-менеджеров, более всего был озабочен отъемом успешной компании. Политиком в прямом смысле слова Ходорковский не был или не успел им стать. Напротив, Юлия Тимошенко дважды возглавляла правительство и на последних выборах боролась за президентское кресло, лишь во втором туре проиграв Януковичу, к тому же она до сих пор остается одним из самых популярных политиков на Украине.

Главное же отличие сводится к психологии и поведенческой стратегии.

Ходорковский — человек сдержанный, прагматичный, закрытый. О том, какие чувства он испытывал, пытаясь отстаивать в судах свою правоту, мы можем лишь догадываться. Как и о его личном, глубоко выстраданном отношении к Путину. Тимошенко же своих чувств не скрывает. Ни ненависти, ни отчаянья при мысли о том, что она проигрывает самому ничтожному, по ее мнению, из всех украинских вождей — Виктору Януковичу.

Некоторые из тех, кто искренне желал Ходорковскому скорого освобождения, в ходе последнего его процесса спрашивали в недоумении, почему он даже после стольких лет в колонии продолжает играть по навязанным ему правилам, оставаясь внутри системы, которую сам считает преступной. Почему не воспользуется камерой обвиняемого как трибуной, чтобы дать бой режиму Путина, частью которого он сам когда-то был. Почему предпочитает иронизировать, когда надо обличать и проклинать? Иногда его даже сравнивают с обвиняемыми времен показательных процессов 1930-х годов, которые сохраняли верность сталинской системе вплоть до расстрела.

В этом смысле процесс Юлии Тимошенко достоин учебников. Если не по юриспруденции, то уж по политтехнологиям точно. Свой суд Тимошенко превратила в подмостки. Шесть недель подряд до самого дня ареста она издевалась, клеймила, смеялась, безжалостно разила, вонзала шпильки и била наотмашь. Досталось всем — и судье, и прокурорам, и украинской судебной системе в целом, но главной мишенью был, разумеется, президент Янукович. Тимошенко успевала не только сражаться на всех фронтах, но и, не стесняясь в эпитетах, комментировать в Twitter каждый поворот процесса. Число зрителей ее многосерийного судебного шоу, судя по количеству читателей дневника, росло с каждым днем.

Пятого августа — в день своего ареста — она была в ударе. Главной жертвой язвительной и беспощадной подсудимой стал приглашенный в суд премьер-министр Николай Азаров, въехавший в кабинет Тимошенко сразу после победы Януковича.

«Подписанные Тимошенко контракты на поставки российского газа доведут страну до банкротства, — начал он. — Соглашения были предательством по отношению к стране и ее гражданам. Могу предположить, что целью Тимошенко была победа на выборах».

Молча, с улыбкой выслушав обвинение, Тимошенко обернулась к судье: «Я ничего не поняла из того, что сказал Азаров. Я не понимаю украинского премьера, который раз- говаривает на русском языке. Я не понимаю неукраинский язык». Это был удар ниже пояса. Слабое знание Азаровым украинского языка давно стало темой бесчисленных анекдотов. Развивая наступление, Тимошенко потребовала пригласить на процесс переводчика. Прокурор ответил протестом. А уставший от бесконечных выпадов судья Киреев сорвался на крик. Он вновь потребовал уважения к суду и снова получил в ответ лишь презрительно-испепеляющий взгляд.

Тимошенко развернулась к свидетелю. Теперь она заинтересовалась дипломом Азарова. Премьер-министр побагровел: «Я геофизик, доктор наук, член Академии наук. Но уже 20 лет занимаюсь экономикой. А вы обвалили экономику так, как этого не было ни в одной стране мира! Для страны главное, чтобы был газ и не было проблем. Чтобы это произошло, главное условие — не допустить Тимошенко к посту премьера».

Тимошенко добилась того, чего хотела: Азаров перешел на личности. Но на этом поле у члена Академии наук шансов не было. «Вы лучше расскажите, как вы каждый день перечисляете бюджетные деньги своему сыну. Вы — старый, проверенный коррупционер! Вы чудом избежали ответственности за свои действия в 2005 году, потому что вас Ющенко простил. Расскажите, как происходил процесс вхождения компании “РосУкрЭнерго” на газовый рынок Украины. И желательно отвечать на украинском».

Суд удалился на совещание, а на страничке Тимошенко в Twitter появился очередной комментарий: «Судя по тому, что говорит Азаров, ему нужен не допрос, а МРТ, потом — массаж, чай с липой и полный покой. Уже в самом словосочетании “допрашивают Азарова” есть что-то положительное и обнадеживающее. Не последний раз, думаю. Еще немного допроса, и Киреев попросит у Азарова благословения и искупления... Хорошо, что в "рясе" — Киреев, а не Азаров».

Комментировать Всего 54 комментария

Друзья, тогдашнего покровителя Юлии Тимошенко и "крестного отца" Днепропетровской области звали не Петр, а Павел Лазаренко.

Ну, конечно, Павел Лазаренко! Спасибо, Сергей...И я, и Илья вычитывали книгу раз по пять, не меньше. А потом немецкий переводчик с доброй издевкой сообщил нам, что столица Туркмении называется все-таки Ашхабад, а не Душанбе. Я покраснел, Илья по-философски пожал плечами... Я помню, как году эдак в 82-м уличил журнал "Советский экран" в том, что они перепутали фотографию Нино Роты и Микеланджелло Антониони. Редактор остался невозмутим: А кто ж их в лицо-то знает... Но, поверьте, Сергей, кого-кого, но уж Павло Лазаренко мы в лицо знаем! ;)

Эту реплику поддерживают: Сергей Громак, Екатерина Затуливетер

Уважаемый Дмитрий, конечно, это всего лишь досадная опечатка. Не сомневаюсь, что вы прекрасно знаете имена всех прошлых и нынешних "столпов" украинской политики. Дело в том, что я пару лет назад купил и взахлеб прочитал Вашу книгу "Оранжевая принцесса". Она до сих пор стоит на полке среди моих любимых книг. При том, что я никакого отношения не имею ни к Украине, ни к тамошней политике. Рад, что у меня появилась возможность лично поблагодарить Вас за отличное произведение. Особо хочу отметить, что Вы виртуозно сумели пройти по тонкой грани, не ударившись ни в восторженное восхваление, ни в оголтелую критику Тимошенко. Получился многогранный и, полагаю, вполне объективный портрет.

Ваша книга "Оранжевая принцесса" - блестящий путеводитель по украинской политике последних десятилетий. Еще раз спасибо.

Эту реплику поддерживают: Екатерина Затуливетер, Дмитрий Попов

Огромное спасибо, Сергей, очень приятно такое прочитать!

Эту реплику поддерживают: Сергей Громак

Сергей, спасибо, моя кульпа, оправданий нет. Хотя, конечно, Петра легко спутать с Павлом, как тут подсказывают доброжелатели.

Эту реплику поддерживают: Сергей Громак

Илья, это Вам спасибо. Я не буду повторятся, так как только что написал Вашему соавтору Дмитрию в комментариях. Вашу новую книгу я пока не прочел. Но с огромным удовольствием прочитал пару лет назад "Оранжевую принцессу". Мелкая опечатка - это ерунда. А Вы смогли создать интереснейший, яркий и глубокий путеводитель по украинской политике последних десятилетий. Респект!

Проблема теперь заключается в том, что тема становится все более депрессивной. Девушка сидит, тем временем готовится второе дело и не вполне еще развалилось третье, как у Ходора, обвинение в убийстве. Янукович многому научился у Путина. 

Но ведь идет какое-то давление на Украину со стороны Евросоюза. Возможно, именно поэтому все-таки освободили Луценко. Может, и г-жу Тимошенко в итоге отправят, например, на лечение в Германию.

У меня складывается впечатление, что европейцы сдают Тимошенко. Тон изменился. Раньше свобода Тимошенко была пропуском Януковича на саммит ЕС в Вильнюсе этой осенью.Теперь европейские чиновники стали уклончивее.

Эту реплику поддерживают: Сергей Громак

В произведениях такого сорта есть одна особенность: авторы, увлеченные изобличением врагов своей героини (героя) не замечают простого и понятного любому фона, на котором они разворачивают события.

Вот, взяли Юлию с валютой в аэропорту. Раз взяли, два взяли… А вопрос о том, где тот животворящий источник, что позволяет сформировать пакетики в несколько сот тысяч долларов – остается за кадром. Накопила, надо полагать.

Или, Юля «оттянулась» на суде по полной программе: всем врезала.

Это здорово.

А по сути.

Довод о том, что Тимошенко договором с РФ удовлетворяла  свои личные политические амбиции – он опровергнут? Какое имеет отношение к сути происходивших тогда  событий, перебрех, устроенный Юлией в суде и вынесенный авторами на авансцену?

Неужели кто-то, не ангажированный и здравомыслящий может поверить в высоту и искренность демократических помыслов «Леди Ю», являющейся выкормышем и сообщницей Лазаренко?

Авторы попытались продемонстрировать нам, что пословица «Черного кобеля не отмоешь до бела» не работает, если в ней слово «кобель» поменять  на слово «сука».

Не получилось.

Простите, Сергей, в произведениях какого сорта?

У Вас действительно складывается впечатление, что книга, фрагмент которой Вы прочитали, написана в жанре "жития"?

Вы, знаете, Сергей, опасность нашего жанра в том, что отношение к персонажу немедленно переносится на книгу. Для этоги и фрагмента не нужно читать, достаточно взглянуть на обложку, и вот уж рвется с уст слово сука...

Эту реплику поддерживают: Елизавета Титанян

Мы пишем о Тимошенко с симпатией. Но это, конечно, никакое не житие.

Нет, сука не рвется. Слово сука появилось в контексте приведенной пословицы. А рвется - беспринципная авантюристка. Но это у меня рвется. У Вас рвется, как я прочитал, иное.

Где тонко, там и рвется... ;)  Сергей, может, стоит прочитать книжку целиком? Я бы тогда с удовольствием вернулся к этой дискуссии.

Так оно бы и не плохо, но в магазинах не встречал. Правда, после перехода от части к целому, мои аппетиты критиканства, как правило,  только растут:)

Эту реплику поддерживают: Дмитрий Попов

Только вчера тираж отгрузили в издательство. Мы сами еще не держали книжки в руках.

Эту реплику поддерживают: Сергей Тимофеев

Сергей, Вы заставили меня еще раз задуматься о жанре книги. Если не "житие", то что? Для издательства это документальный политтриллер. Не менее справедливо  было бы назвать наше сочинение авнтюрным романом. И в этом смысле я прекрасно понимаю Ваше определение „авантюристка“, хотя и не окрашиваю его в такие негативные тона, как Вы. В отличие от Ильи я больше киношник, чем журналист. Меня увлекают столкновения характеров, драматургия человеческой судьбы. А Тимошенко — наверное, самая фантастическая женская судьба на просторах бывшей империи. Человек из ниоткуда, девченка из днепропетровского "дома таксиста", она в 35 лет контролировала четверть экономики Украины. В ее честь переименовывали футбольные команды и создавали коллекции мод. Она вызывала восхищение отцов-основателей «Газпрома» и ненависть трех украинских президентов. Из этих троих она свергла одного, усадила на трон второго и была отправлена в тюрьму третьим (кстати, не без помощи второго). Она победила на Майдане и с треском проиграла в кабинете премьер-министра. Ее не раз хоронили. Но она всегда воскресала. Поначалу я хотел снимать документальный фильм о ней. идея книги родилась позже. Кстати, когда в 2006-м вышла наша первая биография  Тимошенко (сперва по-немецки), женский журнал Freundin рекомендовал читать продолжение книги в сводках новостей. И даже сейчас, семь лет спустя, сюжет «Тимошенко» для нас все еще не завершен. С кем ее сравнить в России? С Батуриной? С Хакамадой? С Матвиенко? С, прости Господи, Яровой или Мизулиной?...

Павел Лазаренко

А вот еще одно соображение. По поводу Петра (шутка!) Лазаренко. Для Вас, Сергей, формулировка "выкормыш и сообщница Лазаренко“ - приговор. Для меня это скорее идеологический мем, культивируемый тремя украинскими правительствами. Лазаренко для нас с Ильей - неоднозначная фигура. Позволю себе привести еще один фрагмент книги:

«Если сравнивать Павла Лазаренко с российскими политиками, то больше всего он напоминал Юрия Лужкова. Несмотря на разницу в возрасте (Лужков почти на 20 лет старше), оба принадлежали к призыву «крепких хозяйственников», пришедших на руины рухнувшей империи и сумевших на вверенных им территориях вновь запустить экономику. В тот год, когда Лазаренко получил от Кравчука Днепропетровскую область, Гавриил Попов передал Москву Лужкову. В то время, когда под энергичным присмотром «мэра с кепкой» начала возрождаться российская столица, Днепропетровская область одной из первых в Украине стала постепенно выкарабкиваться из экономической катастрофы.

            Имелись у них и другие драгоценные черты сходства. Столичный мэр выстраивал безупречную «Систему», в рамках которой делать большие деньги можно было только под чутким руководством высших московских чиновников. Павел Иванович жестко выстраивал своих днепропетровских бизнесменов. Лужков рассматривал Москву в качестве трамплина для вертикального взлета в Кремль или в Белый дом. Лазаренко из Днепропетровска переехал в Киев, где возглавил правительство и стал с нехорошей, ревнивой, выжидательной усмешкой поглядывать на президента Кучму. Юрий Михайлович, один из отцов-основателей партии власти, «бодался» со всеми московскими царями и был в течение нескольких месяцев одним из самых реальных претендентов на пост президента в 2000 году. Павел Иванович для тех же целей устраивался во главе партии «Громада». Лужкова, приучая к мысли, что президентом ему не стать, «мочили» по главному российскому телеканалу, и он вроде смирился, но время от времени все-таки выказывал норов. В итоге Путин руками младшего президента Медведева отправил его в отставку, и почти никто из друзей, соратников и нахлебников мэра вступаться за побежденного не стал. Карьера Лазаренко, тоже преданного и забытого, сложилась еще печальней. Но не будем забегать вперед.

            ...Рассказывали, что была у Павла Ивановича особая «книжечка», разделенная на две графы: «для державы» и «для себя». Месяц за месяцем и год за годом цифры росли в обеих колонках. Разумеется, и при Леониде Кравчуке чиновники воровали, как воровали они в России, да и повсеместно на постсоветских пространствах. Однако воровали они тогда поменьше, чем позднее, при Кучме. Впрочем, дело заключалось даже не в цифрах. При Кравчуке властные структуры независимой Украины еще не вполне оформились. Взятки, разумеется, давали, но вот такого ключевого понятия постсоветской экономики как «откат», еще не сформулировали. В союзе бизнеса и власти не просматривалось ясной схемы, понятных всем участникам правил игры.

            Подобно Лужкову в России, Павел Иванович стал одним из  архитекторов экономической модели государственного капитализма.»

            Теперь представим себе на секундочку, что в 1993 году Лужков просчитался и поставил на Руцкого-Хасбулатова. Разгром Белого Дома, бегство в Лондон или в Вену и - поток леденящих душу подробностей о капитализме московского разлива. Представим еще и другое: правая рука Лужкова, какой-нибудь Ресин не сдает хозяина, а становится лидером оппозиции. Ну, или как Тимошенко: сперва сдает, а потом становится. Боюсь, Юрий Михайлович стал бы пугалом пострашнее Бориса Абрамовича. А уж Павел-то Иванович показался бы рядом с ним и вовсе святым.

Бедная г-жа Тимошенко сидит в украинской тюрьме, а Лазаренко - в сшашной.

О тяжёлой судьбине Тимошенко печётся весь ЕвроНерушимый, не говоря уж о сплочённых рядах местных сочувствующих.

Почему же никто из них не печётся о тяжкой судьбине г-на Лазаренко? По причине географического положения приговорившего суда и места заключения?

Ответу на этот важнейший вопрос будет посвящен второй том нашего биографического исследования.

Эту реплику поддерживают: Дмитрий Попов

То есть платой за одну фразу (ну, параграф) ответа будет прочтение Вашего "второго тома"? Жаль, жаль...

Владимир, по-моему, Вам самому невтерпеж дать ответит на собственный вопрос. Врезать как следует "сшашникам", "ЕвроНерушимиму", местным либералам и туповатым авторам. Так вперед!

Если же у Вас созреет настоящий, а не риторический вопрос, который Вам удастся сформулировать без кокетливого подросткого фиглярства и на общепринятом литературном языке, попробую Вам на него ответить.

Эту реплику поддерживают: Илья Мильштейн

У меня почему-то ничем не подтверждённая, но сильная уверенность, что не смотря на недовольство моей лексикой и причитаниями по поводу "фиглярства" - Вы прекрасно поняли мой вопрос, который был вовсе не риторическим.

Но раз Вы настаиваете, то я Вам его переформулирую, переадресова с неподвластных Вам сущностей и личностей на более Вам близкие:

Почему журналисты, подробно и убедительно пишущие о тяжкой судьбине г-жи Тимошенко, политической мотивированности вынесенного ей приговора и ангажированности суда - не пишут ничего о тяжкой судьбине г-на Лазаренко, мотивировке его приговора и ангажированности вынесшего приговор суда?

А вот уже в третьем томе мы призадумаемся о "тяжкой судьбине" г-на Януковича, мотивировке его приговора и ангажированности украинского суда. Ну, когда будет приговор. Вообще - почитайте книжку, там про Лазаренко немало сказано.

Да сам г-н Лазаренко меня довольно мало волнует, как и все эти ющенки, тимошенки, януковичи. Я вообще стараюсь с подобной публикой не общаться.

Но 14 (?) лет назад  у меня был знакомый, который как раз с ними любил общаться - поэтому и знаю об оных типажах из почти первых рук. Домик у приятеля-соратника этого Лазаренко был тогда тут совсем неподалёку - метров 500. А г-на Лазаренко тогда, кажется, как раз сажали. Или уже посадили - не помню. И почему соратника вместе с ним не посадили и домик не реквизировали - тоже было тогда вполне понятно. А детали жизни этой публики - ну, кому они интересны - кроме них же самих и желающих к ним приобщиться?

Меня интересуют не эти фигурки, а освещение игры этими фигурками - освещение различными СМИ, принадлежащими различным кланам. Отсюда и мой вопрос - о журналистах, заметим. А не о лазаренко & Co.

Глубоко копаете, Вам бы книги писать. Но, не принадлежа ни к каким кланам, затрудняюсь ответить на Ваш ГЛАВНЫЙ ВОПРОС.

Что Вы, что Вы! Я ни в коей мере не желал сказать, Илья, что Вы лично принадлежите к какому-нибудь значимому клану.

Перечитайте, пожалуйста, мой вопрос. Вы его просто неправильно поняли.

Фу, только начнешь с Вами всерьез разговаривать - а Вы опять за старое. За подростковое. Двоечка Вам, Владимир, и - в  угол, пока всерьез ни подумаете о своем поведении.

Спасибо, Владимир! Я действительно уверен, что приговор Тимошенко мотивирован политически. Напомню, что сидит она вовсе не за бизнес ЕЭСУ, а за газовый договор с Россией. Въехавший в США с паспортами восеми стран Лазаренко, несмотря на просьбы о политическом убежище, - уголовник. Материалы суда над ним - бесценный исторический источник, не менее интересный, чем материалы процесса Абрамович - Березовский. Тимошенко же - политик, ключевая фигура для новейшей истории Украины.

То есть - если бы с деньгами в США сбежала бы г-жа Тимошенко, а пролезть на кресло правителя в Украине пытался бы г-н Лазаренко, и на этом пути он бы присел в украинскую же тюрьму - то Вы бы искренне считали, что г-жа Тимошенко - это уголовник, а г-н Лазаренко - "политик, ключевая фигура для новейшей истории Украины"?

Да в том-то и дело, что Лазаренко сбежал, едва над ним слегка раскрылось небо в клетку, а леди Ю, которая тысячу раз могла уехать, не сделала этого даже под угрозой третьей посадки. Ну да, потому она и политик.

Эту реплику поддерживают: Дмитрий Попов

У Вас потрясающий критерий "кто тут уголовник, а кто тут великий политик".

Спасибо, я полностью удовлетворён. А-бал-деть-с...

Владимир, ну к чему эта экзальтированность, мы же не барышни. Я не сказал "великий политик", я сказал - "политик". То есть у леди Ю тяга к власти и ощущение миссии сильней страха самосохранения, если надо разжевывать. С точки зрения морали в данном случае я ее не оцениваю.

Эту реплику поддерживают: Дмитрий Попов

Вы оцениваете того, у кого есть страх - как "преступника". Точнее, оценил Ваш подельник, но так как Вы решили за него отвечать - то, значит, и Вы.

То есть если, скажем, убил и сбежал - то убивец. А если убил, но стал в секретари лезть - то уже и не убивец вовсе, а политик (пусть и не шибко великий).

Я, Илья, поразился не оригинальности Вашей логики - увы, в ней тоже нет ничего нового. Это типичная логика левых - и именно так "политиками" из уголовников становились герои левых - тот же Йося Сталин, например.

Поразился же я живучести таких "логик", и, главное, Вашей честности и открытости - ибо сегодня без них обладание такой логикой признать как-то неприлично.

Повторюсь: глубоко копаете, а я человек легковесный. Мне задают конкретный вопрос, про Тимошенко и Лазаренко, и я отвечаю, со всей искренностью и конкретностью. Про Сталина или там гопоту в подворотне при этом, поверьте, совершенно не думаю. И я совсем не левый по убеждениям, скорее - либерал, хотя в этом по нынешним временам рискованно признаваться. Ну и случай, про который Вы толкуете, оцениваю исключительно с политической точки зрения, а кто там кого убил и сбежал - мне неведомо.

Эту реплику поддерживают: Дмитрий Попов

Либерал?! В чём же Ваш, простите, либерализм? Я вижу только полностью либеральное отношение к собственным словам (включая и слова Вашего подельника).

Сначала - "Лазаренко, несмотря на просьбы о политическом убежище, - уголовник. "

Потом - "а кто там кого убил и сбежал - мне неведомо."

Типичный левый подход, демократический - "народу неведомо, но народ уверен, что..."

А в том либерал, что придерживаюсь либеральных взглядов и убежден, что любой человек имеет право на свободное высказывание. Вот Вы, например. Передернули все, что только можно передернуть. Увели разговор в какие-то неведомые дебри. Назвали соавтора подельником. Заклеймили меня леваком. Заявили, что чисто тоталитарный подход "народу неведомо, но народ уверен" - это подход демократический. Но я горячо поддерживаю Вас в этой дискуссии и готов со временем умереть за Ваше право писать что бог на душу положит. Удачи!

Что именно я передёрнул?Куда именно я увёл разговор?

Почему "левый" - это уже ругательство?

Что недемократичного в том, что "народ всегда прав"?

А насчёт "готовности умереть" - позвольте всё же усомниться. Ну, в силу хорошо известных Вам особенностей Вашей профессии.

Не сомневайтесь, гадом буду!

Владимир, диалог с Вами потерял всякий смысл. Вы шулерски перескакиваете с темы на тему, не слушаете аргументов, не пытаетесь вдуматься в чужую позицию, при этом упиваетесь собственной "проницательностью" и трехкопеечным остроумием. Поначалу Вы утверждали, что ничего не знаете о "тимошенках и януковичах", а теперь направо и налево раздаете приговоры. Вы пытаетесь навязать бессмысленный диалог людям, много лет всерьез занимающимися новейшей историей Украины.  Вы напоминаете мне бомжа, схватившего за пуговицу случайного прохожего и втюхивающего ему что-то бессвязное о кланах, бандитах, политиках... Позволю себе на этом подвести черту под нашей дискуссией. Спокойной ночи!

Да ладно тебе, человеку поговорить захотелось. Узнать, выяснить, разобраться. Не будет же он книжку читать.

Ну вот. С поучительно тона "учителя перед подростком" Вы со скоростью журналиста скатились на истерику. Ай-яй-яй.

Темы я не менял ни разу. Я изначально спросил - почему те, кто так печётся о судьбине г-жи Тимошенко - совершенно не печётся о судьбе г-на Лазаренко. Хотя оба персонажа занимались не просто одним и тем же делом, но занимались вместе.

Ответ я, собственно, получил - и даже в многократном размере:

"Въехавший в США с паспортами восеми стран Лазаренко, несмотря на просьбы о политическом убежище, - уголовник."

"Лазаренко сбежал, едва над ним слегка раскрылось небо в клетку".

Я бы с удовольствием послушал Ваши "аргументы", но у Вас, они, увы, свелись к аргументам другого советского журналиста, записавшегося тут в "историки" - "Вы пытаетесь навязать бессмысленный диалог людям, много лет всерьез занимающимися новейшей историей Украины."

Но я по-прежнему готов с интересом послушать, чем же г. Лазаренко так провинился перед "либеральной общественностью", и почему он - "уголовник", а г-жа Тимошенко - "нет"?

Ну, если, конечно, аргументы имеются.

...А может, он и прочитает книжку. Тогда держись, подельник!

Эту реплику поддерживают: Дмитрий Попов

Интересная книга (стянул у коллег-издателей), очень многое напоминает то, что происходит у нас. 

Спасибо! Мы ее пока в живом виде не листали, хотя, грубо говоря, читали.

Спасибо вам ребята! Я бы тоже с удовольствием подержала вашу книжку в руках. И не просто подержала - но еще и прочитала бы. А фрагменты обсуждать - как вы оба меня учили - дело неблагодарное!

Эту реплику поддерживают: Илья Мильштейн

Настя, боже мой, с прошлого тысячелетия не виделись.

Привет! Видишь, как неожиданно все бывает! Теперь, думаю, не потеряемся. Так что - все впереди!

Эту реплику поддерживают: Илья Мильштейн