Николай Клименюк /

Оскорбление чувств властвующих

Почему врио мэра Москвы отказался от участия в предвыборных дебатах

Фото: Getty Images/Fotobank
Фото: Getty Images/Fotobank
+T -
Поделиться:

Самовыдвиженец Сергей Собянин, временно исполняющий обязанности мэра Москвы, очевидно, не будет участвовать в предвыборных дебатах. Так говорят в его штабе. Дебаты будут показаны в записи в дневном эфире никому не ведомых телеканалов «Москва 24» и «Доверие», так что участвовать в них не имеет особого смысла ни для одного из кандидатов. Но у Собянина есть и другие, более веские причины не идти на прямой контакт с оппонентами. Газета «Ведомости» цитирует неназванный источник в окружении кандидата: после регистрации на выборах Алексея Навального Собянин «хочет избежать хамства в эфире». Это очень существенная проговорка, которая позволяет рассматривать отказ Собянина от дебатов не только в связи с московской предвыборной ситуацией, но и в гораздо более широком контексте.

В последнее время российская власть стала чрезвычайно тонкокожей. Эпоха «новой политической чувствительности» началась практически сразу же после думских выборов, а первой жертвой оскорбленных чувств стал издательский дом «Коммерсант», которому пришлось уволить главреда «Власти» Максима Ковальского за публикацию в этом журнале фото избирательного бюллетеня с надписью «Путин, иди <НЕЦЕНЗУРНОЕ СЛОВО>». Процитировать надпись я не имею права: принятые в апреле дополнения к закону о СМИ запрещают использовать нецензурную брань.

Крепко досталось ветерану российского конформизма Владимиру Познеру за «госдуру». Получили по «двушечке» участницы Pussy Riot, которые спели обидное про Путина и патриарха. В июне 2013-го был принят закон, карающий тюрьмой за оскорбление чувств верующих. Главное слово тут «оскорбление», а «верующие» — это удобный эвфемизм, позволяющий оскорбиться кому угодно, если власти несподручно оскорбляться самой. Последние из известных инициатив принадлежат депутату от «Справедливой России» Елене Мизулиной: она выступила с идеей запретить мат на любых интернет-ресурсах. Текст поправок еще не разработан, утверждает Мизулина, но они могут понадобиться, если интернет не очистится сам. А пока он не очистился, Мизулина и ее коллега из «Единой России» Ольга Баталина написали заявление в прокуратуру на ЛГБТ-активиста Николая Алексеева, который позволил себе в их адрес грубые слова.

Выборы в Госдуму 2011 года оказались в политической жизни России очень важным рубежом. После того как их результаты были официально признаны, несмотря на зафиксированные фальсификации и массовые протесты, имитация стала основным принципом функционирования всех властных структур. Якобы следственные органы якобы расследуют якобы чудовищные преступления, за которые настоящих людей сажают в настоящие тюрьмы. Якобы легитимная Госдума якобы единогласно принимает самые причудливые якобы законы, которые население обязано исполнять, причем на самом деле. На содержательную критику власти отвечают бубнежкой про скрепы, национальные интересы и иностранные происки. Разоблачения чиновников и депутатов забалтываются и отметаются как «заказуха» и клевета. Единственная форма критики, против которой власть не знает никакого средства, — самая обычная брань. Власть хочет, чтобы все происходило по правилам хорошего тона, чтобы критика была «конструктивной», а возражения — «уважительными».

Соблюдение внешних приличий населением — сегодня практически единственный источник легитимности власти, которая уже без всякого стеснения игнорирует законы, процедуры и волеизъявление этого самого населения. Судья не выглядит карателем, пока подсудимые обращаются к нему «ваша честь». А депутаты и прочие якобы выборные деятели, пока их критикуют «конструктивно», могут убеждать себя, что они не узурпаторы и самозванцы. Для жизнеспособности общества необходимо уважение к институтам, его не заменить государственным насилием. Имитация работает, пока кто-нибудь не закричит: «А король-то голый!» Именно поэтому так жестко пресекается любая грубость по отношению к власти: она разрушает иллюзию законности и авторитета. Брань неуместна, когда можно возражать по существу. А что можно возразить на щуку весом в 21 килограмм? Что щуки такого размера столько не весят? «Да вы просто завидуете», — ответит власть, и тут уже единственный аргумент — просто послать ее <НЕЦЕНЗУРНОЕ СЛОВО>. Ну или просто куда подальше. Тут дело не в повышенной стыдливости депутатов. Матерное оскорбление — это оскорбление чистое, лишенное всякого другого содержания, кроме плевка в лицо. Депутаты обижаются и на «политических проституток», и на «жуликов и воров», и на «подлецов» и «палачей». Но эти слова, хоть они и обидные, все-таки довольно трудно запретить.

В ситуации московских выборов решение кандидата Собянина не идти на дебаты из-за угрозы хамства выглядит если не правильным, то, по крайней мере, логичным. С «острыми вопросами», которые мог бы задать Алексей Навальный, исполняющий обязанности мэра справился бы обычными бюрократическими методами. Путин и Медведев блестяще демонстрировали на своих пресс-конференциях, как можно замылить самые неудобные вопросы. На первый взгляд, тут у Собянина должно быть явное преимущество: Навальный на неприятные вопросы реагирует нервно, агрессивно и по-хамски. Обычно такого оппонента легко переспорить, но именно тон Навального чрезвычайно опасен для Собянина. Собянин привык, что с ним разговаривают почтительно, а Навальный может и нагрубить. А для Собянина публично проявленное неуважение — это пат, на грубость ему нечего ответить. Повернись и уйди — будешь выглядеть идиотом, нахами в ответ — будешь выглядеть слабаком. Главное, невозможно выглядеть начальником, когда тебе хамят, и ты ничего не можешь с этим сделать. Это производит крайне неприятное впечатление на избирателей, особенно на тех, кто выдвинул в мэры этого самовыдвиженца. Так что Собянин и Мизулина боятся не зря: при такой чувствительной власти грубость — мощное оружие политической борьбы, а брань — гражданское неповиновение и эффективный протест.

Комментировать Всего 11 комментариев

За Максима Ковальского спокойна. Перефразируя "Если невеста уходит к другому - то неизвестно, кому повезло". здесь известно, кому повезло. Максим Ильич, безусловно, из тех, за кого стоит драться - держаться - беречь и использовать по прямому журналистскому назначению. 

Очень рада нашему весеннему шапошно-мороженому знакомству

УДАЧИ на креативно директорском Коммерсантском месте!!!!

PS Пользуясь статусом домохозяйки и абсолютным отсутствием в моей речи ненормативной лексики :-)) испорченный бюллетень  (Хутин Пуй) (из-за которого разгорелся во "Власти" и во власти сыр-бор) кажется мне стилистически элегантным в различных исторических версиях. И  по древним рукописям Майя и по толкованиям вавилонского Талмуда (непроверенных и сомнительных), но и в реалиях французского средневековья ) :-)))

Эту реплику поддерживают: Олег Утицин

Надо запретить думать. Это оскорбляет думу. Дума - не место для думания.

Не политизируя (а то, такие "тонкокожие" люди, как Владимир Генин, опять мне нахамят на Снобе): а сколько раз в бытовых ситуациях вы уходили от прямой конфронтации с человеком, про которого вы заранее знали, что кроме скандала из этого общения ничего не получится? Публичные персональные выпады Навального еще до дебатов ничего общего не имеют с политической борьбой. Это, наоборот, попытка не допустить реальной политической борьбы, которая, прежде всего, является борьбой политических программ и лидеров, которые эти программы могут реализовать. И с первым и вторым у Навального проблема, поэтому его тактика сегодня работать на разрушение, что сродни бытовому хамству. И как после этого Собянину выходить в эфир и жать руку своему политическому оппоненту перед началом и после окончания дебатов? Навальному, на самом деле, нужна радикализация протестных настроений, а не дебаты.  Вот он и ведет себя соответствующим образом!

Эту реплику поддерживают: Лена Де Винне

Тем более надо разоблачить ТАКОГО Навального в прямых теледебатах! Спросить его напрямую: "Где Ваша программа?", "Что Вы собираетесь делать?" Только бы этого Навального и видели (Маяковский, из "неопубликованного").

По моему скромному мнению отказ от прямых дебатов во время выборов сродни отказу от прохождения теста на алкоголь при ДТП. Право, конечно, такое есть. Но никаких "вопросов" не снимает.... 

Эту реплику поддерживают: Наташа Вольпина

В существующем контексте для подобного "разоблачения в прямых теледебатах" надо быть блестящим полемистом. Как Ирина Прохорова в диалоге с Михалковым (и то, я думаю, на ее стороне там была некоторая доля везения). Иначе, ущерб обеим сторонам неизбежен. Собянин же, возможно, в себе этого качества не чувствует.

Кстати, хамство Жириновского не мешает ему вербовать сторонников.

А в свете моего предположения, что Навальный ведет дело к радикализации и люмпенизации протеста - отказ Собянина от прямых дебатов шаг вполне  благоразумный.

Хотя я, как, наверное, и Вы мечтаю, когда политики начнут произносить яркие речи, а в газетах будут публиковаться блестящие памфлеты.

Эту реплику поддерживают: Сергей Громак

Для того, чтобы такие времена настали, надо иметь соответствующую политическую среду.  Как для появления блестящих и умных адвокатов (как Кони) нужна реальная состязательность самого Суда, а не Министерство Справедливости имени Оруэлла.

Согласна, Владимир.

Но моя женская наивность и жизненный опыт все же за то, что теория малых дел действует, а наличие и эффективность блестящих и умных, главное ЧЕСТНЫХ адвокатов не находится в прямой зависимости от состязательности суда (не стала бы повторять Ваш вариант с заглавной буквы :-) Состязательность суда даже в определении несет некую возможность лавирования :-) Как любые юридические формулировки.

Победа и профессионализм адвоката не всегда связана с решением конкретного суда по конкретному делу в конкретном городе и конкретной стране. Конечный результат - иногда следствие длительной (иногда многолетний) работы самого широкого диапазона - результат  важнее.

Эту реплику поддерживают: Олег Утицин