Евгений Бабушкин /

Мат в интернете и длинные удочки. Политические итоги недели

Фарбер за решеткой, Сноуден на свободе, ядерной войны не случилось, а щука не так велика, как кому-то хотелось бы. «Сноб» выбрал самые важные события минувшей недели

Участники дискуссии: Степан Пачиков
Иллюстрация: Corbis/Fotosa.ru
Иллюстрация: Corbis/Fotosa.ru
+T -
Поделиться:

Реплика. «Нам сейчас пытаются впилить консервы, заготовленные несколько лет назад»

Кто сказал. Андрей Мальгин, блогер, журналист

Контекст. Щука затмила журавлей: тема президентской рыбалки держится в топе целую неделю. Фотография 21-килограммовой рыбины, пойманной Владимиром Путиным, вызвала волну фотожаб, ехидных комментариев и конспирологических исследований. По версии Андрея Мальгина, щука на самом деле поймана три года назад — и вообще все фото Путина с голым торсом сделаны в незапамятные времена, а сейчас он выглядит гораздо хуже. Альфред Кох критикует власть менее радикально: он всего лишь сомневается, что пойманная рыба действительно весит 21 килограмм. Может, просто завидует.

Реплика. «Палец сунешь, и за палец рыба хватает. Я лично сома на 57 кг вытащил»

Кто сказал. Александр Лукашенко, президент Белоруссии

Контекст. Пока российские политики и журналисты мерились удочками, Александр Лукашенко взял да и поймал сразу трех сомов, посрамив державного соседа. Российские блогеры тут же пошутили про радиоактивную Припять, а также про русалку, которая сама напросилась к батьке на крючок. Украинский фейсбук пестрит фотографиями Януковича, который в окрестностях Киева подстрелил слона. Однако в самой Белоруссии рыбацкий подвиг президента встретили уважительным молчанием. Или неуважительным. Но молчали как рыбы.

Реплика. «Он просил вас всех поблагодарить»

Кто сказал. Анатолий Кучерена, адвокат

Контекст. На исходе шестой недели Эдвард Сноуден все-таки получил политическое убежище в России. Пока что временное, на год. Он покинул ставшее родным Шереметьево, и лишь адвокат Анатолий Кучерена знает, куда именно он уехал. Разумеется, история не закончена, потому что США по-прежнему требуют выдачи беглого шпиона. Да и захочет ли Сноуден окончательно поселиться в России, когда у него был дом на Гавайях?

Реплика. «Сейчас, наверное, такое время в России, что судят именно тех, кто хочет что-то изменить»

Кто сказал. Илья Фарбер, художник

Контекст. Сноуден получил пусть призрачную, но свободу, а Илью Фарбера посадили на 7,5 лет. Московский художник уехал в Тверскую область, чтобы учить детей рисованию, после стал директором местного дома культуры, поссорился с подрядчиком, был арестован за взятку, посажен, оправдан Верховным судом — лишь для того, чтобы тверской судья вновь признал его виновным. Фарбер не занимался политикой, но этот судебный процесс уже поставили в один ряд с «болотным делом» и приговором Навальному.

Реплика. «Пока не было интернета, мы могли детей ограждать от мата»

Кто сказал. Елена Мизулина, депутат Госдумы

Контекст. Все эти шуточки про русалок, конечно, не обошлись без использования обсценной лексики. И вообще плотность мата в Рунете резко повысилась: юзеры спешат использовать все известные слова, пока им не запретили. Соответствующий законопроект готовит  Елена Мизулина. Удивительно, как легко политики переходят  из либерального стана в консервативный. Любимый помощник Галины Старовойтовой стал главным петербургским мракобесом Милоновым, а пламенная яблочница Мизулина превратилась в охотницу за головами матерщинников. Первая ее жертва — ЛГБТ-активист Николай Алексеев, на которого Мизулина уже подала в суд, впрочем, не за мат, а за клевету.  

Реплика. «Какие бы ужасы ни ждали нас впереди, у нас есть качества, которые помогут сохранить свободу, как уже случалось дважды в этом печальном веке»

Кто сказал. Елизавета II, королева Великобритании

Контекст. Иногда хочется на всю эту компанию сбросить ядерную бомбу, да побольше. Оказывается, это могло произойти еще в 1983 году: британцы рассекретили часть военных архивов, в том числе ядерную речь королевы, ту, которую она должна была прочесть перед началом Третьей мировой войны. Королева, быть может, и не знала о ее существовании, тем более что вскоре наступила эпоха разрядки. Но документ впечатляет, почти как речь Георга VI из фильма «Король говорит».