Октябрь 1993-го: кто виноват?

Ровно двадцать лет назад в центре Москвы начались уличные бои. Одни называют те события «октябрьским путчем», другие — «ельцинским переворотом». Факты таковы: 3 октября был предпринят штурм телецентра «Останкино», 4 октября танки расстреляли Белый дом. «Сноб» свел в виртуальном поединке участников тех событий. Со стороны Кремля — Сергей Филатов, в октябре 93-го — руководитель Администрации президента. Сейчас — президент Фонда социально-экономических и интеллектуальных программ. Со стороны Белого дома — протоиерей Алексей Злобин, в октябре 93-го — депутат Верховного Совета. Во время штурма Белого дома он был внутри и даже окрестил нескольких депутатов. Сейчас он настоятель церкви Рождества Богородицы в селе Городня-на-Волге

Фото: REUTERS
Фото: REUTERS
+T -
Поделиться:

Как все началось

У президента не было полномочий распустить парламент, объявить референдум, что-то сделать с правительством. Зато эти полномочия были у Съезда народных депутатов. Более того, в Конституции было написано, что съезд может принять к рассмотрению любой вопрос, касающийся Российской Федерации. И пошла война. Верховный Совет пытался подложить под себя и президента, и правительство. Создать абсолютную парламентскую республику. Тогда бы наступила монополия законодательной власти, что ничем не лучше монополии президента. Подписав указ №1400 о роспуске Верховного Совета, Ельцин достаточно цивилизованно поступил. С одной стороны — нарушил Конституцию, но с другой — сразу определил дату новых выборов, которые должны были пройти через три месяца.

89

Как все началось

Разворовали весь Пенсионный фонд, а он был громадный! Сколько самолетов, сколько пароходов тогда продали как лом! Ельцин всегда нас обвинял в том, что мы против реформ, а мы выступали против грабежа. Приватизация, о которой мечтал Ельцин, — это грабеж чистой воды. Вот из-за чего все и началось. Мы хотели сделать такой китайский вариант, сохранить все важные объекты, а Ельцин хотел больше воровать. Он привык, что Верховный Совет советских времен приезжал на три дня, на второй день они все единогласно принимают, на третий им раздают норковые шапки и отправляют по магазинам. Вот он так и привык: что написано, то и примут. Но наш Верховный Совет выбрал народ, каждого депутата отдельно. Мы решали вопросы сами, а не смотрели кому-то в рот. Мы не узаконивали то, что Ельцин писал на коленке, и Ельцину это не нравилось.

502

Была ли демократия?

Демократической России тогда еще не было. У нас не было многопартийной системы, не было нормального парламента, не было разделения властей, не было рыночной экономики. Президент старался, но фактически еще не было и свободы слова. Не было многих элементов, но мы только начинали строить демократическую Россию. И у многих людей была огромная надежда на то, что демократия состоится, у людей была вера во власть. В октябре 93-го года мы эту веру убили и до сих пор не можем восстановить. Мы уже не смогли сделать нормальную многопартийную систему, из которой мог бы выходить кандидат в президенты. Ни Ельцин, ни Путин, ни Медведев не смогли этого сделать. Они построили искусственную демократию с помощью руки Кремля, применяя при этом кнуты и пряники. Они строили так называемую суверенную демократию, но демократия должна идти из низов, от народа.

152

Была ли демократия?

Весь Верховный Совет был демократический. Когда 1060 человек Совета впервые собрались, расклад был такой: 30% были коммунисты, 30% были демократы, а 40% — «Патриоты России». К моменту расстрела было так: 15% — коммунисты, 15% — демократы, а 70% были за Россию. Когда я шел в парламент, я надеялся возродить демократию в лучшем смысле этого слова. Когда парламент стал абсолютно демократичным и стал проявлять свою волю, он стал неуправляем. Это и перепугало Ельцина. У него был один выход — нас расстреливать. Он пытался разогнать нас еще и раньше: в декабре, в апреле.

360

По чьей вине пролилась кровь

Виноваты обе стороны. Как и все советские люди, они были заражены имперской бациллой. Как говорил Горький, если враг не сдается, его уничтожают. Этот принцип действовал не только 4 октября. Так случилось и во время путча ГКЧП, и во время штурма телецентра в Вильнюсе. Люди шли не путем разумного и последовательного переговорного процесса, а путем силы. К сожалению, эта опасная бацилла в нас живет и сейчас. Все контакты и переговоры с властью мы пытаемся решить путем силы. Это не обязательно стрельба из танков, это и посадки в тюрьмы.

99

По чьей вине пролилась кровь

Прокурор, который вел дело, сказал, что в убитых людях не нашли ни одной пули, выпущенной из Белого дома. Мы не стреляли, стреляли они. И все убитые на их совести. После событий Ельцин сразу поставил своего прокурора, который когда-то ему место выделил в Верховном Совете СССР. Но и тот оказался порядочным человеком, все тщательно проверил и говорит: «А что их судить? Они не стреляли». Вот тогда в правительстве пошли на амнистию и все руководство Верховного Совета отпустили из Матросской Тишины.

416

Если бы победил Белый дом

С теми людьми, которые были в Белом доме, я бы осторожней относился к слову «парламентаризм». Депутаты видели, что их руководитель вошел в неразрешимый конфликт с главой государства. Верховный Совет должен был бы обратиться к Хасбулатову: «Товарищ Хасбулатов, вы должны уйти в отставку. Мы поставим другого руководителя, который сможет найти общий язык с главой государства». Но у депутатов не нашлось мужества это сделать. Они, видимо, не хотели. Удобней было жить в той атмосфере. Я слышал слова Руцкого. Он говорил: «Выбирайте себе любой столб, на котором мы вас повесим, когда победим». Я читал указы, в которых он закрыл нам выезд из России, видел приказы об арестах. Демократический президент с такого не начинает.

124

Если бы победил Белый дом

Речи не может быть о том, кто бы победил. Мы же не сражались, мы работали. А нас расстреляли прямо в рабочем виде. Основная масса хотела делать для России что-то хорошее. Мы хотели, чтобы после Советского Союза Россию не растащили до конца. Но, к сожалению, ничего сделать не смогли. Если бы обстоятельства сложились в пользу парламента, прекрасная была бы страна. Все бы жили и радовались. Сохранены были бы заводы, поля, колхозы, совхозы. Сейчас у нас в Тверской области всего три колхоза, которые что-то дают. Все остальное даже не травой заросло — лесом. Всю землю скупают только ради того, чтоб перепродать.

549
464

общийсчет

1827

 

Читайте также:

Руслан Хасбулатов: Ельцина обязательно будут судить

Константин Боровой: Октябрь 1993-го. Как меня хотели повесить