Харьков, Луганск, Донецк. Куда хочет Восточная Украина

Над востоком Украины реют российские триколоры, в Донецке и Харькове создаются «независимые народные республики», а жители этих городов выходят как на пророссийские, так и на антироссийские митинги. Чего на самом деле хотят жители востока: присоединиться к России вслед за Крымом, остаться гражданами Украины или создать автономию? Об этом «Сноб» поговорил с самими украинцами — писателями, учеными, общественными деятелями и предпринимателями. Этот текст не претендует на социологическую точность, но это — голос Восточной Украины

Участники дискуссии: Алексей Федосеев
Фото: AFP/East News
Фото: AFP/East News
+T -
Поделиться:

Катерина Лимаренко, главный редактор издательства «Фолио» (Харьков):

Жители Харькова хотели бы остаться в Украине. Все, что сейчас происходит в городе, — провокации. Большинство людей ведут нормальную жизнь, не участвуют ни в каких митингах и хорошо себя чувствуют. Все эти акции устраивают не харьковчане. Кто? Не знаю, стараюсь не интересоваться политикой, чтобы не тратить свои нервы еще и на это. 

Людмила Хомич, руководитель компании «Клуб органического земледелия» (Луганск):

В Луганске стоят две палатки в центре города с российскими флагами. Никто около них не ходит, никаких митингов нет. Где эти многочисленные пророссийские митинги проходят, не знаю. В телевизоре, наверное. Я продаю рассаду. Люди, которые работают у нас в компании, те, кто к нам приходит за продукцией, политикой не интересуются. Клиенты как покупали раньше рассаду, так и сейчас ее покупают. В Луганске все готовятся к дачному сезону. Люди хотят жить, работать, у них есть дачи, огороды… А правители там что-то отдельно от них решают. Обычных горожан эти вопросы не касаются.

Петр Тесновский, руководитель Клуба предпринимателей Донбасса:

То, что происходит сейчас в юго-восточных областях Украины, — это следствие чрезмерной централизации власти. Больше самостоятельности, независимости и возможности самоуправления своими территориями — это наиболее адекватный вариант развития событий.

Но доведенная до абсурда федерализация приведет к гибели Украины как целостной страны. Ситуацию на юго-восточных территориях можно охарактеризовать словами дедушки Ельцина: «пользуясь случаем, хочу». Сейчас все, кому не лень, пытаются воспользоваться случаем. У донбасского юго-восточного маргиналитета задача засветиться, у местных элит — показать, что они тоже при делах и могут решать вопросы, которые сами же и замутили.

Но нельзя наживаться на таких тяжелых ситуациях! Надо участвовать в президентских выборах, чтобы показать легитимность власти для тех людей, которые считают ее нелегитимной. Легитимность, ребятки, определяется не нарисованной бумажкой — таких депутатов я в своей жизни повидал. Страна либо признает президента, либо нет. События последних месяцев в Киеве показали, что означает фактическая, а не бюрократическая легитимность президента. Федоровича же не сразу погнали, ему раз сказали «наводи порядок», второй, третий. А если ты, засранец, подмял страну под себя, чтобы потом пропустить через свой желудок в любимый золотой унитаз, ты нам не нужен.

Александр Грачев, руководитель компании по производству детских игрушек «Данко-Тойс» (Харьков):

В связи с последними политическим событиями нашу продукцию стали лучше покупать внутри страны. Цены на китайские детские игрушки выросли из-за того, что доллар подорожал, как и у вас, в России. А еще украинцы стали патриотами и начали чаще отдавать предпочтение на рынке своим производителям. Так что у нас все неплохо.

В Харькове в Россию никто не хочет. Что здесь есть у людей какие-то пророссийские настроения — это неправда. Автономию от Украины тоже никто не хочет — это реально глупо. Люди хотят оставить все как есть. Я сам этнический русский человек, и вся родня у меня в России, но в РФ я жить не хочу. Я лучше поеду жить в Северную Корею.

Глеб Бобров, писатель (Луганск):

Жители области разделяют требования тех, кто захватывает здания. Потому что русскоязычное население Украины, а особенно юго-восточных областей постоянно сталкивается с несправедливостью. Вопрос языка и национальной идентичности очень сложен, нельзя насильно сделать из русских украинцев. Для нас Россия — не просто соседнее государство, это как Мекка для мусульман. Мы никогда не согласимся на ухудшение отношений с Россией. Когда Киев говорит, что Россия — враг, мы говорим: «Идите в жопу, товарищ Киев!» Мы скорее откажемся быть в составе Украины, чем согласимся с тем, что Россия наш враг.

Еще есть вопрос переписывания истории. Никогда юго-восток Украины не согласится с тем, что бандеровцы, УПА и прочие коллаборационисты воевали за свободу — они воевали на стороне фашистов. Что бы нам сейчас ни рассказывали, мы не признаем, что советская армия была армией оккупантов, что русские сознательно морили голодом украинцев, как трактуют это украинские националисты. Радикальный украинский национализм не просто вылез из подполья, он вошел во власть. И они упорно пытаются ломать страну с колена и не идут ни на какие переговоры с юго-востоком. Уже шестой месяц Майдана, а к нам еще никто не приезжал. Нас вообще не хотят слушать. Представители нынешней власти на полном серьезе публикуют законопроекты, которые призывают расстреливать за сепаратизм. То есть любая попытка юго-востока заговорить о своих интересах расценивается как уголовное преступление.

Во время революции народ здесь наблюдал за этим и спокойно работал, потому что никто не хотел защищать Януковича. Для нас нет никакой разницы: что Янукович, что Яценюк, что Турчинов, что Юля — это все мразь, одной краской мазанная. Теперь к власти пришли те, кто формирует законопроекты о люстрации по национальному признаку — это же фашизм. Люди это осознали, их каждый день пугают, их не слушают, конечно же, появились протестные настроения, проводятся митинги. И все разговоры о том, что люди на улицах проплачены, полная чушь. Вчера около сотни женщин, детей и молодых девчонок встали с иконами в руках живым щитом перед баррикадами, чтобы не допустить штурма. И в это время в зданиях сидят мужики с оружием в руках, готовые биться на смерть. Как еще показать, что все, вопрос созрел? А власть что-нибудь сделала?

Юрий Макогон, директор Регионального филиала Национального института стратегических исследований (Донецк):

Донецкая область занимает около 4% территории Украины, при этом здесь проживает 10% населения страны. Наша область обеспечивает около 16% ВВП Украины за счет того, что здесь развиты металлургия, машиностроение, химия, сельское хозяйство и транспортные услуги.

Я не являюсь сторонником федеративного устройства государства в принципе. Украине лучше стремиться к регионализации. Партия регионов как раз баллотировалась с лозунгом: «Сильный регион — сильная Украина». Они свое обещание не выполнили. Нужно было заниматься не ужесточением вертикали власти, чем они занимались, а, наоборот, передать полномочия в регионы, тогда бы они стали более самодостаточными. Мы бы не говорили о дотационных регионах и регионах-донорах.

Регион — понятие не равное области и административному делению. Карта Украины, которая была начертана после окончания ВОВ, имеющая на данный момент (уже без Крыма и Севастополя) 27 субъектов государственности, не соответствует задачам рыночной экономики и новому уровню демократии в управлении. В регион должны входить две-три, а может, и больше областей. Так получится девять или одиннадцать регионов Украины. Области внутри них ликвидировать не надо, они должны просто входить в них. Как в советское время были производственно-территориальные комплексы.

Вячеслав Целуйко, доцент кафедры политологии Национального университета имени Каразина (Харьков):

В Харькове проукраинские настроения. То, что происходит на площадях, — это выражение мнения только меньшей части харьковчан. В основном это люди пенсионного и предпенсионного возраста, люди, не имеющие основной работы, и часть романтического студенчества. Если бы в Харькове провели референдум, то он бы показал, что харьковчане не хотят в Российскую Федерацию и тем более уж они не хотят никакой независимости. Но тут голосования не будет. В Крыму референдум был обеспечен крупными силами российской армии. Без ввода российских войск в Харьков такой референдум здесь просто не состоится. Но ввод войск в Харьков вызовет ответную реакцию вооруженных войск Украины. Будет война. А если начнется война, то референдум ничего не будет значить. Тем более сегодня утром у нас был арестован актив сепаратистов и отправлен в Киев. Будут еще задержания сепаратистов, что в Харькове стабилизирует ситуацию. Вряд ли в ближайшее время здесь вопрос о присоединении к России вообще будет актуален.

Татьяна Степанова, председатель общественной организации помощи детям-инвалидам и молодым инвалидам «Радуга» (Донецк):

Я хочу только одного: тишины и спокойствия, а сейчас спокойствия не видно ни в Украине, ни в России. Я думала, что Россия будет более толерантной к нам, но недавно оказалось, что это не так.

Я очень люблю Россию и еще до этого переворота думала, что неплохо было бы уехать в Москву, но сегодня, скажу честно, у меня нет уверенности, где будет лучше. Что касается идеи широкой автономии моего региона — не могу сказать, что эта идея мне нравится, как минимум потому, что нет никакой программы того, во что в итоге регион превратится, что мы будем иметь с этой автономии. Пока идут одни разговоры и перетягивание одеяла.

У меня нет веры нашему правительству. Когда Янукович пришел к власти, я помню, было очень тяжело, денег не было на наши начинания, но и не было такой безысходности, которая ощущается в обществе сейчас. Я общаюсь с семьями инвалидов и вижу, что все пребывают в страхе.

Я однозначно против НАТО, против того, чтобы Обама нами манипулировал, лично я ближе к Путину. Но то, что произошло, меня расстраивает. У меня много друзей и родственников и в Крыму, и в России, и я просто не могу, например, сесть на поезд и к ним съездить. Поэтому для меня, пожалуй, лучше всего было бы так, чтобы Украина осталась такой, как была до всех этих событий, и чтобы в НАТО мы не лезли. Украина была буфером для России, и я понимаю, что сейчас Украину переманивают, чтобы ближе к России подобраться. СССР был великой державой, но и Россия все равно осталась великой державой. Я хочу, чтобы Россия, Украина и Белоруссия стали крепкими звеньями единой цепи и могли противодействовать Америке и всем остальным.

Владимир Шевченко, экс-ректор Донецкого национального университета:

Чего бы хотели жители Донецка или Киева? Даже вопрос так ставить нельзя, про эти города нельзя говорить отдельно. Я родился в Советском Союзе и прожил там, привык, что все было едино. Я часто с грустью вспоминаю эти времена. Чудеса, которые творятся сейчас в Донецке, могут разрушить 400-летнюю связь России и Украины. Надо, чтобы наши руководители сели за стол переговоров и решили все проблемы.

Эдуард Лимонов, писатель, политик, уроженец Харькова:

Я уже неоднократно говорил о том, что я, естественно, за то, чтобы Харьков присоединился к России. В 1918 году существовала Донецко-Криворожская Советская Республика, столицей которой был Харьков. Это была русская республика, и Украина никаких прав не предъявляла на эти территории. Это исконно русская земля.

Комментировать Всего 1 комментарий
Расширим вопрос на аудиторию