Андрей Мовчан /

Экономические истории. Часть 1. Как рабы разорили Русь

История о том, как подающий надежды молодой человек получает наследство и губит свою жизнь, постепенно спуская деньги на развлечения, стала классикой литературы со времен античной Греции. История о том, как государство получает некий ресурс, который делает его на время богатым, и как это богатство разлагает экономику, обрекая государство на гибель, тоже хорошо известна. На территории современной России первое столкновение с «ресурсным проклятьем» произошло в IX веке нашей эры. Читайте начало исторического цикла о том, как использование ресурсов влияет на судьбу государства

+T -
Поделиться:

Как в XIII веке до нашей эры Египет превратил многолетнюю засуху в источник своего господства в регионе? Почему начало гибели древнеримского государства было положено в 107 году до нашей эры? Как крещение Киевской Руси стало одной из причин ее падения? За счет чего Испания сумела из крупнейшей европейской державы превратиться в периферийную страну? Почему Голландия не смогла остаться независимой? Как случилось, что Аргентина из пятой экономики мира превратилась в заштатную страну с тоталитарными режимами и регулярными дефолтами? Ответы на все эти вопросы, как ни странно, похожи. То, как государство использует имеющиеся ресурсы, определяет его перспективы. Научиться распознавать перспективы в дне сегодняшнем можно, только зная историю и сопоставляя текущие события с аналогами дней минувших. При этом надо оговориться: нет ничего более спорного, чем история, особенно древняя. Поэтому вместо «ученые доказали» воспринимать историческую информацию лучше под лозунгом «сказка ложь, да в ней намек» — даже (и именно) в такой интерпретации история учит лучше всего.  

К VIII веку племена славян, проживавшие на территории, унаследованной от антов и скифов,  были классическими земледельцами с натуральным хозяйством, как и большинство народностей Европы. Но в VIII–X веках в жизни предков современных русских происходит драматический экономический переворот. На четыре века появляется государство, напоминающее своей экономической моделью современную Россию. Жизненный цикл его заканчивается трагедией: северная часть теряет самостоятельность, южная — перестает существовать.

«Проклятием», сперва возвысившим, а затем убившим новое государство, оказалось географическое положение. Чуди, вятичам, кривичам и их соседям «повезло» поселиться вокруг оживленного торгового пути, протекающего (в буквальном смысле) от Балтийского до Каспийского (на восток) и Черного (на юг) моря. В IX веке междоусобицы и стремление мелких племен получить больший контроль над торговым путем приводят к (если верить летописям) приглашению «вежливых вооруженных людей» с Балтии — для восстановления мира и порядка. «Вооруженные люди», звавшиеся «русь», устанавливают порядок на севере территории и переходят к вертикальной интеграции торговли вдоль этого пути, то есть к захвату и подчинению племен, живущих в окрестностях.

Репродукция фрагмента настенной росписи «Рюрик и его братья Синеус и Трувор»
Репродукция фрагмента настенной росписи «Рюрик и его братья Синеус и Трувор»

Полулегендарный Рюрик утверждает свою единоличную власть в Новгороде в 863 году. А к 882 году сплоченная группа варягов из северной столицы получает уже полный контроль над торговым потоком в результате захвата Киева. Главной целью теперь становится контроль над местным производством. В те времена славяне Приднепровья торговали в основном мехами (забегая вперед, после XIII века меха опять станут на некоторое время основным предметом внешней торговли на Руси) и понемногу — продуктами питания и земледелия (типа пеньки). Захватчики же не могут принести с собой ни новых технологий, ни предпринимательских правил: у них самих традиции грабителей и стихийных торговцев. Единственный их вклад в «бизнес» — это дракар, прототип русской ладьи, боевой корабль, ставший торговым (такая «конверсия вооружений»).

«Естественные ограничения пропускной способности» торгового пути (сезон навигации) и высокая себестоимость транзита (возят товар на ладьях, они требуют парусов, обслуживания, ремонта, леса на постройку, против течения их гнать вообще невозможно) в сочетании с примитивным и низкомаржинальным (если не считать торговли мехом) собственным производством заставляют искать новые возможности. Приход варягов и появление сильной «вертикали власти» с центрами, которые получили возможность силой воздействовать «на регионы» — периферийные славянские племена, создает возможность для экспорта нового товара — рабов. Легко воспроизводимый (в то время) ресурс, добываемый на бескрайних просторах Руси, был в огромном дефиците на южных рынках — Прикаспии и в Византии. Рабов можно добывать в набегах (это «варяги» делали все время); можно забирать, присоединяя новые общины (и это делали все время);  можно брать в виде дани со своих же граждан «неваряжского» происхождения; наконец, можно перекупать у викингов, жителей Карпат и других государств, у которых нет таких удобных путей доставки.

Рабы — уникальный товар, двойного назначения. Русь является активным транзитным центром: с севера идут меха, шкуры, пенька, полотно. Киев добавляет к товарам зерно. По Днепру приходит лес, сплавом или уже переработанный… в ладьи — славянские племена строят много кораблей, больше, чем нужно для торговли. Купцы повезут на них товар в Византию, в Колхиду. Кораблям нужны гребцы и грузчики — очень много гребцов и грузчиков. На время рабы, предназначенные на продажу, становятся ими. Корабли уходят в Черное море, доходят до Византии. Товары продаются, но корабли обратно не пойдут: против течения по Днепру плыть неудобно, да и греки корабли скупают «на доску» по цене, во много раз превышающей стоимость кораблей в Киеве. Купцы «с импортом» вернутся по суше. А рабы будут проданы на месте. В следующий сезон нужно будет не меньше новых рабов посадить на новые корабли, чтобы доставить товар.

Продавцы не склонны возиться (горизонт экономического мышления короток) и поставляют «сырье»: кроме молодых мужчин-гребцов, продаются в основном подростки и девушки. «Специалисты» в Средней Азии и Византии учат детей-рабов и продают по ценам, не сопоставимым с «закупочными», как воинов-наемников, мастеров, в гаремы. Самый быстрый «процесс переработки» — производство евнухов (этим занимаются даже в Крыму и на Балканах, цена при этом повышается в четыре раза). Киевская Русь в то же время закупает рабов-специалистов, даже евнухов сама не производит.

Старинная гравюра «Крестьяне на Руси»
Старинная гравюра «Крестьяне на Руси»

Сложно переоценить значение нового рынка для Европы, Византии и Персии. Словарь рабовладельческого мира становится «славянским». С тех времен (с X века, одновременно с походами Оттона) пошли английский slave и немецкий sklaven — от общего названия племен «славяне». Какие рабы в основном поставлялись на рынок, косвенно говорит тот факт, что слова child, «чадо» и «челядь» (в Киевской Руси — рабы, а так же налог, взимаемый «живым товаром») — однокоренные (скорее всего, child происходит от готтского kiltham, общего арийского корня kil для слова «ребенок», соответственно, чадо происходит от него же, а челядь — производное). «Раб» и «ребенок» — слова родственные. «Отрок» («от рокъ», от «ректи» (говорить), не имеющий голоса) — это тот же «ятрак», раб-воин, воспитанный в войске с детства (отрок, проданный в рабство).

В IX–X веках Киевская Русь расцветает. Сохранились источники, описывающие масштабы экспорта: в Киеве девушка-рабыня стоит 5 гривен-кун; в Константинополе — 300 гривен-кун; в Багдаде — 750 (в пересчете с дирхемов). Подтвержден вывоз как минимум десятков тысяч рабов в год, а возможно, цифры были и больше. Хотя торговля мехами еще имеет большое значение, в тех ценах рынок рабов — это эквивалент продаж многих миллионов шкурок куницы (для сравнения: в СССР в конце XX века в год добывалось и производилось всего около 90 тысяч шкурок куницы, а объем всех поставок по Волго-Днепровскому пути в X веке оценивается некоторыми историками максимум в 500 тысяч шкурок в год). Соответственно, большая часть потребляемых Русью товаров — импорт. В раскопках того времени можно найти товары иностранного производства практически всех типов. Образуется «избыточная ликвидность». В IX веке появляется «потребительское кредитование»: ростовщики начинают ссужать деньги уже не только боярам и купцам (те, в связи с эффективностью экспорта, в деньгах нуждаются все меньше), но и смердам. Потребкредиты активно рекламируются, а между тем за просрочку должник нередко попадает в рабство. Процентные ставки растут, князья периодически вынуждены их ограничивать (летописи неоднократно упоминают о проблемах рынка), а  производство падает: есть отрывочные сведения о том, что к концу X века Киевская Русь ввозит некоторые продукты питания.

Фрагмент картины Квентин Массейса «Меняла с женой»
Фрагмент картины Квентин Массейса «Меняла с женой»

Вдоль всего Днепра стоят деревни, в которых «смерды» заняты обеспечением торговли: рубят лес, строят корабли, шьют паруса, пакуют провиант. Десятки тысяч земледельцев в период пашни становятся матросами: надо поставлять товар и корабли вниз по Днепру (и Волге) — до точек, где их места займут рабы. Захват рабов требует военных операций, и множество земледельцев пополняет боевые отряды. Аграрный бизнес и развитие ремесел соответственно тормозятся: слишком многие заняты торговлей, да и кто станет вкладывать в сельское хозяйство, металлообработку или «товары народного потребления», когда можно вложить в экспорт? К тому же от вывоза рабов коренное население сокращается. Святослав не идет на половцев, не собрав и 8 тысяч войска, «бо обезлюдело». Обезлюдело не только в силу «челядного налога» и бесконечных походов. Коренное население перебирается на северо-восток — на Оку и Волгу. Там, конечно, не черноземная зона, зато подальше от перспективы стать рабом самому или потерять детей. В X–XI веках князья даже вводят специальный налог/сбор — на выкуп взятых в рабство. Некоторые историки считают, что он использовался для выкупа пленных у кочевников. Некоторые — что это был выкуп за членов своей семьи, чтобы их не могли забрать в рабство и продать.

Иллюстрация к книге «История России» — «Поселение древних славян»
Иллюстрация к книге «История России» — «Поселение древних славян»

Князья борются за перекрытие других путей поставки рабов (и других товаров) из северной Европы в Византию — как сегодня идет борьба за маршруты газопроводов. Князь Святослав в 968 году, воспользовавшись смутой у братского болгарского народа (говорят, еще и получив за это оплату от Византии), занимает почти без сопротивления кусок болгарской территории вдоль Дуная (ничего не напоминает?) и рассуждает о переезде в город Переяславец на Дунае, где удобнее контролировать «рабы, приходящие от Русь». Операция длится три года и заканчивается в соответствии с византийскими планами: Русь отступает, Болгария присоединяется к Византии, дунайский коридор для провоза товаров — под контролем Константинополя. В том числе рабов «из Венеды» можно вести в обход Руси. Это самое начало заката работорговли — и самой Киевской Руси.

XI век приносит изменения на мировые рынки. В середине X века отношения между Хазарским каганатом и Русью накаляются до того, что торговый путь через Волгу и в Персию для Руси закрывается. В течение 50 лет на этой территории будет идти сплошная война, крупнейшие города, служившие базами для торговли, превратятся в развалины. Половцы займут освободившиеся территории, но торговать они будут только теми рабами, которых захватили сами. Борьба с конкурентом становится главным делом князей, под патриотической риторикой лежит экономический интерес: кто доминирует на рынке торговли с Персией. Половцы медленно выигрывают (у половцев преимущество в оружии, Русь продолжает воевать оружием викингов моделей VIII века; у половцев преимущество в живой силе; у половцев преимущество в «боевом духе», для них война — это часть жизни, а противостоит им получающая несоразмерные жалования дружина, сильно занятая торговлей) — Русь теряет восточный торговый путь навсегда. Уже это сильно бьет по экономике Руси. Князья пытаются ввести сбор дани не рабами и товарами, а серебром (пусть народ сам выкручивается). Несмотря на сохраняющийся западный путь, торговые центры испытывают кризис — в Киеве в 1092 году наступает голод. Нехватка населения особенно остра в свете защиты границ: тюрки имеют преимущество в «живой силе» и прорываются к Днепру, мешая торговле.

Николай Рерих «Волокут Волоком»
Николай Рерих «Волокут Волоком»

На рубеже X и XI веков происходит событие, сильнейшим образом ударившее по торговле рабами через Византию. Начинается крещение Руси. Постепенно (условно — к концу XI века) большая часть населения Руси и близлежащих вассальных территорий была крещена. Но «стремление в Европу» оказалось накладным: византийцы стали «официально» отказываться покупать рабов-христиан! Дело, конечно, не в высоких моральных принципах. В 1096 году начинается первый крестовый поход. «Принуждение к миру» мусульман в Палестине наносит существенный удар по экономике региона и по Византии, как центру торговли. Спрос на рабов (и вообще на товары из Руси) падает, тем более что Крестовые походы временно принесут на этот рынок живой товар с юга. Этот «тренд» больше не развернется, через 108 лет Византия будет разграблена крестоносцами, «рынок» закроется, и закончится история торгового пути через Русь.

Фрагмент иконы «Крещение Руси»
Фрагмент иконы «Крещение Руси»

В 1113 году в Киеве наступает кризис: лопается пузырь потребительского кредитования. Владимир Мономах приходит к власти и вводит государственное регулирование процента, но спасти экономику это не может. В этот момент, по данным восточных историков, суммарный объем налогов, собираемых на Руси, примерно в 100 раз ниже, чем в Ираке, при одинаковом населении и схожем уровне цен. Это не «режим льготного налогообложения». Просто производительность труда намного ниже. Об этом говорит и документированное в летописях падение в несколько раз за XI век «средней заработной платы» на Руси: а из чего платить, если экспорт упал, а производительность труда низкая?

В первой половине XII века экспорт (в том числе рабов) перестал связывать территории Руси в единое целое. В 1132 году, со смертью Мстислава Великого, Русь, в которой центральная власть существовала за счет экспорта «природного ресурса», центральную власть теряет — регионы «проявляют невиданное стремление к суверенитету». Князья даже ограничивают миграцию населения. Обращение в рабство и захваты рабов продолжаются, но в рамках «перепроизводства» их пытаются применять на внутреннем рынке — создают рабочие и земледельческие поселки из рабов. Производительность труда таких рабов крайне низка, а учить и растить невольников в голову не приходит — русские князья даже рабов-воинов себе в дружины покупают у половцев.

Портрет Мстислава I
Портрет Мстислава I

Еще сто лет «регионы» проживут в нищете и междоусобицах. А на юго-востоке разовьется новая сила — быстро растущая нация, объединенная железными законами и стратегическим планом мирового господства. Невысокие узкоглазые люди будут лучше вооружены, организованы, их кочевая экономика будет более эффективна, чем «экспортная» экономика местных жителей. Они захватят, но главное — заселят большую часть Руси, принесут свои порядки, свой тип торговли, свой фенотип, свою налоговую систему. В русском языке — языке новой, великой страны, от них останется несравнимо больше слов, чем от «варягов», создавших бесславно почившее государство, основанное на «экспорте природного ресурса». И хотя в странах Средней Азии их приход означал разорение и упадок, Русь после нашествия монголо-татар начнет экономически развиваться — это ли не показатель уровня, на котором она находилась к моменту захвата? В конечном итоге монголо-татары сгинут, а новая страна на месте Руси останется и будет расти и крепнуть. Но, хотя работорговля и в XIV и в XV веках еще будет существовать, она уже никогда не будет играть в России экономической роли.

(Продолжение следует)

Комментировать Всего 26 комментариев

Мне очень симпатичен "экономико-ориентированный" подход к истории. Очень интересно мнение участников проекта о приведенных Вами параллелях .

Эту реплику поддерживают: Елена Пальмер

Спасибо за копию, Татьяна...

Меня в своё время поразила ситуация с рабством на Сейшелах: во времена рабства на острове, на котором мы побывали, проживало несколько тысяч человек, которые обеспечивали себя продовольствием, и производили немало товаров, отправлявшихся на продажу на другие острова и в другие страны, в том числе в далёкую Европу... Выращивали пряности, ценную древесину, овощи и фрукты... После того, как рабство было упразднено, и семья владельцев острова уехала с острова, островное хозяйство пришло в запустение, и, если бы некоторое время назад не открыли бы отель - на всём острове вряд ли осталось бы более полутора десятков жителей... Сейчас там проживает вряд ли больше сотни сейшельцев, занятых в обеспечении нужд отеля... А в джунглях до сих пор можно найти каменные фундаменты хижин времён рабства...

Ну что ж, это, видимо, говорит либо о том, что некоторые конкретные вещи возможны только при рабовладельческом (или ином конкретном) укладе, либо о том, что сейшельцы "генетически рабы" :)))

Я это себе объяснил вот как: Сейшелы - место замечательное, где для жизни нужно не так много... Зимы - нет, люди живут в домиках, в которых часто нет стёкол, можно жить и без кондиционера - если есть окна на противоположных стенах дома, для сквозняка... Автомобили - не нужны, так как на острове на них просто негде ездить... В результате, самим сейшельцам весь этот напряженный труд - нахрн был не нужен, у них там классика жанра - помните анекдот про "а я и так лежу под пальмой и ничего не делаю"? А вот французу - владельцу хотелось и свою жизнь максимально благоустроить, и какие-то свои проекты для блага острова, как он это понимал, реализовать... В результате жизнь была организована достаточно эффективно - почти как фордовский конвейер... С уходом же рабовладельческого уклада, народу всё это оказалось нахрен не нужно, они себя и так прекрасно чувствуют... (Может, выложу как-нибудь материалец про Силуэтт - сможете лично убедиться... А лучше езжайте - место действительно чудесное, и Вам, как любительнице всего живого, там будет очень интересно).

Эту реплику поддерживают: Катерина Мурашова

Здесь, Татьяна, нужен специалист по той эпохе, чтобы комментировать "со знанием дела". Исходя же из общих, скажем, литературных и разрозненных знаний, период варяжского владычества (его экономическая основа) описана достаточно правдоподобно. Работорговля подвластным народом вполне соответствует тому периоду русской истории. Прогрессивная роль монгол как фактора перехода на новую государственность достаточно подробно описана у Гумилева, но она вызывает заслуженную критику других историков-профессионалов. Не все так однозначно "про монгол" и наше единство с китайцами в рамках династии Юань.  Интересно было бы прочитать комментарий Александра Львовича к этому материалу.

 "Интересно было бы прочитать комментарий Александра Львовича к этому материалу".

Присоединяюсь к этому пожеланию. 

Эту реплику поддерживают: Aurelia Gheorghieva

Мне тоже! С удовольствием ставлю его в копию

Увы, Танечка, не знаю, что и сказать об этом отрывке.

О том, что работорговля была "ресурсным проклятием" специально варяжской Руси, никогда не слышал, летописи,что я читал, ни о чем подобном не свидетельствуют. Рабами торговали тогда все, и работорговля могла с таким же успехом быть "проклятием" Византии или Венеции. Или Золотой орды. С интересующей меня и важной для будушего России точки зрения важно, как я же писал, то, что тогдашняя Русь была ПРОТОГОСУДАРСТВОМ, т.е.конгломератом варяжских княжеств и вечевых городов. Важна была также принципиаль- ная НЕОДНОРОДНОСТЬ княжеств: дворцовые слуги и кабальные люди. пахавшие княжеский домен, действительно были рабами тогда, как вольные дружинники служили по договору. Работорговля и впрямь процветала, но установить ее экономическую роль источники, боюсь, не позволяют.

Об очевидной ошибке уже писал Сергей, узкоглазые люди на Руси не селились и уж тем более ее не "заселяли". Даже Гумилеву это не приходило в голову.

Вот пока все, что я могу сказать. 

Увы, Татьяна, я не историк, не могу даже судить, насколько все это правдоподобно. 

Я, как и Владимир, хотела бы услышать отзывы историков. Трактовка истории, которую дает автор интересна, но кардинально отличается от всего, что я читала до сих пор. Не будучи профессионалом или даже серьезным дилетантом, судить невозможно - хотелось бы увидеть дискуссию между знатоками.

Эту реплику поддерживают: Сергей Любимов

Да, интересно, правдоподобно но трудно оценить без наличия необходимых знаний. Но меня больше интересует вопрос об иных паралелях. Что означает название ИК "Третий Рим" ? Уж не то ли, что и Третий Рим будет разрушен, как и предыдущие два ?

Сохранились источники, описывающие масштабы экспорта: в Киеве девушка-рабыня стоит 5 гривен-кун; в Константинополе — 300 гривен-кун; в Багдаде — 750 (в пересчете с дирхемов)

Вряд ли это о "масштабах экспорта"...

Что же до "масштабов", то, если верить архивам Генуи и Венеции и исследовавшим их специалистам, то в XIII веке рабы из Руси большинства на рынке не составляли - большинство, если мне не изменяет память, было как раз за коренным населением Золотой Орды - кыпчаками и пр., и главным источником рабов была экономика: родители продавали детей, или люди сами попадали в рабство за долги...

Это не о масштабе, а о норме прибыли. Низкая себестоимость добычи рабов на Руси и многократно превышающая ее цена продажи за рубеж.

Ну да. А о "масштабе экспорта" этот факт не говорит ничего...

Эту реплику поддерживают: Сергей Любимов

Однако, если была действительно такая ценовая разница, значит масштаб экспорта был не велик. В противном случае это привело бы к неизбежному подъему цен на рабов на внутреннем рынке, с сокращением нормы прибыли.

Ну, об описываемом времени мне трудно что-то сказать - серьёзных работ, относящихся к этому периоду, я не читал... Мне кажется, можно допустить такую разницу в ценах и при каком-то более - менее значительном масштабе торговли - при невозможности первоначального продавца проникнуть на рынок в месте конечной или даже промежуточной продажи...

Но сама идея привязать слово "slaves" именно к русским представляется мне несколько легковесной: если не изменяет память, термин "славы" появился задолго до Оттона... Да и вообще, все эти игры с созвучиями - вещь весьма сомнительная, я в таких случаях предлагаю объяснить происхождение турецкого слова durak - "остановка"...

(При этом продажа огромных количеств рабов из русских княжеств домонгольских времён - известный факт).

Эту реплику поддерживают: Сергей Любимов

С durak-ом все просто. Когда русские витязи везли по туретчине рабов на подводах, водителями лошадей были турки. И если надо было сделать остановку, бойцы кричали - Тормози! ....Дурак!!!. Поэтому у турок и закрепилось название остановки (за столетия, прошу отметить) со словом durak, а в русском появился синоним дураку - тормоз.

Сергей, спасибо - у меня сегодня на Снобе масса удовольствия, в том числе - и благодаря Вам...   :)

Эту реплику поддерживают: Сергей Любимов

опасен, конечно. Я понимаю, если бы мы в туесках носили и на стругах возили нефть в Западную Европу, оборняясь от НАТО и жидобандеровцев, она была бы золотой. Или экспорт регулировали. Я помню, как во времена СССР покупал 76-й бензин по три рубля за 200-литровую бочку, в то время как в Европе можно было выменять на нее не одну пару джинсов по 200 рублей за пару. Но путь был закрыт и опасен ) Но не думаю, что все этим объяснялось. Хорошо бы динамику цен посмотреть - она многое бы объяснила.

Эту реплику поддерживают: Сергей Мурашов

В Венеции один из главных туристических променадов - Riva degli Schiavoni, Славянская набережная, куда привозили рабов. Правда, речь, наверное, шла о славянах балканского полуострова.

Эту реплику поддерживают: Сергей Мурашов

Вот и я ровно о том же: термин "славяне" появился не применительно исключительно к русским, но - к целому спектру восточноевропейских народов...

(При этом я вовсе не пытаюсь отрицать значительные масштабы работорговли нашими предками... Мне просто хотелось бы не уходить в этом вопросе от фактов в область домыслов и фантазий).

Эту реплику поддерживают: Николай Бабушкин

Невысокие узкоглазые люди будут лучше вооружены, организованы, их кочевая экономика будет более эффективна, чем «экспортная» экономика местных жителей. Они захватят, но главное — заселят большую часть

Вот с этим я совсем не согласен.

Если говорить о территории домонгольских русских княжеств, то вряд ли можно говорить об их заселении ордынцами: да, в русских городах жили ордвнские купцы, но - и в Сарае жили русские купцы, там было несколько православных церквей, и даже в Азаке (Азове, Тане) упоминаются русские торговцы, и даже там были русская церковь, т.е., вряд ли можно говорить о "заселении Руси ордынцами", - скорее, о взаимном проникновении представителей двух народов... Не нужно забывать, например, что самый большой (да что там большой, - огромный) известный клад монет Великого княжества Нижегородско-Суздальского был найден как раз на развалинах Сарая - ни в одном городе на территориях русских княжеств таких кладов пока не зафиксировано...

Ну и недавние генетические исследования не позволяют всерьёз говорить о сколько-нибудь значительном демографическом влиянии ордынцев на население русских княжеств...

Да и - вряд ли разумно называть экономику ордынцев "кочевой"... Да, ордынская элита ежегодно кочевала... Но - давайте тогда и экономику современной России называть "кочевой" - ведь политическая и бизнес-элита страны постоянно кочует по миру - то в Куршавель, то в Ниццу, то ещё куда... Основой экономики Золотой Орды был как раз контроль над торговыми путями и торговлей на огромных подвластных территориях... Сарай - был передовым городом своего времени, протянувшимся на 15 километров вдоль реки, свои деньги чеканились на десятке, а иногда и больше, монетых дворов в городах, раскинутых на территории от нынешней Румынии до нынешнего Казахстана...

Эту реплику поддерживают: Николай Бабушкин, Сергей Любимов

Про драккары, которые плавали в одну сторону - довольно мило. :)

И еще забавно: прямо на иллюстрации, которую автор по всей видимости считает изображением Рюрика, Синеуса и Трувора (подпись внизу) черным по желтому написано: Рюрик, Игорь, Святослав...

И это как-бы вселяет некоторые сомнения )

Эту реплику поддерживают: Владимир Невейкин

Катерина, по поводу иллюстрации, то это не к автору, а к фотослужбе. Спасибо за замечание, поменяем.

Эту реплику поддерживают: Катерина Мурашова