Алексей Алексенко   /  Екатерина Шульман   /  Виктор Ерофеев   /  Владислав Иноземцев   /  Александр Баунов   /  Александр Невзоров   /  Андрей Курпатов   /  Михаил Зыгарь   /  Дмитрий Глуховский   /  Ксения Собчак   /  Станислав Белковский   /  Константин Зарубин   /  Валерий Панюшкин   /  Николай Усков   /  Ксения Туркова   /  Артем Рондарев   /  Алексей Алексеев   /  Александр Аузан   /  Евгений Бабушкин   /  Алексей Байер   /  Олег Батлук   /  Леонид Бершидский   /  Андрей Бильжо   /  Максим Блант   /  Михаил Блинкин   /  Георгий Бовт   /  Юрий Богомолов   /  Владимир Буковский   /  Дмитрий Бутрин   /  Дмитрий Быков   /  Илья Васюнин   /  Алена Владимирская   /  Дмитрий Воденников   /  Владимир Войнович   /  Дмитрий Волков   /  Карен Газарян   /  Василий Гатов   /  Марат Гельман   /  Леонид Гозман   /  Мария Голованивская   /  Александр Гольц   /  Линор Горалик   /  Борис Грозовский   /  Дмитрий Губин   /  Дмитрий Гудков   /  Юлия Гусарова   /  Иван Давыдов   /  Владислав Дегтярев   /  Орхан Джемаль   /  Владимир Долгий-Рапопорт   /  Юлия Дудкина   /  Елена Егерева   /  Михаил Елизаров   /  Владимир Есипов   /  Андрей Звягинцев   /  Елена Зелинская   /  Дима Зицер   /  Михаил Идов   /  Олег Кашин   /  Леон Кейн   /  Николай Клименюк   /  Алексей Ковалев   /  Михаил Козырев   /  Сергей Корзун   /  Максим Котин   /  Татьяна Краснова   /  Антон Красовский   /  Федор Крашенинников   /  Станислав Кувалдин   /  Станислав Кучер   /  Татьяна Лазарева   /  Евгений Левкович   /  Павел Лемберский   /  Дмитрий Леонтьев   /  Сергей Лесневский   /  Андрей Макаревич   /  Алексей Малашенко   /  Татьяна Малкина   /  Илья Мильштейн   /  Борис Минаев   /  Александр Минкин   /  Геворг Мирзаян   /  Светлана Миронюк   /  Андрей Мовчан   /  Александр Морозов   /  Егор Мостовщиков   /  Александр Мурашев   /  Катерина Мурашова   /  Андрей Наврозов   /  Сергей Николаевич   /  Елена Новоселова   /  Антон Носик   /  Дмитрий Орешкин   /  Елизавета Осетинская   /  Иван Охлобыстин   /  Глеб Павловский   /  Владимир Паперный   /  Владимир Пахомов   /  Андрей Перцев   /  Людмила Петрановская   /  Юрий Пивоваров   /  Владимир Познер   /  Вера Полозкова   /  Игорь Порошин   /  Захар Прилепин   /  Ирина Прохорова   /  Григорий Ревзин   /  Генри Резник   /  Александр Роднянский   /  Евгений Ройзман   /  Ольга Романова   /  Екатерина Романовская   /  Вадим Рутковский   /  Саша Рязанцев   /  Эдуард Сагалаев   /  Игорь Свинаренко   /  Сергей Сельянов   /  Ксения Семенова   /  Ольга Серебряная   /  Денис Симачев   /  Маша Слоним   /  Ксения Соколова   /  Владимир Сорокин   /  Аркадий Сухолуцкий   /  Михаил Таратута   /  Алексей Тарханов   /  Олег Теплов   /  Павел Теплухин   /  Борис Титов   /  Людмила Улицкая   /  Анатолий Ульянов   /  Василий Уткин   /  Аля Харченко   /  Арина Холина   /  Алексей Цветков   /  Сергей Цехмистренко   /  Виктория Чарочкина   /  Настя Черникова   /  Ксения Чудинова   /  Григорий Чхартишвили   /  Cергей Шаргунов   /  Виктор Шендерович   /  Константин Эггерт   /  Все

Наши колумнисты

Арина Холина

Россия и любовь — все сложно

+T -
Поделиться:

— …Еду получать вид на жительство, не могу больше здесь ничего выносить, тошнит, проклятая рашка... — с ходу выдает знакомый, которого я не видела, между прочим, долгие годы.

— Мы же не будем все это слушать? — шипит моя восхитительная подруга Полина Бруни и утаскивает меня в сторону.

(Только она сказала не «все это», а слово на букву «х» <пять букв, последняя «я»>, которое сейчас запретили.)

Мы не будем. Потому что не знаю, как там насчет «рашки» в целом, но прямо сейчас в Москве мы отлично проводим время на открытии нового ресторана Мити Борисова. Мы в Мансуровском переулке, во внутреннем дворе, где собрался весь город, и все красивые, счастливые, потрясающе одетые, и вечер дивный — тепло, свежо, зелено, и мы пьем маниакального цвета апероль-шпритц, и Алексей Зимин жарит курицу... Жизнь прекрасна, понимаете?

И Москва прекрасна. В этот город словно вернулось вдохновение, и две недели, которые я провела здесь, — они, наверное, лучшие за весь год.

Я всегда очень любила мой город. Даже когда он был серый, унылый, бедный, грязный. Когда он был похож на декорации к этим американским фильмам о жуткой советской России.

Шли годы, смеркалось, и в нулевые сюда приехала богатая провинция, наворовавшая там у себя (но еще не так много и нахально, чтобы спрятаться, например, в Берлине, в районе Грюневальд). И город стал невнятным.

Но сейчас все как будто утряслось, и Москва опять наша.

Я полгода живу не в России. В Португалии, в Берлине, много путешествую. И так уже несколько лет. И, мне кажется, что я могу точно сказать: в Москве невероятно круто. И становится все лучше. На днях я всерьез задумалась о том, что очень хочу проводить здесь больше времени. Вряд ли пока получится, но я хочу, я скучаю, я влюблена в нее.

В России — прекрасно. Да, здесь полукоммунистическое правительство, и наш президент слишком долго у власти, и тут посадили в тюрьму прекрасных девушек из группы Pussy Riot, и отбывают срок люди, подравшиеся на Болотной, и вышел этот позорный закон о запрете пропаганды гомосексуализма, и еще все время что-то запрещают. Меня лично все это очень волнует и злит.

Но если все, кого это волнует и злит, будут думать лишь о том, чтобы «свалить», то кто тут останется источником света? Ну правда.

Мне не все равно, поэтому я хочу быть здесь. И на самом деле просто восхитительно, что мы живем в такое сложное время, когда можешь ощущать значение каждого слова, каждого человека, когда ты можешь на что-то влиять (хоть многим и кажется, что они не могут, но это неправда).

Я вижу, что люди хотят уехать в какую-нибудь подчеркнуто буржуазную Европу, где им будет казаться, что в мире есть покой и счастье.

Интересно, что очень мало кто из знакомых мечтает о Берлине (разве что из-за низких цен на квартиры). Многие даже не понимаю, какой он. Они говорят: «Фу, он такой советский!» Их это пугает, им это напоминает «проклятую рашку».

Пока весь мир хочет в Берлин, русские хотят... ну, не знаю, в Вену. Вена — это вроде бы такой символ буржуазности. Но смешно, что и это заблуждение. Потому что настоящая Вена — это анархия, это как раз бешеное славянское местечко.

Берлин пугает русских теми же настроениями, что и Россия. Берлин — это протест. Там всегда какие-то митинги, всегда недовольство, а богатым провинциалам, которые приволокли из Швабии или Франконии мешки с деньгами, в Берлине разбивают окна.

Все эти московские нытики — они совсем ничего не понимают о жизни в другой стране. О настоящей жизни, о том, как ты просыпаешься, выходишь на улицу, о том, что проездной на метро стоит примерно 120 евро в месяц (в лучшем случае), и о том, как холодно в том же Берлине зимой, а в Лиссабоне еще холоднее, потому что там нет отопления вовсе, а летом там нет кондиционеров — и все умирают от жары.

Они не знают, что вроде бы дружелюбные португальцы будут десять лет думать перед тем, как пригласить тебя в дом. Португальцы — ужасные снобы. Таких еще поискать. Причем это именно гнусный местечковый снобизм.

А в Германии ты никогда не получишь работу, потому что там даже в законе прописано, что первым делом работой должны обеспечить коренное население. И поверьте: если вы хоть пятнадцать лет гражданин и говорите на высоком немецком без акцента, все равно вы будете номер два после «настоящего» немца.

Со всем этим, разумеется, можно справиться. Моя подруга, искусствовед, которая сидела в Москве в архиве и получала стыдные восемь тысяч рублей, сейчас читает лекции в Кембридже (она всего два года в Англии). Но это надо быть человеком, который говорит по-английски на уровне университетской профессуры, который совершенствовал его каждый день и умирал от стыда, что не знает какой-нибудь синоним на старом английском.

Если честно, я таких людей почти не встречаю.

Большинство «беглецов от кровавого режима» — они же все работают на Россию. То есть ты орешь благим матом, что в России все чудовищно, и продолжаешь орать даже из Парижа или Бостона, но получаешь деньги от государства, которое ненавидишь и на ненависти к которому иногда даже зарабатываешь.  

Мы живем в прекрасном открытом мире, где каждый может жить где хочет. И никто не переезжает из страны в страну с таким отчаянием, с таким протестным настроем и ощущением подвига, как русские. Англичанин уедет в Испанию — и будет счастлив. Потом вернется. Потом отправится в Америку.

А у русских все с заламыванием рук и неконтролируемыми речевыми высказываниями против страны и режима.

Когда из России отправляли философские пароходы, вот тогда можно было заламывать руки. Задумайтесь: люди уезжали из обезумевшей страны, из нищей страны, уезжали от неопределенности и террора, но — против воли. Они не хотели. Это были профессора, философы, писатели, мировые знаменитости. Бердяев никуда не хотел уезжать, хоть и был против всего, что происходило. Даже Булгаков долго не хотел эмигрировать (а потом уже иезуит Сталин не дал возможности). И Солженицын тоже не особенно стремился.

Они не орали: «Прочь из вонючей рашки, чтоб вам всем пусто было, ха-ха-ха!» Они грустили, хоть и покидали совсем иную страну — израненную, изможденную, безнадежную.

Они, знаете ли, не сидели в саду «Эрмитаж» в чудесном кафе Мити Горелика, где ты видишь замечательно красивых людей, которые на лето собираются в Италию, а кто-то только что вернулся с Венецианского биеннале, а другие постепенно приезжают из Плеса, с кинофестиваля имени Тарковского (и они в восторге и от города Плеса, и от кино). А потом все поедут к художнику Владимиру Дубосарскому в Пирогово, где будет арт-фест, а дальше «Арт-Клязьма», и еще все зовут в Гонконг, а на долгие выходные половина города была в Израиле.

И потом ты пойдешь уже с рассветом по пустой Москве, и увидишь ее совсем другой, и она будет так восхитительна, что тебе совсем не захочется домой. Домой в московскую квартиру, и домой в Португалию, и домой в Берлин.

То есть, конечно, захочется, но это будет такое же чувство, как у меня обычно в Тегеле (один из берлинских аэропортов): ты уезжаешь из одного хорошего в другое, и твое настроение прыгает от тоски до предвкушения, и ты хочешь быть везде и сразу.

Вполне возможно, что во мне говорит эта странная одержимость, свойственная людям моей нации, евреям, которая сначала гнала их в Эрец Израиль, где они из песка и палящего солнца делали свою страну, а потом побуждала ехать назад, в новую Россию, где они тоже мечтали устроить всем счастье. В Израиле получилось, а в России как-то не очень. Эта одержимость заставляла польских евреев пробираться через лазейки в Советскую Россию, где их тут же арестовывали и мучили, и расстреливали.

Не знаю.

Но с влюбленностью очень сложно бороться — в основном, конечно, потому что не хочется. Быть влюбленным и одержимым — это лучшее, что есть в жизни. Особенно когда ты видишь лица тех, кто киснет в браке по расчету, кто «свалил» (не могу это слово без кавычек) не потому, что ими овладела жажда перемен, а потому, что они придумали себе страхи и тревоги и попытались от них спрятаться.

Комментировать Всего 18 комментариев

Liliana Loss Комментарий удален автором

Почему это в Лиссабоне отопления с кондиционерами нет? Может Вы перепутали с российской деревней, куда электричество не подведено?Арина в патриотическом угаре посильней Арины в  сексуальном будет)

Насчет Лиссабона не знаю, но в Израиле домов с отоплением почти нет, разве только в Иерусалиме. Климат такой, что отопление нужно недели две-три в году суммарно. Поэтому когда вдруг зимой  нечаянно холодно, то кошмар, конечно. И обогреть, например, мою чудесно продуваемую летом квартиру с двумя балконами становится проблематично. 

"Но это все такие пустяки, в сравнении со смертью и любовью..." )))

Эту реплику поддерживают: Сергей Любимов

Нет центрального отопления, но это не значит, что нет отопления вообще и все сидят в пуховиках и стучат зубами. Есть радиаторы, есть кондиционеры горячего воздуха, есть подогревающийся  пол, есть камины в конце- концов... Просто такие обобщения сильно напоминают историю Вальки из села, которая приехала в Париж и хочет видеть улицы в коврах - именно об этой Вальке именно Арина в таких выражениях и писала, осуждая ее претензии, так сказать)

Ну, видите ли, практически везде в южных странах отопление отсутствует, да есть кондиционеры, есть радиаторы и локальные отпитальные системы, но местное население на них экономит, ибо банально дорого это. Камины разрешается топить не везде (экология и борьба с пожарами), да и дрова тоже удовольствие не дешевое. Т.е. возможность то есть, но оплачивать эту возможность нет никакой возможности:) как-то так.

Лилиана, поэзия не обязательно должна придерживаться фактов. 

Эту реплику поддерживают: Владимир Невейкин, Сергей Любимов

Тут нужно найти тонкую грань между поэзией и клеветой. 

Эту реплику поддерживают: Liliana Loss

Владимир, ну неужели наличие кондиционеров в Лиссабоне могут повлиять на накал любви к России ? Москва - как много в этом слове для сердца русского слилось ... Видите, ни слова про кондиционеры ...

Эту реплику поддерживают: Liliana Loss, Вадим Камашев

"Но если все, кого это волнует и злит, будут думать лишь о том, чтобы «свалить», то кто тут останется источником света? Ну правда."

Очень верно сказано. И я в этом полностью согласна с Ариной.

Ага. Только последнее время в любви признаются в основном те, кто полгода в Москве, полгода за границей. А видом на жительство обеспокоились в основном те, кто живет постоянно здесь, не собирались до недавнего времени никуда уезжать и соответственно не имеют никакого вида на жительство, работа здесь, капиталы здесь, недвижимость здесь. Обеспеченный состоявшийся средний класс.   И вдруг почуствовали неумолимое сгущение туч, холодное дыхание зимы, преддверие capital controls, охоты на ведьм и т.д. Многие, кого я знаю, задумались о видах на жительство в качестве страховки. Потому что коли что случится, уезжать ведь надо будет быстро, и с видом на жительство в кармане гораздо комфортнее, чем в пустоту, а быстро его уже не сделаешь.А сигналы подаются. Вот например. Зачем требуется сообщать о своем виде на жительство? Это ведь не гражданство. Обязанностей перед той страной еще нет. Вот зачем? Вряд-ли для чего хорошего. Может лишить каких-нибудь прав? Может просто отдать базы данных на границу и проверять их там много дольше? Ах, связи с другой страной узнать?  А дальше можно больше выводов сделать. Ну есть у человека вид на жительство в како-нибудь Греции. Ну что там, какие связи особенные? Море, солнце, курортная страна. А вот человек работает в американской компании 20 лет. Без вида на жительство. Но явно его связи побольше будут. Там ему и мозги наверно промыли враги уже давно. Кто здесь настоящий национал-предатель?

Я-то на самом деле думаю, что закон этот выдуман не для того, чтобы действительно собрать базу данных о втором гражданстве и видах на жительство и потом как-то ее использовать. При том бардаке данных в той же ФМС, которая перерегистрировать из одного района Москвы в другой не может без кучи бумажек и штампов, вряд ли она сумеет с толком воспользоваться этой базой данных. Я думаю, этот закон на самом деле - заявление, мессидж, общение с населением. Примерно как закон Димы Яковлева. Ну да, микроскопом гвозди забивать. Последняя деградация правовой системы - выпускать законы, чтоб дать сигнал. Ну так мы всю эту судебно-законодательно-правовую систему уже так ухайдакали, что как "микроскоп" она уже все равно не работает. Ну так люди сигнал услышали. Все в порядке. 

А источник света? Ну не все готовы быть источником. 

Ах, какую бойкую выдумщицу ангажировал себе снобру. И про Берлин, где выбивают стекла франконцам сообщит, и сказки о второсортности приезжих на немецком рынке труда пристрочит к богатому полотну кособокой строчкой. Девушка приезжает в Берлин, как домой, но почему-то не знает ни того, как устроена немецкая столица (ключевое слово Kiez), невдомек ей и сам федеративный принцип страны, где одна земля сильно отличается от другой.

Чудо, просто чудо. 

Побольше таких сказочниц. Чтоб уж руки от аплодисментов заболели, а глаза от слез.

Ну что ж, после прочих изъяснений в любви, построенных на  сочинских победах и украинской земле и крови, просто замечательно. И никакого психоза. 

Потом все таки любовь к Москве первична, а жареная курица у Мити Борисова вторична. Или по крайней мере мне так хочется думать. 

И поверьте: если вы хоть пятнадцать лет гражданин и говорите на высоком немецком без акцента, все равно вы будете номер два после «настоящего» немца.

И как мне в это поверить, если я свою работу получила еще не будучи гражданкой, говоря по-немецки с акцентом, и пройдя конкурс из трех претендентов, двое из которых были "настоящими" немцами и, кстати, мужчинами?

Эту реплику поддерживают: Владимир Генин, Liliana Loss, Сергей Любимов, Marianna Kateneva

А я через год получил место преподавателя старших классов в Realschule, не понимая половины слов из молодежного жаргона пополам с bayrisch, на котором говорят все ученики, и чувствуя себя Остапом Бендером на корабле. 

Эту реплику поддерживают: Сергей Любимов, Marianna Kateneva, Aurelia Gheorghieva

Вот теперь действительно я ощутил тревогу за немецкое народное образование ... В России такой вот коленкор не прошел бы. 

И за всей этой вашей влюбленностью, Арина, сытость, сытость невероятная...

ностальгия не по месту жительства, но по молодости...

Не стал бы огульно вычеркивать все сказанное автором, в частности,  про положительные перемены в Москве. Испытал на себе в мае впервые за много лет. Конечно, уютные рестораны с жаренными курами - дело вкуса, меня не притягивают, скорее наоборот, но вот покататься на велике по набережной от Нескушного сада до Кремля и обратно - было приятной неожиданностью, совсем не хуже, чем от Центропарка до Нижнего Махэттена...

 

Если же учесть количество и качество взглядов одиноких девушек, то сравнивать Москву с любым городом вне РФ просто глупо.

Потом эта  ночь открытых музеев - очень понравилась, например в Манеже

хорошо, современно, молодежи полно, правда, опять таки, в основном девушки...

Все так, то есть приезжать в Москву летом понастальгировать и оторваться - можно с душой,  но несколько попыток (и не только в столице) постоянно жить и работать были и остаются неудачными. Главная причина, конечно, не быт, но необходимость "чуть-чуть" подворовывать для отката (если в бизнесе) или кривить душой (если на лекциях) и это тупик, поскольку в Принстоне, скажем, в этом нет необходимости, но уютные рестораны на любой вкус, работы полно и русская речь - не редкось...

Эту реплику поддерживают: Сергей Любимов

Да, выводы тонких натур поражают.. Новые патриоты новых земель! Есть кондиционэры, есть! Мать вашу! В Испании и Португалии все есть! Я редко читаю Арину, но она не о кондиционерах писала, и не об их отстутвии. Неужели это так трудно понять и совсем не дано почувствовать??? О городе любимом написала, куда хочется вернуться, где полу-тона и ароматы всегда уводят в прошлое, прошлое разное, но прошлое наше, и в настоящее, в старых любимых местах, где все застыло, несмотря на времена и нравы и осталось как в детстве и юности... Да, тяжело, и кондиционэры не помогут... чистая размножившася паски, прости господи....