/ Москва

Андрей Бильжо: «Охта-центр» — это проявление шизофренического бреда

Я давно говорю, что то, что сейчас происходит в Москве, называется строительной шизофренией

Иллюстрация: Сноб.Ру/Валентин Поздняков, Игорь Бурмакин
Иллюстрация: Сноб.Ру/Валентин Поздняков, Игорь Бурмакин
+T -
Поделиться:

Москвы как города уже не существует, остались чудом уцелевшие пятачки. Остался Кремль, остались какие-то части переулков. В общем, Москва планомерно уничтожается и превращается в совсем другой город. Ни один из крупных европейских городов за последние 100 лет не претерпевал таких чудовищных изменений, как Москва.

Москва — это сплошная строительная площадка. И эти ребята не успокоятся, за старыми идут молодые, крепкие, зубастые, у которых про вкус вообще говорить не приходится. В России проблемы со вкусом на сегодняшний день вообще не обсуждаются, его просто нет. Существует только какая-то воинствующая серость, вот, собственно, и все.

Москва — это моя боль. Сейчас я уже практически успокоился. Уже почти ничего не говорю. Но теперь то же самое происходит в Санкт-Петербурге. Если проехать по Невскому проспекту, можно увидеть в нем дырки, занавешенные картинками с нарисованными домами. Там исчезают здания, а потом они их просто строят по-новому.

 

Я часто бываю в Венеции и представляю себе, что можно было бы все это консервировать, реставрировать, и мир для этого придумал огромное количество всевозможных способов. Но здесь ничего этого не происходит.

Все это творится не только в Москве и в Санкт-Петербурге, но и во многих других городах. Там строится какое-то невероятное количество офисных центров и пустых домов торговли. И мне совершенно непонятна эта экономика. Я не понимаю, зачем в городе Архангельске, например, десятки пустых торговых центров.

Но я давно понял, как все это называется. Это булимия, ненасытность, абсолютная потеря реальности. Этот симптом бывает еще у коров. У них нет чувства насыщения, корова может есть, есть, есть и есть, и если ее вовремя не уведет пастух, у нее разорвется кишечник. Такое встречается и у дефектных шизофреников.

Башня, которую сейчас хотят построить в Санкт-Петербурге, и которая, конечно же, уничтожит Санкт-Петербург полностью, — это тоже одна из разновидностей шизофренического бреда.

Мне кажется, что клуб «Сноб» должен бы развернуть какую-то мощную работу. Я думаю, можно собрать огромное количество москвичей и петербуржцев, придумать какую-то акцию. Москва должна поддержать Петербург. Потому что сегодня Москва и Петербург — как два раненых бойца. Просто Москва — это боец, уже сильно истекающий кровью, еле стоящий на ногах и еще отстреливающийся, а Санкт-Петербург — это боец, у которого перебинтованы голова, нога и рука, но он еще в силе. Мне кажется, что боец из Москвы, которому уже нечего терять, должен как-то поддержать бойца из Петербурга.

Комментировать Всего 6 комментариев

Обожравшимся коровам прокалывают брюхо. Чтобы газы вышли (ни малейшего намека на "Газпром"). Чье брюхо будем прокалывать мы?

Я готов поддержать коллективное шило.

Саша Гусов Комментарий удален

Вы знаете, кажется, что проблема башни «Газпрома» — дело людей, которые хорошо себе представляют географические, экологические, исторические последствия строительства этого колосса. Я безумно люблю Санкт-Петербург, и я думаю, что на свете мало людей, которые без трепета относятся к его главным красотам и потрясающим архитектурным ансамблям. Но на эту тему внятно говорить не могу. Это было бы очень, скажем так, самонадеянно, потому что или там надо жить и душой чувствовать эту проблему, или быть архитектором, историком архитектуры, специалистом по этому городу, который знает проект, который видел, как он вписывается в эту местность, как он откуда выглядит.

Юлий Соломонович, у меня вопрос. Если вы идете к зубному врачу, и врач вырывает вам не тот зуб, вы как рассуждаете? Видимо, думаете, что врач имел на то свои профессиональные причины, или что у вас нет претензий к этому врачу, потому что вы сам не профессиональный стоматолог.

Или если вы смотрите какой-нибудь балет, и балерина отвратительно танцует и все время падает, то вы рассуждаете, наверное так: я не профессионал в балете, я не заканчивал балетную школу, видимо эта балерина имеет основания так падать и плохо танцевать, возможно у нее плохое настроение. Поэтому, поскольку вы, Юлий Соломонович, не архитектор, вы, конечно, не понимаете, что эта башня разрушит весь старый город и даже не рассуждаете на эту тему. Непонятно откуда вдруг взялась такая дипломатическая и такая политкорректная нотка, которая для вас, человека, которого я хорошо знаю, и очень люблю, была не очень характена.

С приветом и любовью, Андрей Бильжо.

Знаете, Андрей, у меня больше не хватает сердца вместить всю ту боль, которую я испытываю, когда  брожу,  по дорогим улочкам старой Москвы, города, которого больше нет! Вот еще островки - оплот прежней жизни, остались в районах Покровки, Хитровки, Замосковоречья. Но скоро и сюда вползет кровавая десница градоначальника. Все! Нет моего любимого города!  Я давно живу с ним параллельной жизнью, стараясь реже пересекаться. И это невосполнимая утрата. А теперь на очереди Петербург. Конечно, искусственно навязывать городу-памятнику архитектуры, такой фаллический символ, да еще и в таком месте, это к г-ну Фрейду, причем и архитекторов и г-жу Матвиенко. Но меня крайне удивляет позиция некоторых деятелей культуры, которые выступают ЗА проэкт!  И называют эту "дуру" прекрасным свежим современным веянием, так необходимым старому городу! Вот такая у нас культура, и такие у нас деятели, и такой продукт их кипучей деятельности  мы все наблюдаем каждый день, на ТВ, в театрах, в кинотеатрах, на выставках, в книгах, газетах, на наших улицах. 

Я все думаю, как же можно ТАК любить деньги, чтобы больше ничего не любить! И никого!

В истории с питерским небоскребом творится великое дело амбиций: наше поколение власти желает увековечить себя в городе памятником газодобывающей компании. И главное — чем тут, собственно, можно гордиться? Просверлить дырку и выкачивать оттуда газ — это не открытие Америки, не открытие Сибири. Лучше бы поставили памятник Ермаку Тимофеевичу, который «прирезал» нам территории (не в Санкт-Петербурге, конечно, а где-нибудь еще). Так что концептуально строительство «Охта-центра» не очень правильная идея, к тому же очень бедная.