Ксения Собчак /

647766просмотров

Чичваркин. Эскимос в Бразилии

Ксения Собчак встретилась с Евгением Чичваркиным и расспросила его о том, как у него отжимали «Евросеть», когда он вернется в Россию и кому на самом деле принадлежит его винный магазин в Лондоне

Участники дискуссии: Сергей Громак
+T -
Поделиться:
Фото: Анастасия Тихонова
Фото: Анастасия Тихонова

Сурков и ленточки

Педанты и пуристы могут возмутиться: по какому праву Евгений Чичваркин попал в наш цикл о героях российского бизнеса?! Где российский бизнес, а где Чичваркин?!

Отвечаю пуристам и педантам: сейчас Чичваркин в Лондоне, а где российский бизнес, даже и говорить не хочется. Но такая ситуация наблюдалась не всегда. Многие еще помнят времена, когда странный парень в ярких штанах, не имевший никакого касательства ни к кооперативу «Озеро», ни к нефтегазу, мог создать с нуля мощную компанию, развлекая сотрудников эксцентричными «письмами счастья», а широкую публику — двусмысленными рекламными частушками.

В Америке такие компании со временем вырастали в гигантов бизнеса; в России, увы, они закрывались ментами. Но Чичваркин выиграл и этот последний сет: перехитрил рейдеров, вышел в кэш (пусть и получив меньше, чем мог бы) и, сидя в Лондоне, мирно наблюдает издалека за дальнейшим развитием событий. Главный секрет удачливого игрока — вовремя отойти от рулеточного стола. У русских бизнесменов свои критерии успеха, и по этим критериям более успешного предпринимателя, чем Евгений Чичваркин, просто не может быть.

А потому я сижу в лондонском магазине Чичваркина и отмечаю изменения в его облике и манере. Чичваркин выглядит куда менее эксцентрично, чем во время наших прошлых встреч, хотя желтые штаны все еще при нем. Англия все же охладила парня воздухом свободы, накал безумия и балагана снизился заметно. Но руки с длинными пальцами по-прежнему то артистично жестикулируют перед лицом, то сплетаются на столе в замысловатые фигуры. «Опустил руки» — это не про Чичваркина, ни в буквальном, ни в фигуральном смысле.

СЯ хочу начать с того видео, которое недавно покорило интернет: ты приходишь на пикет концерта Валерии в Лондоне с плакатом No Putin, No War. Зачем ты это сделал?

Должны были приехать в одно время и одно место сразу три доверенных лица Путина: Валерия, Иосиф Пригожин и Кобзон. Набился целый «Альберт-холл». Я не мог себе позволить упустить такую пиар-возможность. Кроме того, я видел, как здесь протестуют украинцы: у нас уже был пятилетний опыт протеста, а у украинцев не было такого опыта, и они не знали, куда идти. Сперва они ходили к русскому посольству, потом пришли пикетировать русский магазин «Калинка», принадлежащий Борису Гофману, который здесь уже 17 лет живет, потом пошли к пустующему дому Рината Ахметова. В общем, они метались.

СИ тут наконец-то появился повод собраться всей этой энергии?

Да, нашлось куда приложить усилия. Тут есть еще такой активист Андрей Сидельников, который написал в своем фейсбуке: «Сегодня я украинец». Он «сегодня украинец» уже почти год. Они заняли достаточно жесткую позицию, то есть и они, и я против того, чтобы популярные артисты призывали голосовать за Путина.

СНу, это же их право.

Да, а мое право встать на тротуаре и сказать, что это нехорошо.

ССлушай, ведь у этого плаката No Putin, No War есть еще второй смысл: ты считаешь, что если бы не было Путина, то не было бы войны на Украине?

Если бы были стычки, то они уже давно бы закончились. Власти Украины взяли бы под контроль все свои территории.

СА каким образом Путин влияет на войну на Украине, по твоему мнению?

Есть огромное количество свидетельств об участии российских военных частей. Но основное оружие этой войны — это PR. Включили тлетворный дурман с первого по четвертый каналы, а там сразу ответы на все вопросы: там дважды два — пять, черное — это белое, а мир — это война. Эрнсту и Добродееву, видимо, сначала было по приколу — это же здорово, когда ты, как кукловод, огромными массами можешь управлять, — а сейчас им уже деваться некуда.

СВот смотри, какое дело. Люди, которые чуть-чуть в теме, не могут не замечать, что в событиях на Украине некую важную роль играет Владислав Сурков. Его люди — Чеснаков, Минаев, Царев — постоянно занимаются какими-то вопросами по Украине. По сути дела, Суркову запретили заниматься внутренней политикой, так он из внешней политики сделал внутреннюю — так шутят люди, которые не смотрят Первый канал. При этом ты никогда не скрывал, что поддерживаешь какие-то отношения с Сурковым. Я недавно сидела в большой компании и из разговора поняла, что ты звонил Суркову по какому-то вопросу, насчет вина...

Маленький городок у вас.

Фото: Анастасия Тихонова
Фото: Анастасия Тихонова

СНет ли у тебя в этом смысле противоречия? С одной стороны, ты против войны на Украине, ты считаешь, что Путин виноват в том, что это все приняло такие формы, но, с другой стороны, ты все поддерживаешь отношения с человеком, который сейчас главный идеолог этой украинской кампании?

Мне нравятся умные люди, и я даже некоторым образом перед ними тушуюсь. Мне с Сурковым интересно. Когда я учился в Академии управления, я читал ныне запрещенную книжку «Дневники Геббельса». Когда весной было сообщение о захвате на юге Украины радиолокационной вышки, я прямо ржал.

СЭто пассаж из книги, как вести информационную войну…

Это прямо оттуда. Источник зла, на мой взгляд, Путин. К огромному сожалению, такой же по мощи источник добра не дал Владиславу Юрьевичу простора для деятельности. Я думаю, что он бы мог бы сделать что-то другое, если бы была поставлена другая генеральная задача.

СЯ с тобой абсолютно согласна, я, кстати, тоже преклоняюсь перед его интеллектом, тоже считаю его невероятно умным человеком. Но чтобы развеять этот туман очарования, я напоминаю себе, когда вижу его, что в принципе этот человек отвечает за то, что сегодня там происходит.

Я не политик, а розничный продавец, меня всегда тянуло к розничной торговле… Да, есть противоречие.

СКак ты с ним справляешься?

Я открыто говорю: то, что вы делаете, мне не нравится.

СИ что он тебе отвечает?

Ну, не нравится, и чего? У нас разные политические взгляды. Тем не менее это не секрет, что за день до его недолгого увольнения мы вот здесь провели какое-то приятное время.

СВ магазине?

Да, в магазине. Потом на концерте были.

СКакое его любимое вино?

Здесь у меня табу-табу-табу.

СНичего не выдаем, как у гинеколога.

У Суркова очень хороший вкус, очень близкий мне и хороший вкус.

СЯ недавно говорила на другую тему с Леонидом Ярмольником, но разговор получился похожий. Он приходит очень недовольный выборами: «Вот, Собянин то, Собянин се!» Я говорю: «Хорошо, а кто дальше по цепочке? Кто поставил Собянина?» Как только мы доходим до Путина, он уже не может никого критиковать, он упирается в собственную логику. С тобой наоборот: ты очень жестко критикуешь Путина, но тебе терять нечего, ты уже в Лондоне, тебя никто уже не достанет.

Почему? Меня могут грохнуть.

СНу, ты же не Березовский все-таки.

Если я буду популярный, как ты, то меня обязательно грохнут.

СА дальше ты уже спускаешься по пищевой цепочке: «No Путин, No War, No Сурков, No War, No Царев, No War» — масса людей, с которыми ты водишь знакомство. Мамут же и мой друг тоже, но я понимаю, что это человек, который уволил Галю Тимченко, который общается с Володиным, например. Это же очень сложная история. Ты такой принципиальный человек, ты против этой системы, но твои друзья и твой круг общения очень часто плоть от плоти этой системы. Я не в качестве обвинения, просто хочется порассуждать на эту тему.

Есть дилемма. Вот, допустим, заходит сейчас Путин в магазин и говорит: «Где у вас тут красное вино?» И все, он покупатель.

СТы просто продашь ему хорошее вино, пожмешь руку, повесишь свою фотографию с ним, как с почетным клиентом?

У нас нет такой опции. Но если он заинстаграмит фотографию, то я ее перепощу. А если его следующее доверенное лицо приедет в «Альберт-холл», я опять выйду с пикетом.

СОн подойдет к тебе в магазине и, покупая бутылочку, скажет: «Жень, вино хорошее, но что ж ты вот так с плакатом выходил?» Что ты ему на это ответишь?

Я скажу, что я рекомендую брать в магнуме и мне надо проверить, какие года лучшие. Но, Владимир Владимирович, то, что вы делаете на востоке Украины, — это военное преступление.

СТы сейчас жалеешь, что в свое время поддержал Медведева перед выборами?

Не жалею. Но я реально, как лох, верил, что будут перемены.

СПравда ли, что после первого митинга на Болотной площади вы вместе с Ильей Яшиным придумали белую ленту как символ оппозиции?

Когда в 2008 году меня хотели посадить, у нас была идея, что все должны будут надеть желтые ленты. Мы к этому серьезно готовились, я даже подготовил письмо для рассылки сотрудникам «Евросети». Но письмо это не было отправлено, потому что меня не арестовали. После митинга на Болотной мы говорили с Яшиным о методах привлечения внимания. Вспоминали положительный опыт с ленточками, которые в середине 2000-х годов повязывали люди, несогласные с уголовным преследованием водителя, который выжил в ДТП с губернатором Алтайского края Михаилом Евдокимовым. Я сказал, что у оппозиции должен быть цвет, лента может быть белой или желтой. Остальные цвета заняты: оранжевый уже нельзя, голубой — очень странно, синий спектр занят едросами, красный — это коммунизм. Я предпринял такую попытку брендировать процесс, хотя меня вообще никто не просил.

Сейчас прошли выборы на Украине, где есть настоящий политический процесс, там этот брендинг сработал. Рекламная кампания блока Яценюка «Народный фронт», символом которой стал крест, началась всего за шесть недель до выборов. А сейчас с этим крестом они взяли 20% Рады. Ты понимаешь, вот оно, живое.

Фото: Анастасия Тихонова
Фото: Анастасия Тихонова

СТо есть надо новый бренд оппозиции придумать? Какой?

Надо думать об этом.

СНу так давай, думай. Кто, если не ты.

Я не могу заседать, ходить строем и скандировать. Когда у меня, по сути, отобрали компанию, я прямо был нереально злой, но как только дошло до того, что надо сидеть вместе и что-то решать на партийном собрании, а потом надо скандировать, я понял, что вообще не могу ни ходить строем, ни скандировать, это все мне глубоко противно.

СОтобрали компанию – я понимаю, что это для тебя как для человека, который этим жил, большая трагедия. Но, с другой стороны, 350 миллионов долларов (в интервью телеканалу «Дождь» Александр Мамут признался, что приобрел «Евросеть» за 350 миллионов долларов. Чичваркин никогда не подтверждал эту информацию. – Прим. ред.) — это большая сумма. Условно говоря, эти деньги нормальному человеку в обычной жизни не потратить.

Это три копейки. Параметры компании в 2011 году по продажам были никак не больше, чем когда я продавал. Для сделки с Усмановым 50% «Евросети» оценили в 1,150 миллиарда долларов. Это, за вычетом долга, та прибавочная стоимость, которую я сгенерировал.

ССогласна, но 350 миллионов долларов — это тоже большая сумма. На эти деньги можно основать любой новый бизнес.

Что значит «тоже»? У меня на «Евросеть» на старт ушло в районе 5 тысяч долларов. Если ты молодой и дерзкий, то вообще не в деньгах вопрос. Вопрос в том, что у меня отобрали мое.

СНу создай заново что-то большое. Не красивый эстетский бизнес в виде винного магазинчика. 350 миллионов — это хороший старт для любого большого проекта с твоими талантами.

Нет. Мне совсем не нужно 350 миллионов, чтоб начать в России.

СА здесь?

А здесь то, чем я реально хочу заниматься, невозможно, потому что я хочу российскую туристическую этнодеревню. Я ее хотел за много лет до Никола-Ленивца.

СКстати, хозяин Никола-Ленивца — твой заклятый конкурент из «Связного» Максим Ноготков, у которого сейчас непростые времена. С твоим отъездом независимый рынок сотовой розницы в России начал умирать. Сотовые операторы купили основных игроков, а «Связной» фактически идет к банкротству. Почему так произошло?

Сотовая розница — финансовоемкий бизнес. «Связной» — последний независимый игрок на этом рынке, за всеми остальными стоят операторы мобильной связи. Показатели «Связного» были хорошие для нормальной страны, а Путин сделал из нее ненормальную. В сложившейся ситуации не виноват ни Ноготков, ни кредиторы. Виновата власть, развязавшая войну и подставившая нас под санкции. Власть, отказывающаяся признавать частную собственность, а по сути, Конституцию. Максим — талантливый бизнесмен, и я надеюсь, что воля и разум кредиторов дадут ему возможность исправить ошибки. Он честный человек и расплатится со всеми. Он был осторожен, он прошел все кризисы — а тут Крымнаш...

СЭтнодеревня — это все-таки не бизнес. Кому она сейчас будет нужна? Мы в кризис входим, к 2018-2019 году будет полная задница.

Да, я знаю. Я сделаю после.

СПочему здесь не сделать?

Я перееду назад.

СТы можешь уже назвать точную дату возвращения в Россию?

В 2018-м или в 2019 году.

СТы считаешь, что Путин на следующий срок не пойдет?

Он может захотеть пойти. Но, мне кажется, не в результате выборов все поменяется.

СВ одном из интервью ты говорил, что реальная сила, которая может привести к смене власти, — это недовольные люди в спортивных штанах, с банкой «Ягуара» и с арматурой в руках. Градус ненависти у них растет, и их внутренняя пружина сжимается все больше. Я полностью с тобой согласна, но надо понимать, что будет только хуже. Какой-нибудь Сечин будет, какой-нибудь Шойгу, кто-то еще более жесткий. Вся колода нам известна, там нового человека не появится.

Не факт.

СТы хочешь сказать, что ситуация к 2019 году уже настолько примет формы хаоса, что ты сможешь приехать в нормальную, либеральную страну? Это смелый прогноз.

Может быть, она нормальной и либеральной не будет. Может быть, это будут достаточно суровые руины. Но я очень хочу назад. Читать дальше >>

Читать дальше

Перейти ко второй странице

Читайте также

 

Новости наших партнеров