Ксения Собчак vs основатель Wikimart Максим Фалдин: 2015–2016 годы — отличное время, чтобы запускать бизнес

Ксения Собчак расспросила главу интернет-компании «Wikimart» Максима Фалдина о контрафакте, чувстве миссии и о том, почему у его сайта такой неудобный интерфейс

+T -
Поделиться:

Личное и общественное

Фото: Егор Слизяк
Фото: Егор Слизяк

СВ этом году у вас поменялся инвестор. Вместо американского инвестфонда Tiger Global вашим акционером стал малоизвестный банкир, совладелец Финпромбанка Анатолий Гончаров. Почему ушли американцы?

Это напрямую связано с политической ситуацией.

СНо они ведь не продали свои доли в «Яндексе» и ivi.ru.

У них еще есть доля в Biglion, а долю в «Яндексе» они, по-моему, продали. Но там все было просто. У Гончарова был миноритарный пакет — 15%, а у Tiger — около 50%, и они фактически несли флаг, определяли стратегию развития. Надо было развивать бизнес, вкладывать деньги. В мае прошел совет директоров, в июне мы начали реструктурировать, в июле уже обо всем договорились — а потом упал Boeing на юго-востоке Украины и мир поменялся. Через 12 часов после падения Boeing у меня был конференц-колл с Нью-Йорком, и они сказали: «Мы больше не можем финансировать компанию, делайте что хотите». Надо было что-то изобретать. Мы два месяца сидели без денег, с задержками зарплаты. Потом, когда я в октябре приехал в Нью-Йорк, я узнал, что Tiger Global поднимает большой инвестиционный раунд, и их основные инвесторы — представители Республиканской партии. Мне все стало понятно. В этот же день ими была заключена сделка на $1 миллиард в Индию.

СТо есть это такой общегосударственный сговор — не иметь никаких дел с русскими?

Это все-таки не совсем так устроено. Это вопрос бизнес-среды: где-то на коктейле кто-то что-то кому-то сказал. Ты не будешь рисковать миллиардными раундами ради того, чтобы инвестировать в Россию еще $15 миллионов, которые потом принесут тебе $50 миллионов.

СА вы на конференц-колле приводили эти аргументы: «Ребята, мы тут ни при чем, мы к политике не имеем отношения, мы про бизнес, у нас хорошие показатели»?   

А тебе в ответ: «Как ты думаешь, сколько еще Путин будет у власти»?

СА вы как думаете, сколько?

Я всегда всем отвечал, что до 2018 года точно будет, а потом будут выборы президента.   

СМеня удивило одно ваше высказывание. Если можно, я приведу целиком цитату из вашей статьи: «Демократия, развитые страны, “все по правилам” — это не всегда хорошо. Скажу жестче: это не всегда больше свободы. Ведь речь идет о личной свободе и о том, как вы ее определяете. Вы думаете, демократия — это хорошо? Вспомните об этом, когда вас заставят заплатить половину годовой зарплаты за невинный комментарий по поводу абортов или религии. Отсутствие коррупции — круто? Подумайте еще раз после того, как вы вместо трехминутного разговора с ДПС-ником проведете полдня в участке, объясняясь, почему вы сдавали задом на автостраде». Скажу честно, я не популист, я подобные фразы говорила в компании своих друзей много лет назад, они меня ругали страшно. Но есть и обратная сторона: готовы ли мы за эту нашу самобытность платить ту цену, которую платим сейчас?

Я ровно об этом писал. Я всегда не понимал, как одни и те же люди могут быть против абортов и за смертную казнь — одни и те же люди, стопроцентная корреляция. А когда ты начинаешь спорить, то тебе приводят аргумент: представляешь, если твою дочь изнасилуют, ты разве не убьешь? Конечно, убью, даже рука не дрогнет. А как же это уживается? Так и уживается, потому что есть личный уровень и есть государственный — вот и вся история. На государственном уровне я, конечно же, за демократию, я, конечно же, за свободные выборы. И за Путина я не голосовал, потому что я не мог никогда ему простить Ходорковского. Мне казалось это переходом за все флажки.

СДа, я понимаю, одно дело — личный уровень, другое — государственный. Конечно, если ты нарушишь правила дорожного движения, приятно решить эту проблему на месте. Но, может быть, в этом и есть масштаб человека, когда он может отказаться от личного уровня ради государственного? У меня был молодой человек, он был очень принципиальным, никогда не платил взятки гаишникам. Мы с ним могли по часу, по два часа стоять. Я говорю: «Послушай, вот я буду рожать, и что, мы будем так же стоять и ждать, пока приедет ДПС и все оформит?» С одной стороны, это круто, а с другой — в этом есть какая-то...

...Какая-то незрелость. Это как у Черчилля есть фраза о том, что если кто-то до 30 лет не является демократом, у того нет сердца, а если потом не станет консерватором, то нет ума. Что касается масштаба человека — мне кажется, тут нужно увидеть в себе миссионерство. Вот у Ходорковского это качество есть, у Навального есть. Я Навального поддерживал, потому что увидел в нем лидера. Я мог быть не согласен с ним в каких-то пунктах, но я увидел, что он готов нести миссию, как Нельсон Мандела. А во мне этого нет, я не хочу себе миссионерства и отдаю себе в этом отчет.

СЭто честная позиция.

Ну а как? Тогда нужно, как Ходорковский, сидеть 10 лет. Для этого нужно через себя перешагивать, и я уверен, что я для себя таких решений не приемлю. Я же помню ваше интервью с Петром Авеном, там он сказал даже жестче: «Я ни при каких обстоятельствах не готов сидеть в тюрьме. Я лучше уеду в Израиль».

СЯ могу сказать, что то же самое говорила, когда давала интервью «Эхо Москвы»: я много чего готова делать ради свободы слова в России, но я не готова садиться в тюрьму.

Убытки и конкуренты

Фото: Егор Слизяк
Фото: Егор Слизяк

СДавайте вернемся из высоких сфер на землю и поговорим о бизнесе. Наверное, у вас был большой всплеск продаж в декабре, когда из-за резкого роста валют люди начали массово скупать бытовую технику и электронику? Как проходили предновогодние продажи?

Спрос был больше, чем обычно.

СЗначит, люди бежали не только в «М-Видео», но и в интернет-магазины?

В «М-Видео» бегут пенсионеры, которые потом едут с плазменными панелями в троллейбусах, бедолаги. Это была сюрреалистическая картина: «Новогодняя Москва 2014/2015. Бабушка с тремя плазменными панелями едет в троллейбусе». Таких продаж, которые у нас происходили 15–20 декабря, мы ждали на неделю позже — с 22 декабря. Показатели предновогодних продаж в этом году вдвое превысили предновогодний период 2013 года.

СЧто же будет потом? Вы помните кризис 2008 года, когда люди так же вложили все деньги в покупку техники и автомобилей, а потом целый год магазины электроники и автосалоны сидели фактически без продаж?

В 2015 году будет очень плохо. Но в экономике есть эффект дохода и эффект замещения. Когда упадут доходы населения, наши доходы тоже упадут, но эффект замещения заставит людей вместо более дорогих марок покупать более дешевые. Эффект дохода играет против нас, как и у всего ретейла. А эффект замещения играет на нас, потому что у нас дешевле.

СНедавно Wikimart объединился с компанией «Терминал.ру», которая владеет складами и пунктами выдачи товаров в регионах.У вас появились точки продаж офлайн.

Появились, но все они жутко убыточные. Мы думаем, что с ними делать. Весь 2015 год мы будем искать новые форматы.

СНо ваш конкурент «Юлмарт» открывает много офлайн-магазинов.

Так «Юлмарт» — неприбыльная компания, Enter — неприбыльная, а мы хотим быть прибыльными. Вот и вся история. У Enter осталось около 80 магазинов. Было больше, но они все жутко убыточные. Что сейчас будет происходить с Enter, никто не знает.  Сейчас наш акционер Анатолий Гончаров принимает участие в реструктуризации группы компаний «Связной».

СНасколько я знаю, Гончаров довольно давно владел интернет-магазином «Терминал». Почему он так увлекся электронной коммерцией? Какая конечная цель у Гончарова?

Ему хочется сделать технологический холдинг, который оказывает торговые и финансовые услуги. Я знаю Гончарова много лет, я его фактически привел в электронную коммерцию. Сначала он купил небольшую долю в Wikimart, вместе c Tiger Global мы строили компанию, а он нас поддерживал финансово.

Сейчас у него контрольный пакет и в «Терминале», и в Wikimart. Владеть двумя компаниями в одной отрасли довольно бессмысленно, поэтому он решил их объединить. Условием сделки было, что обеими компаниями управляю я, поэтому мы слились и ищем наиболее оптимальную модель для работы на рынке. Потому что все интернет-магазины, которые мы сегодня назвали, убыточные. «Озон» убыточный уже 17 лет.

СВсе компании, которые не работают в серую, убыточны?

Да. Но это не должно быть так, это нужно менять.

СПоэтому закрылся интернет-магазин «Е5», который создал холдинг X5 Retail Group, владеющий супермаркетами «Перекресток» и «Пятерочка»? Вроде была простая идея: доставлять товары в свои магазины и проводить оплату через кассу.

Интернет-магазин «Е5» просто закрыли, списав все убытки. Мы были единственными претендентами на покупку этой компании, чтобы построить на базе созданной инфраструктуры специализированного логистического оператора доставки интернет-заказов. Для нас было главным критерием, что люди действительно там покупают, что это действительно востребовано. Но X5 Retail Group было легче списать $50 миллионов в убыток, чем, сохранив проект, работать с нами, даже когда мы от них вообще ничего не требовали.

Это же не предприниматели — это менеджеры, перед которыми акционеры ставят жесткие задачи по развитию сети. А тут им какие-то ящики впаривают, которые еще нужно как-то обслуживать, надо про них думать, отвечать на письма, звонки. Легче списать, это же не их деньги. Это какая-то апатия менеджеров. Это главная проблема X5, я думаю, поэтому они «Магниту» и проигрывают.

Фото: Егор Слизяк
Фото: Егор Слизяк
 

СКогда вы начинали бизнес, вы заявляли, что через несколько лет обгоните Ozon.ru. Спустя шесть лет выручка «Озона» — 9,2 миллиарда рублей, а Wikimart — 4,7 миллиарда рублей. А некоторым компаниям, стартовавшим одновременно с вами, удалось обогнать «Озон». У лидера рынка «Юлмарт» — 21,8 миллиарда рублей. Почему вам не удалось выйти на запланированную динамику?

Мы точно росли быстрее «Озона», но недостаточно быстро, чтобы их обогнать. Нам шесть лет, а «Озону» — 16. К тому же выручка «Озона» — немного лукавые цифры, потому что у них есть бизнес по продаже билетов. Про «Озон» не совсем правильно говорить. Вот «Юлмарт» нам не удалось догнать: хотя они всего лишь на год старше нас, но у них гораздо больше выручка. Они продают бытовую технику и электронику, мы электроникой торговали в меньшей степени. Я думаю, у нас была проблема с доступом к капиталу. В конце 2011 года Tiger решил, что Россия не так перспективна, как Индия. За это время они проинвестировали более $1 миллиарда долларов в индийский интернет-магазин Flipkart, а в нас за это время они проинвестировали всего $15 миллионов. Все-таки есть разница.

СЧем вы принципиально отличаетесь от «Яндекс.Маркета», который также является агрегатором для тысяч разных интернет-магазинов? Причем комиссия «Яндекс.Маркета» для интернет-магазинов за заказ составляет 1%, а у Wikimart — от 2% до 15%.

Один процент — это лукавство. 1% — это стартовая цифра для магазинов, а дальше начинаются повышения, и в реальности у них такой ставки нет. Мы все-таки ретейловая компания, а «Яндекс» — интернет-компания. «Яндекс» никогда не будет владеть товаром и думать о нем. У нас 1/3 товара — это то, что мы закупили заранее. Агрегатором быть выгоднее, если ты часть «Яндекса». Если у тебя нет трубы, из которой хлещет трафик, то других вариантов у тебя нет.

СПочему в России вся интернет-торговля убыточная?

В России вся белая интернет-торговля убыточная. Для того чтобы построить прибыльный интернет-ретейл, нужно пять-семь лет и $100 миллионов. Чудес не бывает. Магазины, которые появляются у ваших дверей и продают товары без чека, — прибыльные. Убыточны крупные ретейлеры с оборотом от $50 миллионов и работающие в белую.

ССчитается, что интернет-торговля выгодна потому, что нет расходов на аренду магазинов, но в то же время у большой компании появляется склад, парк автомобилей для доставки заказов, то есть расходы получаются примерно те же самые.

Не совсем. Если смотреть на экономику «одного заказа», то онлайн-торговля получается выгоднее. Но есть нюансы. Онлайн-торговля прибыльна на уровне одного заказа, но убыточна на уровне большой интернет-компании. Когда ты строишь офлайновый ретейл, ты создаешь прибыльный бизнес за два года, а дальше прирастаешь магазинами, тратишь на аренду, персонал и улучшаешь логистику. В онлайне главное — это технология. Ты вкладываешь в зарплату программистов, в разработку. Из $50 миллионов, которые в нас проинвестировали на конец прошлого года, мы $30 миллионов потратили на зарплату программистов. И вот он убыток.

СМногие магазины демпингуют, чтобы привлечь к себе клиентскую базу и выжить конкурентов, надеясь, что когда-то они останутся одни и будут делать с этими клиентами что хотят.

Это правильное мнение. Но это не всегда работает.

СЕсли смотреть на финансовые показатели, кажется, что это вообще никогда не работает. У «Ютинет» — убыток, у «Озона» — убыток, у вас — убыток. Что будет дальше с этим рынком?

Консолидация будет. То, что происходит с нами, с «Ютинетом». Никто в одиночку тащить убытки не может. Читать дальше >>

Назад Читать дальше

Перейти к третьей странице
Комментировать Всего 3 комментария

Интересное интервью. Максим молодец, держался достойно)

Название неоригинальное

Материал интересный и актуальный. Просто непонятно, почему умный и талантливый бизнесмен скопировал название сайта у американской компании AT&T??? Просто зачем? Ведь каждый раз, когда я начинаю вводить название сайта, мне предлагают перейти на сайт америкаснкого мобильного оператора. Уверена, можно было придумать оригинальное название.

Касаемо параллельного импорта

"Видимо, проблема заключается в том, что компания Motorola не дала согласия на ввоз этого товара в страну, но это проблема компании Motorola, почему мы должны ее решать?" - хороший вопрос.

Отсутствие согласия правообладателя является основанием для обращения в суд с требованием прекратить нарушение прав.

Дискуссия по поводу параллельного импорта идет уже несколько лет. Сейчас суды, руководствуясь нормами законодательства, запрещают параллельный импорт.

Если посмотреть на ситуацию с точки зрения компании, которая производит товар, то, конечно, начинаешь думать о том, что справедливо запретить параллельный импорт.

Я к тому, что вопрос в выборе фокуса.

Перепродавцы "за" параллельный импорт, производители "против".