Анна Карпова /

7230просмотров

Лишние люди. От закона об НКО к закону о «нежелательных организациях»

В России могут прекратить свою работу правозащитные организации Amnesty International, Human Rights Watch, «Мемориал» и многие другие некоммерческие организации, которые сегодня можно найти в реестре «иностранных агентов» Минюста. Согласно законопроекту Госдумы, который был принят сегодня в третьем чтении, Генпрокуратура сможет присваивать НКО статус «нежелательной организации». Это означает не только запрет деятельности на территории России, но и угрозу административного и уголовного преследования руководителей и сотрудников. «Сноб» разобрался, как за последние годы изменилось законодательство о работе НКО, и поговорил с правозащитниками Людмилой АлексеевойАлександром Черкасовым и Сергеем Никитиным о том, смогут ли общественные организации выжить с новым законодательством

Иллюстрация: Corbis/East News
Иллюстрация: Corbis/East News
+T -
Поделиться:

1. С чего все началось. Закон об НКО — «иностранных агентах»

«Иностранные агенты»

Некоммерческие организации, занимающиеся политикой и финансируемые зарубежными организациями или частными лицами, должны оформить в Минюсте статус «исполняющих функции иностранного агента» — такие поправки были внесены в закон «О некоммерческих организациях» летом 2012 года. Закон в первую очередь повлиял на НКО, занимающиеся гражданскими, политическими и социальными правами граждан, а также вопросами экологии.

Российские НКО отказались вешать на себя ярлык «иностранных агентов» добровольно, поэтому в 2013 начались массовые проверки организаций и статус присваивался через суды. В безвыходном положении оказались «Движение “За права человека”», ассоциация «Голос», «Общественный вердикт», «Мемориал» и многие другие. Организации с новым статусом обязаны проводить особо строгую отчетность, их подвергают регулярным проверкам, также они должны подписываться как «иностранные агенты» во всех распространяемых материалах в СМИ, интернете или самиздате.

«Политическая деятельность»

Судя по практике применения закона «Об иностранных агентах», политической деятельностью (а в первой версии закона не было дано пояснения термина) считаются:

  • проведение «круглых столов», семинаров и других мероприятий, посвященных обсуждению внутренней и внешней политики;
  • мониторинг административных и уголовных преследований по политическим мотивам и юридическая помощь по этим делам;
  • подготовка для межправительственных организаций и СМИ информационно-аналитических материалов о правах человека в России;
  • привлечение внимания россиян к проблемам прав человека, коррупции и политике государства в этих областях и многое другое.

Международные правозащитные организации убеждены, что поправки в закон «Об иностранных агентах» нарушают государственные и международные обязательства России гарантировать право на свободу объединений, собраний и выражения мнения. Но все последующие поправки к закону лишь усугубили положение дел, а в просьбах правозащитников пересмотреть и смягчить закон было отказано.

2. Борьба правозащитников с законом «Об иностранных агентах»

Обращения в Конституционный суд

Первый иск в КС о несправедливости статуса «иностранного агента» летом 2013 года подал Костромской центр поддержки общественных инициатив. В жалобе организации говорилось о том, что закон нарушает сразу пять статей Конституции, в том числе право на свободу слова и на свободу членства в организациях. Позже жалоба была объединена в общее дело с обращениями от других некоммерческих организаций. «Прокуратура совершенно вольно толкует закон, из-за чего преследованию подверглись НКО, которые вообще не имеют отношения к политике», — сообщил член правления костромской организации Николай Сорокин.

На эту же проблему указал и уполномоченный по правам человека РФ в 2013 году Владимир Лукин: «Проблемы, которые возникают во время исполнения закона об НКО, связаны в том числе с расплывчатостью формулировок». Осенью омбудсмен подал жалобу в КС с просьбой рассмотреть «юридически неопределенные» положения закона и использование спорного термина «иностранные агенты».

Спустя год Конституционный суд отказался признать закон об НКО — «иностранных агентах» нарушающим Конституцию, а статус «агентов» — «негативной оценкой». Однако КС согласился с необходимостью дать четкое определение «политической деятельности»: теперь деятельность НКО не может считаться политической, если она не ставит своей официальной целью воздействие на государственную политику или формирование общественного мнения.

Обращения в ЕСПЧ

Кроме обращения в российские суды тринадцать НКО, среди которых «Мемориал», Московская Хельсинкская группа, «Комитет против пыток» и ассоциация «Голос», обратились с жалобой на антиконституционный закон в Европейский суд по правам человека. Руководитель также признанной «иностранным агентом» правозащитной ассоциации «Агора» Павел Чиков полагает, что к осени этого года в ЕСПЧ будет подано не менее сорока жалоб, но их рассмотрение Европейским судом может длиться годами.

3. Новые поправки в закон о работе НКО. «Нежелательные иностранные организации»

Запрет деятельности и административное и уголовное преследование сотрудников «нежелательных» организаций

Если в деятельности любой иностранной или международной организации  обнаружат «угрозу основам конституционного строя Российской Федерации, обороноспособности страны или безопасности государства», организация станет «нежелательной», а ее деятельность в России будет запрещена.

Всем, кто будет продолжать работать на «нежелательную» организацию, грозит административный штраф: для обычных граждан — до 15 тысяч рублей, для должностных лиц — до 50 тысяч рублей, для юридических лиц — до 100 тысяч рублей. За многократное административное нарушение будет применяться уголовное наказание: штраф до 500 тысяч рублей, обязательные работы на срок до 360 часов или лишение свободы на срок от 2 до 6 лет.

На кого распространяется закон

Реестр «нежелательных организаций» будет составлять Министерство юстиции. А поисками признаков угрозы Российской Федерации будет заниматься Генпрокуратура, значит, трактовка опасной для государства деятельности тоже остается в ее компетенции. Поэтому предсказать, кто может попасть в реестр «нежелательных организаций», достаточно трудно.

Член правления Международного правозащитного и благотворительного общества «Мемориал» Александр Черкасов считает, что формулировки закона «О нежелательных иностранных организациях» позволяют запретить деятельность McDonald’s в России, директор представительства Amnesty International в России Сергей Никитин уверен, что под удар попадают не только иностранные и международные организации, но и те, кто сотрудничает с ними в России, а глава «Московской Хельсинской группы», член СПЧ при президенте РФ Людмила Алексеева, напротив, полагает, что закон направлен не против российских правозащитников, а против международных организаций, которые работают в нашей стране.

Александр Черкасов:

Закон «О нежелательных организациях» — логичное продолжение закона «Об иностранных агентах», с помощью которого была предпринята попытка содержательного контроля деятельности некоммерческих организаций. Не вышло: НКО в подавляющем большинстве закон об «агентах» бойкотировали. Новый закон куда менее избирателен. Возможность в административном порядке признавать любую организацию «нежелательной» и проводить репрессии против тех, кто с организациями сотрудничает, сыграет роль асфальтового катка.

Закон написан настолько расплывчато, что в группе риска оказываются и НКО, признанные «иностранными агентами», и зарубежные фонды, и редакции СМИ. Закон широк, универсален и позволяет объявить «нежелательной организацией» ресторан McDonald’s, предъявив штрафы всем, кто с ним сотрудничает, всем, кто ест гамбургеры. Но более вероятно, что первым делом под каток попадут такие международные организации, как Amnesty International и Human Rights Watch. Что из этого получится, непонятно. Но предчувствия не самые радостные.

Сергей Никитин:

Amnesty International обеспокоена тем, что российские власти предприняли еще одну атаку на гражданское общество. Тем более, что нарушения, за которые по закону предлагается внести общественные организации в список «нежелательных», уже предусмотрены в других многочисленных законах России.

Формулировки закона очень размыты и туманны — в последнее время это распространенное явление для российского законодательства. Туманность формулировок позволяет толковать реальность самым фантастическим образом.

Но после второго чтения закона стало очевидно, что жертвами станут не представители бизнеса, а некоммерческие и общественные организации. Кроме того, если представительство названной «нежелательной» организации имеется на территории России, то любое сотрудничество, которое в законе никак не регламентировано, будет также считаться преступным. Предположим, российское представительство Amnesty International закроется, но под удар попадут и активисты, правозащитники и организации, которые будут взаимодействовать с главным офисом в Лондоне.

Людмила Алексеева:

Закон позволяет направить острие ножа на тех, на кого не распространялся закон «Об иностранных агентах». «Международная амнистия», «Репортеры без границ», Human Rights Watch могут попасть под новый закон и прекратить свою деятельность в России. И это будет очень грустно.

К сожалению, возможностей общественности не хватит, чтобы сохранить и защитить эти организации. В советский период — в 1974 году — уже были попытки создать у нас филиалы международных гражданских организаций, в том числе «Международной амнистии». Тогда за это сажали в тюрьму. Сейчас за это не арестовывают, но сил на защиту коллег из-за рубежа у нас не хватит: их у нас не хватает и на то, чтобы отбиться от возмутительного закона об «агентах».

Когда-то в Советском Союзе в борьбе с общественными организациями пересажали основателей МХГ на длительные сроки. Но вот мы снова здесь. Так же будет и с международными организациями: они будут действовать. Вопрос только в том, насколько затянется перерыв, который сейчас так старательно организуют власти.

Читайте также

 

Новости наших партнеров