Ксения Собчак /

СкрепLess

Ксения Собчак поговорила с Сергеем Минаевым — писателем, журналистом, виноторговцем, владельцем пяти ресторанов «Хлеб и вино» — о том, как сложно в нашей непонятной ситуации оставаться несгибаемым государственником-сурковцем

+T -
Поделиться:

>> В начало

Фото: Дмитрий Смирнов
Фото: Дмитрий Смирнов

СПодожди секундочку. Давай так: Сергей Минаев выходит на улицу в ресторан «Хлеб и вино». Идет навстречу Валуев. Сергей Минаев, который ходит два-три раза в неделю в спортзал, говорит: «Валуев, ты пидорас». Валуев вначале проходит мимо, надо отдать ему должное. Но Минаев не отстает. В какой-то момент Валуев обернулся и дал Минаеву *****.

Нет, Ксения, это полная ерунда. Изначально совершенно другой расклад. Вот моя летняя площадка, вот соседний ресторан, владелец которого Валуев. И вот он четыре стула здесь ставит и говорит: «Слышь, ***, здесь будут мои гости». И вот в этот момент либо я бью его стулом...

СПотом он разнесет весь ресторан, где сидят телки, которые вообще не виноваты. Почему телки в твоем ресторане должны быть заложниками твоей драки с Валуевым?

Ты вообще не то говоришь! Если Валуев идет по улице, и я кричу ему, что он пидорас, то пидорас здесь я. Никому нельзя ничего просто так крикнуть. Вот когда залезают в твою зону интересов, ты должен отвечать.

СЯ вот не готова драться с тобой, потому что ты физически меня гораздо сильнее. Это бессмысленно. Я, в отличие от Владимира Владимировича Путина, который решил драться с Америкой, — сверхдержавой с ВВП, превышающим наш в 12 раз — не готова драться с человеком, в физическом плане меня сильнее.

В этом твоя проблема, понимаешь? Вот Спарта была готова драться. А ты не готова.

СНельзя драться с противником, чьи силы превосходят твои в разы.

Да прямо! Ксюх, все можно! Можно унизиться, а можно умереть, вот и все. Я тебе серьезно говорю.

СМожно и не унижаться, и не умирать. Не все же может решить драка.

Ксюх, да все может решить!

СЭто ваша брутальная херня, вот эта, мужская. Мир должен быть женским! Я считаю, что этот мир в том числе путинский, потому что он мужской. Все хорошее происходит благодаря женщинам.

Мать, ты ******? Все, и хорошее и плохое — все происходит из-за женщин. Ты пойми: никому ничего было бы не нужно, ни «Хлеб и вино», ни Крым, если бы не было женщин.

СНу, тогда давай вернемся к бизнесу. У нас же бизнес — главная тема.

Фото: Дмитрий Смирнов
Фото: Дмитрий Смирнов
 

Главная тема

СКогда в прошлом году 16 декабря евро вырос до 100 рублей, у вас была паника? Вы понимали, что бизнес рушится?

Когда все взорвалось, мы не поднимали цены, потому что рынок запаниковал, и попытками компенсировать курсовые разницы подъемом цен ты просто собьешь себе спрос. Мы держались так, наверное, неделю, с 12 декабря, когда все началось. А когда17–20 декабря был второй скачок, мы остановили продажи. До Нового года мы ничего не отгружали, потому что то, что ты продаешь, моментально отражается гигантской курсовой разницей. В январе мы начали думать, как выходить из этой ситуации. Мы изменили структуру портфеля, стали привозить много дешевых вин. Полка в супермаркете сразу рухнула, моментально. Рестораны просели, люди стали пить больше дома.

СНасколько выросли цены на вина за год, с июля по июль?

Статистика скажет о 25-процентном росте, а я думаю, что в реальности цена на вино выросла на 30%. Это очень много!

СВсе, кто путешествует в Европу, знают, что бутылка вина, которое стоит 10 евро в Европе, здесь будет стоить в 5–10 раз больше. Кто забирает эту разницу, как это происходит?

Структура такая. 10 долларов — цена покупки у производителя (Италия или Франция). Доставка, страховка, уплата таможенных сборов, пошлин — 17-18 долларов. Дальше идет маржа дистрибьютора — как правило, 100–120%. 36 долларов — это цена просекко. После ты продаешь это вино в ресторан, где его маржа вырастает в 2,5—4 раза.

СЯ хочу спросить тебя про коррупцию в ресторанах. Я недавно говорила с хозяином «Белой дачи» Семеновым, он как раз купил шато во Франции, рассказывал мне про то, как он пытается со своим вином пробиться на российский рынок, и насколько это коррумпированная история. Ты с этим сталкиваешься?

Я хочу сказать, что ни одно вино, которое продается в любом московском ресторане, не продается без бюджетов. Ты владелец ресторана, я прихожу и говорю: «Вот мой винный ассортимент». Они говорят: «Вы хотите у нас получить 20% винной карты? Это будет стоить столько-то денег». Чтобы получить место в винной карте, надо заплатить. Такого нет ни в одной европейской стране.

СТы считаешь, что это правильно?

Я не считаю, что это правильно. Если бы у нас были антитрестовские законы, они в первую очередь наказали бы LVMH (собственника брендов шампанского Moet Chandon, Ruinart, и других) который, имея за спиной бэк-офис во Франции, просто устлал деньгами весь рынок и закрыл вопрос с шампанским. Безусловно, коррупция сегодня есть, но в «Хлеб и вино» мы поставляем себе вино сами. Нам ничего не нужно, мы на сто процентов сами себя обеспечиваем.

Фото: Дмитрий Смирнов
Фото: Дмитрий Смирнов

СА почему такая система здесь сложилась? Это же все абсолютно коррупционные схемы, по сути дела.

Нет, коррупционная — это когда ты сомелье напрямую платишь, в обход владельцев ресторана. А в России сложились такие условия игры. Потому что ретейлеры — сильнейшие лоббисты. Во Франции есть законодательство, запрещающее это делать. А здесь нет законов, которые запрещают производителям оплачивать присутствие их товаров в винных картах ресторанов или супермаркетах. Было принято какое-то ограничение, что ретро-бонусы должны быть не больше 12-15%. И они сказали: да, так и будет. Ретро-бонус будет 12, но еще двадцаточку на маркетинг прикинь. И ты платишь 30%.

СВинный бизнес ты начинал в компании, которую в середине 90-х годов создал с французскими партнерами?

Не совсем, я ничего не создавал. В 1995 году я пришел работать менеджером в филиал французской компании William Pitters. У них была торговая марка Malesan — это была вторая марка ординарных бордосских вин в мире. Я там проработал до 1998 года, перешел в «МБГ» и через какое-то время стал там партнером.

СЭто же очень необычная история для России — ты пришел туда наемным менеджером и стал партнером. Как так получилось?

Такая история одна на тысячу, на миллион. Это случается очень редко. Почему это произошло? Я могу рассказать тебе, что я очень талантливый, и поэтому мне долю дали, но это все не имеет значения. Мне просто повезло с партнерами —Ирой Фоминой, Валерой Казикаевым и Александром Дорским. Они сказали: вот смотрите, молодой пацан, профессионал. Чтобы он не ***** деньги, давайте его заинтересуем и дадим долю в бизнесе. Я думаю, что в винном бизнесе это единственный случай, да и в больших компаниях такое тоже бывает очень редко. Люди, которые зарабатывают десятки миллионов, очень не любят делиться с менеджерами. Я никогда этого не понимал. Мне казалось, когда топ-менеджеров заинтересовываешь, они эффективнее работают.

СКакой смысл им было делать тебя партнером, если в России это действительно не принято? Вы просто подружились?

Это люди, у которых всегда был глобальный, европейский взгляд на вещи. Они понимали, что если человеку сделать предложение по опционам, он будет совершенно по-другому рвать когти. И для меня это работало, потому что я тоже всегда так думал. Я действительно был одним из очень успешных топ-менеджеров в винном бизнесе. Но я с таким же успехом мог там проработать еще 15 лет, получая очень приличную зарплату.

СКакова концепция «Хлеб и вино»? Сколько ресторанов вы собираетесь открыть? Какая цель? Будете продавать потом?

У нас сейчас пять заведений. Мы хотим 10 точек в Москве, две точки в Питере. У нас сейчас порядка 17–20 запросов на франшизу в разных городах России, но мы пока к ней не готовы, займемся этим с сентября. В идеале, конечно, она капитализируется. По бизнес-плану в этом году мы должны открыть пять точек, наверное, мы все и откроем.

СМы — это кто?

Я и мой партнер Сергей Комаров, который занимается оперативным управлением.

СТы главный собственник?

Есть Валера Казикаев, он основной инвестор. Я и Сергей Комаров являемся операционными партнерами, у нас доли меньше, но приятные.

СТо есть ты не вкладывал свои деньги?

Я вложил свои деньги, но не пропорционально тому, что вложил старший партнер.

ССережа, я хочу тебя поздравить с тем, что ты мне не проврался в вопросе, в котором, по моей логике, ты должен был провраться.

А что я тебе должен был сказать? А, ты думала, что я скажу, что я открыл это все на свои деньги, да? Нет, нет. Я тебе сказал сразу: есть партнеры, инвесторы. У меня здесь доля значительная, но не мажоритарная.

ССмотри, я очень внимательно изучила вашу структуру собственности. Есть несколько юрлиц: «МБГ», «МБ Группа "Импэкс"», «Миллениум». По официальным данным, до 2011 года тебе принадлежало около 30% компании «Миллениум», а после 2011 года владельцы ушли в кипрские и виргинские офшоры. В связи с этим у меня вопрос: ты же поддерживаешь государственную политику, почему структура собственности компаний настолько запутанная? И почему с 2011 года все партнеры ушли в офшор?

Ни *** себе, ****, ****** можно! Я сейчас по очереди все начну тебе рассказывать. Есть две компании — «МБГ» и «Миллениум». В «МБГ» был пакет брендов. Наступил кризис 2008 года, и наши конкуренты стали сыпаться. Мы заключили контракты с разными другими брендами, которые мы не могли поместить в портфель «МБГ» в силу внутренних противоречий. Например, из Италии у нас был Antinori, мы не могли взять другого итальянского поставщика. И мы открыли компанию «Миллениум», куда все пришли. То есть это было абсолютно операционное решение. Это две независимых структуры, которые продают два разных портфеля. Никакой запутанной структуры собственности здесь нет.

СА кипрские офшоры для чего?

А можно предъявить эти кипрские офшоры?

ССейчас. <Показывает документы> Вот смотри: твои партнеры по «МБГ», если я правильно понимаю. Тут ты не наврал, это тебе прямо зачет. Это Ирина Фомина — единственный человек, которого ты не упомянул. Ифтихар Пиров...

Но он не является партнером.

Фото: Дмитрий Смирнов
Фото: Дмитрий Смирнов

СОн был гендиректором и совладельцем «Миллениума», а сейчас владелец компаний, связанных с вашей группой.

Но не партнер же.

СПри этом, если выстроить такой мостик, Ифтихар Пиров возглавлял совет директоров топливо-заправочного комплекса аэропорта Шереметьево, а гендиректором этого комплекса был в то время Валерий Казикаев. До этого Пиров работал в юротделе госкомпании «Совкомфлот», а потом стал соучредителем юридической фирмы «Соколов, Маслов и партнеры», в которой проходил стажировку сын экс-главы «Совкомфлота» и экс-министра транспорта РФ Сергея Франка — Глеб Франк. Глеб Франк — это, как известно, муж дочки Геннадия Тимченко, то есть его зять, который из-за санкции теперь владеет рядом активов Тимченко.

Она пришла с документами! Мне совсем ничего не известно. Я не знаю его биографию. Более того, гендиректором «МБГ» теперь является совершенно другой человек — Козин Владимир Павлович. А Пиров был гендиректором в одной из сервисных компаний. Я не знаю даже, кто эти люди!

СТы не знаешь, кто такой Сергей Франк?!

Я вот честно тебе говорю! А-а, ты к Тимченко все это вела? Может быть, ты мне сейчас документы какие-то интересные покажешь? А с кем мы вступали в преступные сделки?

Фото: Дмитрий Смирнов
Фото: Дмитрий Смирнов

СНу давай вернемся к Казикаеву. С 2013 года — советник генерального директора «Роснефти» Игоря Сечина, независимый директор холдинга «Металлинвест» Алишера Усманова. В 2013 году — член совета директоров ОАО «Аэропорт Внуково», первый заместитель генерального директора по стратегическому развитию международного аэропорта Шереметьево. С начала 2000-х до 2012-го года — генеральный директор ЗАО «ТЗК Шереметьево». Дальше — скандал, связанный с Шереметьево и закупками топлива через фирмы-однодневки — ты наверняка читал расследование в «Новой газете». После этого скандала Казикаеву пришлось уйти из компании «ТЗК "Шереметьево"».

Смотри, Казикаев является мужем Ирины Анатольевны Фоминой, которая меня пригласила в этот бизнес. Я знаю его исключительно с семейной стороны. Я не знаю, чем он занимался. Я не знаю структуру его собственности, она меня никогда не волновала. Он никогда не отдавал мне приказы, он никогда не был моим начальником.

СТебя не интересовало, откуда у него деньги на этот бизнес?

Нет. >> Читать дальше

Назад Читать дальше

Перейти к третьей странице
Комментировать Всего 5 комментариев

Вот у политиков заведено, кто сильнее нас напугает тот и круче. Ксения намекает, что растет лес государственных прижимающих скреп, скоро все внутри будет сковано. А продвинутый менеджер и собственник ей отвечает, я дружу со всеми пытаюсь анализировать тренды и по ним принимать решения и у меня все получается. Вот бы все политики стали менеджерами.

надо почитать про «Палантир»

Замечательное интервью! Браво! Похоже на то, как бы романтического героя книжек минаева чуть подробнее порасспрашивали про небольшие тонокости его жизни, восприятия мира, обыкновений ведения дел, чуть копнули его эрудированность, чуть рассердили, чтобы увидеть спонтанные реации. И... он перестал бы выглядить модным и романтическим, умным скептиком. Забавно и некрасиво крутился бы как уж на сковородке... И дело здесь не только в том, как это смешно и поучительно. Это важнейший этический вопрос нашего времени. Что есть хорошо, а что есть стыдно и некрасиво?

Для современников блестящих гестаповцев в красивой форме - не было бесспорно, что они кровавые негодяи, румяные опричники, полагаю, пользвались авторитетом и успехом у девушек своего времени. Любому поколению трудно отличить зло от добра. Чем больше люди в этом запутываются, тем тяжелее и кровавее выход. Ксения Анатольевна помогает нам увидеть и лучше понять сегодняшние формы искушений. 

Увидеть и понять чтобы не поддаваться на их притянутую эстетику порока, и, самое главное: в себе с этим бороться, если мы - люди, а не биоматериал... 

Спасибо автору интервью. 

про Валуева

А еще интересно сможет ли Валуев понять  и удержать в голове всю символизацию той части интервью, где упоминалась его фамилия. Или просто поймет так, что минаев собирается бить его стулом...

Отдельно фоткам выражаю восторг. Судя по тексту, в самом конце интервью можно было сделать еще более выразительные. Может выкладывать не стали. Но...достаточно и этого.

Очень мне понравилось)