Юлия Дудкина, Александр Бакланов

Военные эксперты оценили вероятность войны России и НАТО

НАТО затеяли самые крупные со времен холодной войны учения ВДВ в Европе, чтобы успокоить страны Восточной Европы на случай российской агрессии, рассказал «Снобу» замдиректора Института политического и военного анализа Александр Храмчихин. Однако ничего нового натовские военные предложить не могут, поскольку используют схемы 1980-х годов, считает заместитель главредактора «Ежедневного журнала» Александр Гольц

+T -
Поделиться:

Александр Храмчихин, замдиректора Института политического и военного анализа:

Учения НАТО — это просто шаг для успокоения стран Восточной Европы. Они сейчас серьезно задумались, что в случае российской агрессии их некому будет защитить, а перед глазами у них — примеры Грузии и Украины. Вот НАТО и изображает некую активность, чтобы успокоить Европу. Российская же реакция на это традиционно неадекватна.

У нас очень сложные отношения с Западом, но я пока не могу себе представить, чтобы российские войска начали воевать с НАТО. И разговоры о том, что они концентрируются возле наших границ, — это истерическая реакция на их действия и результат пропаганды. Сейчас концентрация натовских войск в Европе настолько микроскопична, что не о чем даже говорить.

НАТО реагирует на действия России на Украине тоже истерично: они думали, что Россия — противник, который навсегда исчез, а теперь, когда он вдруг опять появился, им нужно хоть как-то шевелиться. Они ведь были к этому не готовы, даже просто чтобы обороняться.

Александр Гольц, военный эксперт, заместитель главного редактора «Ежедневного журнала»:

На сегодняшних маневрах натовцы пока что на микроскопическом уровне воспроизводят схемы восьмидесятых годов. Тогда, напомню, отрабатывался один сценарий: массовая переброска американских войск с территории Соединенных Штатов в случае вторжения советских сил.

И сейчас, после замечательных успехов российских военных в Крыму и на Украине, силы Запада вернулись, и вернулись не просто так, а с концепцией передового базирования. Она сводится к тому, чтобы иметь базы оперативного развертывания вблизи российских границ и в случае кризиса быстро перебросить туда вооруженные силы. Все учения неизменно бьют в одну точку — стремительное развертывание с возможностью экстренной переброски войск.

Замечу, что, в отличие от России, натовцы пока что стараются как можно меньше говорить о направленности учений, об их широком масштабе, что, надо сказать, вполне соответствует действительности: 5 тысяч участников учений — это ничто. В то время как и Россия периодически объявляет о маневрах и учениях численностью до 80 тысяч военнослужащих.

Напряжение в отношениях России и Запада усиливаться не будет. Последует несколько резких заявлений от МИДа, которые сделает молодая женщина, изъясняющаяся на блатном языке, парочка генералов пригрозит разместить ракеты «Искандер» в Калининграде, но все дело в том, что Россия уже давным-давно исчерпала тот набор страшилок, которые она может предложить Западу.

Открытое военное столкновение России и НАТО сегодня совершенно невозможно. Главное достижение последних 25 лет — что количество вооруженных сил как со стороны НАТО, так и со стороны Российской Федерации уменьшилось до величин, при которых широкомасштабная наступательная операция просто-напросто невозможна. Ни у той, ни у другой стороны банально нет ресурсов, чтобы воевать сколько-нибудь долго и сколько-нибудь широко.

Вполне очевидно при этом, что у НАТО существует большое количественное, а по ряду направлений — и качественное превосходство над военными силами Российской Федерации. В НАТО входят 26 стран, их армия — это, в частности, вполне себе боеспособные вооруженные силы Соединенных Штатов, Великобритании, Германии, Франции, то есть фактически это боевой кулак всего западного мира, так что степень интеграции там, безусловно, крайне высока, и над ней неустанно продолжают работать все последние годы.

В то же время натовцы за многие годы мира отвыкли от того, чтобы планировать широкомасштабные военные операции на европейском континенте. Сегодня об этом даже как-то смешно вспоминать, но еще семь-восемь лет назад в Европе всерьез обсуждали полный отказ от концепции территориальной обороны. «От чего нам защищаться, если никакой угрозы в Европе нет?» — говорили они.