Юлия Дудкина /

День, который ничего не изменил. Как прошли региональные выборы

13 сентября в России прошел Единый день голосования: в 21 регионе выбирали губернаторов, в 11 — депутатов региональных парламентов. Всего в 83 регионах страны провели 10 тысяч выборов различного уровня, в которых участвовало больше 60 миллионов избирателей. «Сноб» рассказывает, как прошли и чем закончились эти выборы

Фото: Dmitry Serebryakov/AFP/East News
Фото: Dmitry Serebryakov/AFP/East News
+T -
Поделиться:

Победы и поражения единороссов

На выборах губернаторов наибольшее число голосов избирателей по всей России — 96% — набрал врио губернатора Кемеровской области Аман Тулеев из «Единой России», который возглавляет регион с 1997 года. В Ленинградской области на пост губернатора переизбрался единоросс Александр Дрозденко — он набрал 82,1% голосов избирателей. При этом его самый успешный соперник  — Николай Кузьмин от КПРФ — набрал 6,98% голосов. В большинстве регионов на пост губернатора переизбрались уже действующие главы — все представители «Единой России». Больше 80% голосов они набрали в шести регионах: в Кемеровской и Ленинградской областях, Татарстане, Пензенской и Брянской областях и в Краснодарском крае.

Единственным местом, где «Единая Россия» в выборах губернатора не победила с первой попытки, стала Иркутская область: ее действующий глава Сергей Ерощенко набрал 49,60% голосов, а его ближайший конкурент Сергей Левченко (КПРФ) — 36,61%. При этом, хоть в целом по области Левченко и оказался вторым, в самом Иркутске он занял первое место. Теперь в Иркутской области будет проходить второй тур губернаторских выборов: как заявили в региональном избиркоме, его проведут 27 сентября. Сам Сергей Левченко — единственный представитель системной оппозиции, которому удалось добраться до второго тура выборов, — пока не строит прогнозов на второй тур. «Проценты первого тура для второго никакой роли не играют, — объясняет он. — Я это знаю по своему опыту. В 2001 году, когда я тоже баллотировался в губернаторы, у меня в первом туре было 27%, у действующего губернатора — 45%. Во втором туре я, по предварительным результатам, набирал на 4% больше. Правда, в три часа ночи выключили свет, а когда в семь включили, выяснилось, что он все-таки побеждает с очень маленьким перевесом».

Еще одним местом, где «Единой России» не удалось победить, правда, уже на другом уровне выборов, стал Верхний Уфалей в Челябинской области. Судя по предварительным итогам голосования в местное собрание депутатов, действующий спикер горсобрания Александр Собакин, его заместитель Елена Большакова, секретарь местного политсовета «Единой России» Алексей Нечаев и еще восемь представителей партии власти провалились на выборах.

Что произошло в Костроме

Из всех российских регионов Демократическую коалицию, которая сформировалась вокруг Алексея Навального, допустили до выборов только в Костромской области. Коалиция выдвинула на выборы кандидатов от входящей в нее партии ПАРНАС. Премьер-министр Дмитрий Медведев заметил, что «центр политической жизни на некоторое время переместился в Кострому».

Пока шло голосование, на штаб проекта «Открытые выборы», который наблюдал за голосованием, напали неизвестные. Сначала в штаб ворвался человек с оружием, а потом, когда его выставили, несколько человек окружили офис. Когда сотрудники штаба вызвали полицию, та не стала прогонять неизвестных. Вместо этого полицейские взломали дверь, заявив, что им пришло сообщение, будто бы в штабе произошло убийство. Больше десяти сотрудников штаба задержали и отпустили только утром. При этом у координатора организации Марии Бароновой изъяли деньги, которые, по словам представителей коалиции, она должна была внести в качестве залога за Алексея Пивоварова — руководителя петербургского отделения ПАРНАС, которого до этого арестовали в Костроме по подозрению в том, что он пытался незаконно получить доступ к базе данных полиции.

Сразу после того, как голосование завершилось, представители Демократической коалиции, ссылаясь на данные экзит-поллов, сообщили, что их партия ПАРНАС набрала 6 процентов, то есть должна пройти в парламент. Вечером, выступая в штабе ПАРНАСа, Алексей Навальный сказал, что выборы показали: оппозиция может участвовать в предвыборной кампании и добиваться результата, несмотря на помехи властей. Но уже ночью Леонид Волков, руководитель избирательного штаба в Костроме, написал в своем твиттере, что ПАРНАС не проходит в парламент.

В итоге, по предварительным результатам, партия набрала всего около 2% голосов. Илья Яшин, который возглавлял коалиционный список, написал в своем фейсбуке, что против ПАРНАСа в Костроме «вели настоящую войну»: «Ежедневно нас поливали помоями на местном и федеральном ТВ. Избирателей путали спойлерами: на первом месте в списке стояла “партия” “Против всех”, выше нас располагалась “партия-двойник” “ПарЗас”. Каждую неделю город заваливали чернухой — огромные тиражи газет без выходных данных с прямой клеветой (например, что мой отец олигарх и т. п.). Были и креативные провокации с использованием фальшивых дипломатов на машине с приклеенными дипномерами. Доходило и до совсем уж позорной грязи, как, например, “газета” под названием “Гей-правда”».

Он рассказал, что его встречи с избирателями постоянно пытались сорвать, и что, по его мнению, у Администрации президента была четкая задача: не дать ПАРНАСу преодолеть пятипроцентный барьер и пройти в парламент.

Григорий Мельконьянц, сопредседатель общественного движения «Голос»:

Сейчас, когда день голосования позади, власти говорят, что нет видеозаписей, на которых видны откровенные вбросы и нарушения, и это очень выгодная позиция. На самом деле количество нарушений сопоставимо со всеми прошлыми голосованиями. И использовали в этот раз полный набор технологий: и круизные голосования, и разные виды подкупа избирателей, и нарушения при надомном голосовании. Но по сути в день самих выборов не было уже никакого смысла во вбросах и фальсификациях. Все самые грубые нарушения произошли раньше — во время выдвижения кандидатов. Так что все махинации с бюллетенями — это уже скорее региональная самодеятельность, которая происходила вопреки сигналам из Кремля. В целом же день голосования утратил какой-либо смысл и был скорее ритуальным, настолько было зачищено поле. Да и явка была катастрофически низкой, и ее повышали с помощью разных технологий.

В Костроме, конечно, удалось зафиксировать больше нарушений, чем в других регионах — дело в том, что в других местах не было особенной конкуренции, поэтому не было и особенного интереса к выборам со стороны наблюдателей. А здесь, где Демократическую коалицию допустили до выборов, возникла интрига, поэтому и общественный контроль стал выше. Но все-таки коалиция проиграла еще задолго до дня выборов: они столкнулись с таким мощным противодействием во время выдвижения кандидатов и предвыборной кампании, с каким вообще не каждая политическая сила готова была бы справиться. Голоса, которые им принадлежат, откусывали на всех этапах кампании, так что не стоит придавать серьезное значение тем процентам, которые они в итоге получили. Мы вообще не можем с достоверностью определить настоящие итоги выборов в этом регионе.

У нас так сложилось, что один из участников выборов — это исполнительная власть. Она выбрала одну политическую партию, чтобы продвигать собственные интересы, и использует свой административный ресурс, чтобы это делать. Когда один из участников выборов — и судья, и организатор, и человек с дубинкой, результаты всегда предсказуемы. Оппонентам не остается никаких шансов. И задача общества сейчас — сделать выборы независимыми от этого участника. При этом дело тут не в том, побеждает «Единая Россия» или нет. Просто надо, чтобы она делала это законно.

Аркадий Любарев, политолог:

После предвыборной кампании видно, что электорат у нас в стране достаточно устойчивый, и на грядущих выборах в Госдуму вряд ли нас ждут какие-то сюрпризы. Может быть, будет более высокая явка, и это немного повлияет на результаты, но в целом видно, что четыре парламентские партии отрываются от остальных. Это давняя и устойчивая тенденция, и сейчас пока трудно прогнозировать, что она поменяется. По крайней мере, если не произойдет никаких катаклизмов в социально-экономическом плане.

Выборы в Костроме явно показали, что власть боится Демократической коалиции. Может быть, не столько ее результатов на выборах, сколько ее кампании, в которой много критики против действующей власти. И это при том, что у коалиции достаточно слабая поддержка. Тем не менее против нее задействуют очень много сил. Может быть, опасения властей преувеличены, но они заметны. Кстати, у Демократической коалиции, как мне кажется, мог бы быть более удачный результат, если бы они сконцентрировались не на региональных, а на муниципальных выборах. Я так понимаю, что в самой Костроме они набрали больше голосов, чем в остальной области. Но понятно, что они считали важным участвовать в выборах именно на этом уровне, если бы они победили, это укрепило бы их шансы пройти на выборы в Госдуму без сбора подписей. Я так понимаю, именно это и было их стратегической задачей. В любом случае то, что они приняли участие в предвыборной кампании, пойдет им на пользу: это ведь и опыт, и отработка технологий, и обсуждение в медиа.