Я как будто освободилась от тяжелого груза
Как живут люди, избавившиеся от шрамов
«
»
ПАРТНЕРСКИЙ МАТЕРИАЛ
Тело — это наша история. На коже любого человека есть отметки, которые могут быть связаны с самыми разными жизненными этапами и событиями: «пуговки» от прививок, постакне, рубцы, татуировки, проколы от старого пирсинга, растяжки, послеоперационные швы. Иногда эти следы не только неэстетично выглядят, но и вызывают воспоминания, от которых хочется избавиться. «Сноб» совместно с сетью клиник «Ниармедик» рассказывает о людях, которые решились на удаление шрамов, чтобы забыть о своих травмах — как телесных, так и душевных
Тело — это наша история. На коже любого человека есть отметки, которые могут быть связаны с самыми разными жизненными этапами и событиями: «пуговки» от прививок, постакне, рубцы, татуировки, проколы от старого пирсинга, растяжки, послеоперационные швы. Иногда эти следы не только неэстетично выглядят, но и вызывают воспоминания, от которых хочется избавиться. «Сноб» совместно с сетью клиник «Ниармедик» рассказывает о людях, которые решились на удаление шрамов, чтобы забыть о своих травмах — как телесных, так и душевных
Десять лет назад я была беременна первым ребенком, а моя мама умирала от рака. Из-за постоянных переживаний у меня несколько раз возникала угроза выкидыша, но, к счастью, у врачей получалось вовремя мне помочь. Дочка родилась здоровой, а вот маме не удалось справиться с болезнью.

Из-за сильного стресса у меня появились очень заметные растяжки на ногах, ягодицах и груди. В тот период я принимала огромное количество таблеток. Подозреваю, что обилие препаратов и гормональные всплески на фоне беременности тоже внесли свой вклад в появление растяжек. Я буквально превратилась в тигра. Хотя следующие две беременности прошли гладко, и во время них моя кожа не пострадала.
десять лет борется с растяжками
Марина
В этом году я узнала, что существует метод избавления от рубцов и стрий с помощью инъекционного введения геля «Коллост» в проблемные места, и буквально сразу решила попробовать. Процедура не показалась мне болезненной или страшной, хотя я ужасно боюсь уколов и шприцев. Очень хорошо, что перед инъекционной процедурой кожу мажут местным анестетиком, так что самих уколов почти не чувствуешь. Сейчас я сделала четыре процедуры, осталась последняя.
Потом наступил период самолечения. Я натиралась всеми возможными субстанциями, использовала щеточки, коврики с иголочками, обертывания, скрабы. Можно сказать, что «скраб» — мое второе имя, я человек-скраб. Я истребила целое растение алоэ, потому что готовила из его листьев бальзам, но он мне тоже не помог. Так что цветок погиб зря.

В жизни растяжки очень сильно мешают. Я обожаю плавать в бассейне и в море, загорать на пляже и ходить в сауну. Из-за проблем с кожей я всегда чувствую себя неловко, снимая одежду в подобных местах. Иногда я замечаю, что люди меня разглядывают или смотрят с отвращением. Поэтому на пляже, пока не купаюсь, я всегда ношу длинную рубашку, чтобы никого не смущать своим видом.
до
после
«
»
Врачи говорили, что полностью эффект от инъекций проявится где-то через полгода, поскольку коллаген будет вырабатываться постепенно. Но я заметила улучшения уже через месяц после первой процедуры: растяжки начали светлеть, сравниваться с остальным тоном кожи, а пострадавшие участки стали более гладкими на ощупь.

Благодаря процедуре я уже сейчас стала чувствовать себя увереннее, и дело даже не во внешних переменах. У меня наконец-то изменилось отношение к своему телу и появилось внутреннее ощущение, что я сделала все возможное, чтобы исправить ситуацию. Недавно я отважно купила себе на лето экстремально короткое платье и твердо намерена его носить. Если после окончания курса уколов растяжки станут совсем незаметными, я наконец-то отмечу свой день рождения в аквапарке и даже буду фотографироваться.
Для меня растяжки — это напоминание о самых тяжелых событиях жизни, которые я бы с радостью вычеркнула из своей памяти. Каждый раз глядя в зеркало, я вижу эти отметины и мысленно возвращаюсь в тот период. Конечно, я никогда не смогу полностью забыть, что со мной происходило, но хотелось бы хоть немного сгладить этот след.

За десять лет я много раз пыталась избавиться от растяжек: консультировалась с врачами, ходила к косметологам. Пока отметины были свежими, красновато-фиолетовыми, мне говорили, что можно решить проблему какими-то мазями. Когда растяжки побелели, дерматологи стали говорить, что уже ничего не поделаешь, так что нет смысла переживать. А как не переживать? Мои растяжки буквально видно из космоса.
Во время учебы в школе у меня появилась угревая сыпь. Сначала все выглядело как обычные подростковые высыпания, поэтому я не беспокоился: умывался специальным средством, протирал лицо каким-то лосьоном. Но сыпь не проходила и со временем ухудшилась. Я сильно переживал из-за акне и был уверен, что именно из-за проблемной кожи у меня не складываются отношения со сверстниками и с противоположным полом.

Думаю, в 17 лет все сравнивают себя с окружающими, и я тоже так делал. У меня появились друзья, только ни у кого из них не было подобных проблем с лицом, и это сильно било по самооценке. В то время мне казалось, что я хуже всех, что я человек третьего сорта из-за своих прыщей. Пока мои знакомые с кем-то тусовались и заводили отношения, у меня были сплошные провалы в личной жизни. Во всем я, конечно, винил свою кожу.
в прошлом страдал от акне
Сергей
О «Коллосте» я слышал и раньше, но не решался им воспользоваться. Есть такое стереотипное мнение, что мужчина не должен делать косметологические процедуры. Я в принципе эту точку зрения поддерживал, поэтому стеснялся радикально заниматься своей кожей. Но потом я все-таки решил использовать эту возможность и окончательно побороть проблему, которая доставила мне так много неудобств в юности. Первое время думал: «Это же почти пластическая операция, как я расскажу об этом своей семье? Меня засмеют». Но после нескольких месяцев процедур я перестал переживать из-за того, что подумают другие, и даже выставил в Instagram видео, на котором мне делают уколы.
Сыпь прошла сама по себе, когда мне было лет 27, но после нее на лице остались шрамы, которые называют постакне. Я стал более спокойно относиться к собственной внешности и постепенно пришел к мысли, что людей можно расположить к себе не только внешним видом. Для этого можно использовать другие способы: быть открытым, уметь поддержать разговор. Но некоторая неуверенность в себе все равно осталась, и иногда я продолжал сравнивать себя с другими, замечая, что пользуюсь меньшей популярностью у женщин, чем мои приятели.
до
после
«
»
Сама по себе процедура не очень приятная, инъекции приходится делать прямо в рубцы постакне, но все терпимо: это не больнее, чем набивать татуировку. Сначала, конечно, делают анестезию, лицо немеет, а уже потом вводят лекарство. Сейчас я закончил полный курс, сделав пять процедур, и окружающие стали замечать эффект. Друзья уже несколько раз говорили мне, что лицо стало выглядеть лучше.

Сейчас я наконец-то начинаю чувствовать, что я не хуже других. Конечно, это очень приятное ощущение.
Когда стало понятно, что никакие «умывалки» и мази не работают, я обратился к врачам. Разные доктора называли разные причины акне, кто-то говорил, что надо чистить печень, кто-то — что все из-за проблем с желудком, кто-то советовал просто местно обрабатывать кожу. Даже если что-то из рекомендаций мне помогало, эффект был недолгим.

В какой-то момент я даже обращался к бабушкам-знахаркам. Сейчас это звучит смешно, но тогда я действительно ждал, что они мне помогут. Другой надежды просто не было.
У меня на запястье есть шрам, оставшийся после автомобильной аварии, в которую я попала в запоминающуюся дату — 11.11.2011. Я ехала в такси, на улице шел снег с дождем, из-за чего было плохо видно дорогу. На светофоре наш автомобиль врезался в автобус, мы перевернулись и вылетели в кювет. У меня было очень много травм: разрыв селезенки, сотрясение мозга, был сломан нос, а в районе запястья застрял кусок стекла. В больнице его достали, но рану зашивать не стали: врачи сказали, что она небольшая и пройдет сама по себе.

После аварии я неделю пролежала в реанимации, потом еще месяца два-три оставалась в больнице. У меня были серьезные повреждения, я была вся обвешана катетерами, так что меня долго не отпускали домой. К счастью, со временем я полностью восстановилась физически, но аварию помню до сих пор. Сейчас я считаю, что 11 ноября — это мой второй день рождения.
живет со шрамом после автомобильной аварии
Даша
Процедура проходит быстро, в моем случае она заняла не больше десяти минут. Сначала кожу обезболивают кремом, потом делают несколько инъекций рядом со шрамом и в сам шрам. В том месте, где ввели гель, появляется небольшая припухлость, но она быстро проходит. После процедуры можно продолжать вести активный образ жизни и не надо соблюдать особых ограничений: только первые пару дней лучше воздержаться от принятия солнечных ванн.
Кроме эстетических неудобств, шрам — это напоминание о тех ужасных событиях, которые произошли со мной в 2011 году. Когда я смотрю на него, то начинаю думать об аварии, вспоминать те ощущения. Становится не по себе. Поэтому практически сразу после выписки из больницы я начала думать о том, как можно убрать этот след. Слышала о лазерной шлифовке, но у нее довольно много противопоказаний и велик риск пигментации после, так что я никак не решалась попробовать эту процедуру.

Когда я узнала о «Коллосте», мне стало интересно попробовать избавиться от шрама с его помощью, чтобы наконец-то перестать носить часы и не возвращаться к аварии психологически. Принцип работы препарата показался мне надежным и безопасным, так как гель просто помогает коже самостоятельно вырабатывать здоровые волокна коллагена.
до
после
«
»
Я сделала курс из пяти процедур, эффект заметила после второй или третьей. Сейчас, по ощущениям, шрам стал менее выпуклый, я практически не чувствую его, когда прикасаюсь. Внешний вид тоже изменился: раньше шрам был белый, а сейчас почти сравнялся с оттенком кожи. Он заметен, только если рассматривать очень близко.

Первые перемены вызвали у меня воодушевление. Захотелось продолжить инъекции, чтобы увидеть полный эффект действия препарата. Я очень рада, что попробовала эту процедуру и что моя кожа снова стала гладкой. Сейчас я реже обращаю внимание на шрам, чаще ношу блузки с коротким рукавом и надеваю часы лишь тогда, когда это уместно. Мне кажется, я стала гораздо реже возвращаться к плохим воспоминаниям, и чувствую, что освободилась от какого-то тяжелого груза.
Из-за той аварии я начала бояться ездить не только на такси, но и на любой машине. Из больницы мы с папой ехали в метро. Это было ужасно, я была очень слабая и еле стояла на ногах. С тех пор прошло почти десять лет, но я до сих пор передвигаюсь исключительно на проверенных такси, так как доверяю не всем водителям.

Когда я вышла из больницы, то поняла, что шрам на руке очень заметен, по крайней мере мне. Первое время я очень стеснялась рубца, поэтому стала носить часы и одежду с длинным рукавом, чтобы скрыть эту отметину.
Текст: Ника Репенко
Выпускающие редакторы: Анна Данилина, Татьяна Почуева
Корректор: Наталья Сафонова
Фотографии: Владимир Яроцкий
Креативный продюсер: Юлия Заварзина
Дизайн и верстка: Снежанна Сухоцкая
© All Right Reserved.
Snob
dear.editor@snob.ru