От барабанщика «Кино» до пионера рейвов: как жил главный денди петербургского андеграунда Георгий Гурьянов
Гурьянов и его отражения
Георгий Гурьянов поселился в доме на Литейном, 38, в 2001 году. Бывшая коммуналка на четвёртом этаже стала местом встреч с друзьями, мастерской и салоном. Удивительно, но лишь эту квартиру он приобрёл в собственность — правда, на деньги, одолженные у княгини Екатерины Голицыной, своей близкой подруги и, как он сам говорил, «покровительницы». Уроженка Лондона и представительница знаменитого рода Голицыных, она много лет поддерживала художника, а в своих воспоминаниях называла лучшим другом. Долг он вернул быстро. В 1980–1990-е Гурьянов жил в сквотах — пустующих квартирах, популярных у творческой молодёжи: необычно и дёшево. Сквот на набережной Фонтанки, 145, стал одним из ключевых пространств ленинградского андеграунда.
Несмотря на годы кочевания, Георгий Константинович любил красоту во всём. Скупал антикварные лавки, увлекался реставрацией — и так было ещё до переезда на Литейный. Буфет, который сегодня стоит в гостиной музея-квартиры, переезжал с ним со сквота на сквот. Ему даже было важно, чтобы ручки на дверях были идеально позолочены, что уж говорить про старинную мебель, обитую красным бархатом.
Но не только красотой вокруг он любовался. Гурьянов очень любил себя. Считал себя привлекательным и даже вписывал собственные портреты в картины. В музее обратите внимание на масштабное полотно «Гребцы» (1998). Друг художника, искусствовед Андрей Хлобыстин вспоминал, как однажды Георгий встречал Новый год в одиночестве — в окружении своего профиля, отражавшегося в бесчисленных зеркалах. Зеркал в квартире действительно было предостаточно. Их можно увидеть и сегодня: размер больше (и выше) стандартного, по заказу мастера их ювелирно соединяли из меньших в одно целое. Все — в рамах ручной работы.
Кто-то скажет «нарцисс» — и, возможно, будет прав. В интервью журналу «Собака» в 2010 году Гурьянов без преувеличения заявил: «Моё произведение искусства, вообще-то, я сам. Как я хожу, во что одеваюсь, что говорю — это и есть произведение современного искусства». Художники писали его портреты, поэты посвящали стихи.
Группа «Кино»: любовь к музыке и стилю
В творчество «Кино» Георгий погрузился после песни «Транквилизатор». Он был поражён их свободой. Виктор Цой и Гурьянов случайно встретились у метро «Купчино» — неподалёку, на Будапештской улице, где тогда жил молодой денди. Гурьянов не растерялся и рассказал Цою о своём восхищении и желании стать частью группы. Через пару дней Цой позвонил и дал согласие. Так в «Кино» появился барабанщик, а у солиста — самый близкий друг.
Георгий Константинович бережно хранил всё, что связано с «Кино»: фотографии, тексты песен, подарки, плакаты. В музее-квартире можно увидеть электрогитару Fender Squier, на которой играл Цой. Тут же стоит та самая ударная установка из фильма «Асса» — в финальной сцене группа исполнила «Мы ждём перемен». Играл Георгий всегда стоя. Говорил, что так лучше чувствует музыку и может ещё танцевать. Поскольку последнее заставляло тело потеть, репетировал часто с голым торсом. И постоянно экспериментировал: то губку на мембрану приклеит, то подушку внутрь барабана засунет.
Гурьянов был и стилистом группы. Он очень любил моду, и в экспозиции музея этому уделено отдельное внимание. «Джунья Ватанабе из дома Comme des Garçons — мой любимый дизайнер, — говорил он. — Хотя мне нравится одежда и других дизайнеров, например итальянских». Двери петербургских бутиков были открыты для него 24/7: стоило лишь сделать правильный звонок. Сохранились коллекции галстуков, запонок и дизайнерской обуви. Коробки из-под неё, по словам гостей, образовывали в квартире не просто стопки, а целые колонны. Хороший вкус привила Гурьянову мама, которая шила детям одежду так, будто они одеваются от кутюр.
К слову, мама, Маргарита Викентьевна, очень помогала «киношникам». Относилась к участникам группы как к родным сыновьям: готовила, отстаивала перед соседями, вызволяла из милиции. Музыканты даже посвятили ей плакат Viva Mama Rita — сегодня он висит в музее, в комнате-мастерской.
В 90-х группа уже устала. Георгий Гурьянов вспоминал, что на последнем концерте в «Лужниках» они даже с ненавистью посмотрели друг на друга — чего раньше не было. Через некоторое время не стало Виктора Цоя, и «Кино» закончилось.
После распада группы Георгий Константинович музыку не забросил. Напротив, увлёкся техно и стал пионером рейв-движения в Петербурге. В 2000-х играл свои DJ-сеты, в том числе в Москве. В музее-квартире представлены стол с диджейским пультом Гурьянова, фонотека строго отобранных и художественно оформленных виниловых пластинок, а также рукописный личный хит-парад, составленный по записям зарубежных радиостанций.
Новая академия изящных искусств
Изобразительным искусством Гурьянов занимался с детства — проводил выставки ещё в детском саду и дома. «Я родился художником. Я всегда был художником. И музыкантом тоже, между прочим, я был», — говорил про себя Георгий. При этом часто терялся и не знал, в каком направлении двигаться: модернизм, академическая школа или живопись?
В большой мир искусства его втянул Тимур Новиков — основатель петербургской Новой академии изящных искусств, членом которой стал и Гурьянов. Художник стал лучшим другом Гурьянова — как и Виктор Цой. Георгий считал Тимура авторитетом и человеком, с которым всегда можно поговорить об искусстве. После его потери Гурьянов заявил: диалога больше нет, остался только монолог.
