Топ-5 фильмов XXI века о прибытии инопланетян: к выходу нового Спилберга
Спустя почти полвека после «Близких контактов третьей степени» (1977) и «Инопланетянина» (1982), а также две декады после «Войны миров» (2005), Стивен Спилберг снова смотрит в небо. Его новый сай-фай — конспирологический триллер в духе 1970-х о противостоянии теневым правительственным структурам, которые скрывают от граждан правду. А она, как известно, всегда где-то рядом.
Эмили Блант играет провинциальную ведущую прогноза погоды, которая неожиданно начинает получать внеземные сигналы прямо в мозг. Джош О’Коннор — агент тех самых правительственных сил, решивший рассказать общественности правду, которая, как известно, всегда где-то рядом.
В трёх предыдущих НЛО-картинах Спилберг по-разному работал с образом пришельцев: внушал благоговейный трепет перед гостями из космоса, учил дружить с ними в семейном антураже и пугал их вторжением. Пока зрители разбираются, что режиссёр придумал на этот раз, «Сноб» вспоминает самые яркие фильмы о прибытии инопланетян на Землю за последнюю четверть века.
«Знаки» / Signs (2002)
В начале нулевых М. Найт Шьямалан был настолько крупной фигурой, что на постерах к его третьему фильму «Знаки» красовалось только его имя. Никакого упоминания главной звезды картины Мела Гибсона и уж тем более молодого Хоакина Феникса или совсем юного Рори Калкина. Даже напоминания о том, что Шьямалан снял народно-хитовое «Шестое чувство», не понадобилось — все и так знали.
В дни премьеры «Знаков» в кинотеатры выстроились длиннющие очереди — все хотели узнать, что же такого на этот раз выдумал мастер неожиданных развязок. Чем младший идеологический кузен Спилберга пощекочет нервы в этот раз? Зрителей интриговали показанные в трейлере образцово стивенокинговские кукурузные поля и оставленные на них знаки явно внеземного происхождения. Каково же было их недовольство, когда выяснилось, что на этот раз Шьямалан решил сыграть на ожиданиях жадной до острых ощущений публики и вовсе не приготовил никакого твиста в финале.
«Знаки» оказались довольно прямолинейной притчей о потере веры, добродушной историей о важности семьи перед лицом надвигающейся беды и умении разглядеть знаки судьбы даже в самых простых, рутинных вещах.
Но, согласитесь, после просмотра «Знаков» из подсознания уже невозможно было выкинуть ту самую сцену, в которой герой Хоакина Феникса орёт на детей в телевизоре, чтобы те разошлись: ему не видно, из-за чего они настолько взволнованы. В следующую секунду на одно мгновение в кадре проскальзывает пугающий до мурашек зловещий силуэт инопланетянина. Как-то на одну из встреч с Шьямаланом поклонник его творчества пришёл с плакатом, на котором поверх изображения с этой сценой было написано: «Спасибо за мою детскую травму». Лучше и не скажешь.
«Район №9» / District 9 (2009)
На исходе нулевых Питер Джексон, только что переживший масштаб «Кинг-Конга», дал дебютанту Нилу Бломкампу 30 миллионов долларов и возможность снять фильм по собственному замыслу. Так появился жёсткий сай-фай-триллер «Район № 9» — история о первом контакте с инопланетной расой, который развивается совсем не по спилберговскому сценарию.
У Бломкампа пришельцы оказываются не завоевателями и не посланниками высшего разума, а беженцами, застрявшими на Земле. Их селят в огороженном колючей проволокой лагере на окраине Йоханнесбурга, где земные корпорации пытаются понять, как использовать инопланетные технологии и превратить чужую катастрофу в прибыль. Сочувствия к пришельцам у людей немного: внешне они похожи на гигантских насекомых, и это только усиливает страх, брезгливость и желание держать их подальше. За фантастическим сюжетом легко считывается реальная историческая травма — насильственное выселение жителей кейптаунского Района № 6 во времена южноафриканского апартеида.
Свою антиутопию Бломкамп снял как псевдодокументальное кино: с трясущейся камерой, репортажной нервностью и ощущением, будто происходящее разворачивается не в далёком будущем, а прямо сейчас. Этот приём делает фильм почти физически неприятным — зрителя не столько развлекают, сколько помещают внутрь мира, где насилие, бюрократия и ксенофобия давно стали нормой. В итоге «Район № 9» получил четыре номинации на «Оскар», в том числе в категории «Лучший фильм».
Фильм вырос из короткометражки Бломкампа «Выжить в Йобурге». В обеих картинах главную роль — обывателя, который начинает мутировать в чужого-инсектоида, — сыграл друг детства режиссёра Шарлто Копли. До этого у него не было актёрского опыта.
«Грань будущего» / Edge of Tomorrow (2014)
Поводов вспомнить сай-фай-экшен Дага Лаймана «Грань будущего», который в прокате оценили скромнее, чем он того заслуживал, сразу два.
Во-первых, не все знают, что в основе фильма — японский ранобэ Хироси Сакуразаки «Всё, что тебе нужно, — это убивать» и его манга-адаптация. В этом году вышла новая, на этот раз анимационная, экранизация этого сюжета: создатели оставили оригинальное название. Весной картина добралась до стриминг-платформ, так что теперь можно сравнить голливудскую версию с японской адаптацией.
Во-вторых, главную женскую роль в «Грани будущего» играет Эмили Блант. Перед новым фильмом Спилберга можно вспомнить её первый опыт в сай-фай-блокбастере о нашествии инопланетян.
Блант играет сержанта Риту Вратаски — бойца, в одиночку уничтожившую больше сотни мимиков. Так называют агрессивных пришельцев, которые двадцать лет назад напали на Землю и успели захватить большую часть Европы. За свои подвиги Рита получила от сослуживцев прозвище Цельнометаллическая стерва. Перед важным боем в Нормандии к ней попадает майор Кейдж (Том Круз) — офицер по связям с общественностью, разжалованный до рядового. В первом же бою Кейдж погибает, но затем приходит в себя на военной базе — во вчерашнем дне. Всё, что уже произошло, начинает повторяться заново.
Герой оказывается во временной петле, а «Грань будущего» превращается в сай-фай-версию «Дня сурка» — только с примесью «Чужих», «Матрицы» и «Звёздного десанта».
«Прибытие» / Arrival (2016)
Философский сай-фай Дени Вильнёва о предопределённости, попытке услышать другого и поиске общего языка с инопланетянами, чьи цели поначалу остаются неясными.
Маркетологи продавали «Прибытие» как сай-фай-блокбастер, но фильм оказался совсем другим — медленной, сосредоточенной картиной с масштабными панорамами, на которые особенно хорошо смотреть на большом экране. Вильнёв снимает не аттракцион про вторжение, а интеллектуальную фантастику о языке, времени и человеческом страхе перед неизвестным. По интонации «Прибытие» ближе к «Солярису» Тарковского, только с голливудскими звёздами первой величины и более ясной драматургией. И, возможно, это одна из лучших работ режиссёра, которого сегодня чаще всего вспоминают как постановщика новой «Дюны».
В основе фильма — рассказ американского фантаста Теда Чана «История твоей жизни», опубликованный в 1998 году. Двенадцать гигантских космических кораблей, похожих на плоские раковины, зависают в разных точках Земли. Правительства не понимают, зачем прибыли пришельцы, и всё быстрее склоняются к силовому сценарию. Военным приходится обратиться к учёным — среди них лингвист Луиза Бэнкс (Эми Адамс), которая тяжело переживает смерть маленькой дочери. Вместе с физиком Иэном Доннелли (Джереми Реннер) ей предстоит расшифровать язык инопланетян и попытаться наладить с ними контакт.
В прошлом десятилетии Вильнёв оказался не единственным голливудским режиссёром, для которого Тарковский был важной точкой отсчёта. Вышедшая в 2017 году «Аннигиляция» Алекса Гарленда рассказывает о загадочной зоне, возникшей после появления внеземного организма, и заметно перекликается с эстетикой «Сталкера».
«Никто тебя не спасёт» / No One Will Save You (2023)
В своём дебютном фильме «Спонтанность» режиссёр Брайан Даффилд представил, что будет, если старшеклассники обычной американской школы начнут самопроизвольно взрываться, «как воздушные шарики». Для своей второй работы режиссёр выбрал задачу посложней — найти ответ на вопрос, что будет, если скрестить «Знаки» М. Найта Шьямалана с «Один дома» Криса Коламбуса. Саму по себе непростую задачу Даффилд усложнил себе тем, что решил заварить этот странный микс в формате монофильма с минимумом диалогов. Так, главная героиня фильма за весь его хронометраж произносит лишь ряд междометий.
В центре сюжета — Бринн (Кейтлин Дивер, знакомая широкому зрителю по второму сезону «Одних из нас»), увлечённая хендмейдом затворница, которая живёт в старом семейном доме на окраине города. Бринн словно добровольно застряла в прошлом: у неё нет даже мобильного телефона. Впрочем, он ей не особенно нужен — жители городка по неизвестной причине её избегают. Поэтому, когда ночью в дом проникают инопланетяне с телекинезом и явно недобрыми намерениями, рассчитывать Бринн приходится только на себя.
По ходу действия «Один дома» мутирует в «Похитителей тел», «Войну миров», «Матрицу» и даже «Твин Пикс», но фильм продолжает подкидывать сюрпризы и дальше. «Никто тебя не спасёт» — причудливая постмодернистская фантастика, которая вполне могла пройти мимо зрительских радаров и затеряться в тени «Нет», широко разрекламированного третьего фильма Джордана Пила. Обе картины по-своему переосмысляют наследие голливудского сай-фая — и прежде всего Спилберга.
В этом году Даффилд погружается в океанские пучины: его новый фильм «Кит: Во тьме глубин» рассказывает об аквалангисте, проглоченном гигантским кашалотом. Режиссёр явно не ищет простых сюжетов для реализации.
Автор: Роман Дранников