Таня Коврижка «Смена тигра». Роман-квест
Мне было одиннадцать лет. Мама, как и всегда, выбила путевки на две смены. На первой я была в четвертом отряде — младший корпус, а на второй смене попала в третий отряд — уже старший корпус. Я загордилась. Показалось, будто я выросла всего за несколько дней, проведенных дома между сменами.
На пятый день второй смены проходил конкурс и концерт «Мисс лагеря». По совпадению на первой смене я участвовала в этом конкурсе и победила. Победила всех. Даже старшеотрядниц. Я была в образе Принцессы Флоры. Зеленые тени, причудливая прическа, листья папоротника по платью. В конкурсе талантов я читала стихотворение «Царица леса» собственного сочинения. Ни за что не вспомню, что именно там было, но всем понравилось.
Директриса при подведении итогов сказала, что, раз я последний год в корпусе младших отрядов, значит, символично закончить этот период такой убедительной победой и потом пойти уже в новую жизнь, в старшие отряды.
На второй смене я решила эту новую жизнь так же триумфально открыть. По еще одному совпадению Даша, вожатая моего четвертого отряда на первой смене, работала в моем же третьем отряде на второй. И Даша твердо сказала — нет. Участвовать в «Мисс лагеря» будет другая пионерка. Она сказала, что в этом году все участницы должны спеть — это ультимативное требование.
— А ты петь не умеешь — Так и сказала.
Это было правдой. Но не казалось аргументом. Я должна была победить снова!
Даша даже подослала Вику, мою вторую вожатую с первой смены, которая теперь была на шестом отряде, чтобы та поговорила со мной и убедила не расстраиваться. Я посчитала это сговором, разозлилась и решила устроить свой.
Вторым вожатым моего третьего отряда на этой смене был Миша. Студент-физкультурник, такие приезжают, исключительно чтобы отбыть практику, и никогда не возвращаются.
Я заглянула к Мише в комнату, он жил один, так как в этом корпусе больше не было вожатых-мальчиков. Он лежал на кровати, хотя было время уборки территории.
— Чего тебе, кнопка?
— Можно с тобой поговорить?
Он кивнул как-то рассеянно, но я приняла это за согласие и зашла. Закрыла за собой дверь, потому что очевидно было, что разговор интимный, я же собиралась кляузничать на его коллегу. Но он тут же подскочил, сказал:
— Нет, так плохо.
Открыл дверь и вытолкал меня, сам схватил с тумбочки сигареты и зажигалку. Мы пошли на стадион. Задняя дверь кубрика как раз выходит к тропинке, ведущей туда.
Он вышел на крыльцо, перегнулся через перила и увидел, что все подметают перед кубриком. Повернулся ко мне:
— А где твоя метла, или что вы там делаете?
— За дверью стоит, я подмела уже.
— Тащи ее сюда.
Я взяла веник, пришла обратно, он за это время успел закурить и пройти вперед по тропинке. Метрах в пяти от крыльца стояла лавочка, и он сел, а мне сказал мести дорожку и рассказывать. Я недолго смотрела на борозды на песке. Шорх-шорх. Шо-о-о-орх-шорх. А потом набрала побольше воздуха и все рассказала. Он хмыкнул.
— Ну, я пойду и скажу Даше, что ты будешь участвовать в конкурсе.
— Но «Мисс лагеря» она рулит, ты — «Мистер лагеря»; как же ты ей скажешь?
— Знаешь что, кнопка, — он затянулся, — она михунедула.
Я вообще ничего не поняла, но он сказал это, было оно фразой или одним длинным словом, так уверенно — даже по-королевски, — что стало очевидно — это всем
аргументам аргумент.
Миша пошел к Даше, они скрылись в ее вожатской комнате. Я подкралась и даже успела постоять у двери полминуты, но услышала лишь копошение и возню.
Понятия не имею, что он ей сказал, но я выступала. Так отвратительно не пел никто в этом лагере ни до, ни после меня. Хотя нужно отдать должное Даше, она нашла самую речитативную песню, которую, по сути, нужно было просто говорить под музыку, — «А снег идет» Глюкозы. Вышло все равно ужасно. Я заняла последнее место.
Когда директриса вручала грамоту девочке из первого отряда, она сказала:
— Ты уезжаешь из лагеря и так феноменально заканчиваешь эту смену. Это очень символично.