Девочка, которая зажгла: сериал «Кэрри» Майка Флэнегана
«Кэрри» — первый хоррор Стивена Кинга. Он написал его, когда ему было чуть за двадцать: жил в трейлере и работал школьным учителем. В книгу Кинг не верил и о публикации даже не мечтал — первые напечатанные страницы он выбросил в мусорное ведро. Оттуда их достала его жена Табита. Она прочитала рукопись, велела мужу продолжать и пообещала рассказать, как ведут себя девочки-подростки. Вряд ли Кинг тогда представлял, какая судьба ждёт эту историю. В 1976 году роман экранизировал Брайан Де Пальма, в 1999-м вышел сиквел, в 2002-м — трёхчасовой мини-сериал, в 2013-м — ремейк фильма Де Пальмы, который сняла Кимберли Пирс. А в 2026-м, к 50-летию первой «Кэрри», Майк Флэнеган выпустил сериал, в котором переосмыслил историю целиком. В нём есть и великолепные, и сомнительные решения, но по духу он гораздо ближе к роману, чем прежние версии. Кинг новую «Кэрри» одобрил и вообще считает Флэнегана лучшим из тех, кто экранизирует его книги. С сериала и начнём.
Для тех, кто не читал роман, — коротко о сюжете. Кэрри Уайт — застенчивая старшеклассница, которую растит мать-фанатичка. Одноклассницы её травят. После очередного унижения в школьной душевой одна из них, Сью Снелл, раскаивается и просит своего парня Томми Росса пригласить Кэрри на выпускной. Другая, Кристина Харгенсен, вместе со своим бойфрендом готовит жестокий розыгрыш: в момент, когда Кэрри коронуют королевой бала, на неё выльют ведро свиной крови. Униженная Кэрри, которая обладает телекинезом, убивает одноклассников, разрушает город и погибает сама.
Сериал начинается с гибели отца Кэрри. Альф Уайт, как обычно, едет на стройку, слушая по радио очередную порцию конспирологии. Он приступает к работе — и на него обрушивается груда стройматериалов. Коллеги почти ничего о нём не знали: только после его смерти выясняется, что у него были жена Маргарет и дочь Кэрри. Мать и дочь не выходят из дома и прячутся от людей, потому что мир, по убеждению этой семьи, очень опасен. Маргарет, как многие любители теорий заговора, крайне набожна: обычные человеческие чувства она считает грехом и готова биться за свои убеждения. Тем удивительнее, что у двух таких замкнутых родителей выросла совершенно дивная и открытая девочка — Кэрриетта, или просто Кэрри.
Чтобы перенести историю в наши дни, Флэнегану пришлось многое изменить. В разговоре с New York Times он признаётся: «В процессе работы приходится спрашивать себя: “Какие элементы обязательны? Без чего это уже не будет “Кэрри“?“ Безусловно, это ключевые сцены. Конечно, действие должно быть перенесено на выпускной бал. Конечно, Кэрри следует облить свиной кровью. И конечно, зритель должен увидеть ту жуткую сцену в раздевалке».
Кэрри играет Саммер Хауэлл, чья актёрская карьера началась в восемь лет с хоррора «Проклятие Чаки». Внешне она девушка с обложки подросткового журнала, и её Кэрри кардинально отличается от всех предыдущих. Она тянется к людям, хочет общаться, трогательно наивна и открыта — словом, совсем не такая, как остальные девочки в школе. Одежду она шьёт себе сама, но сегодня это никого не удивляет: одна из одноклассниц даже одобряет — «Апсайклинг, круто».
Завязка истории — сцена в школьной раздевалке: у Кэрри прямо в душе впервые начинаются месячные, а одноклассницы над ней издеваются. В сериале эта сцена работает не так, как прежде. Книжная Кэрри учится в школе давно, и её давно сторонятся. Кинг описывает её как полную прыщавую девушку с сальными волосами, от которой плохо пахнет. Отсюда сравнение со свиньёй — и потому кровь на выпускном именно свиная. Во всех экранизациях эта связь потерялась. Может быть, Флэнеган решил, что сегодня никого не станут травить из-за внешности? Если так, он живёт в мире розовых пони: подростковая жестокость не исчезает по мановению волшебной палочки. Зато отношение к менструации за последние годы действительно изменилось. Тема перестала быть табу, тампоны больше не рекламируют с подкрашенной синим водой, а в соцсетях бурно спорят, нужны ли прокладки на заправках и в общественных туалетах.
Флэнеган воспроизводит сцену из книги: девушки брезгливо морщат носы, а потом с задором кричат «Заткни течь!» и швыряют тампоны в рыдающую под душем Кэрри. Но ведь сериальная Кэрри — новенькая! У одноклассниц ещё нет многолетней привычки её унижать. Допустим, травлю затевает Кристина Харгенсен. Но она не самая популярная девушка в классе: куда влиятельнее выглядит Сью Снелл, которая встречается с главным красавцем класса Томми Россом. А Сью явно не настроена против Кэрри и уж точно остановила бы подругу.
Ключевые сцены, о которых говорит Флэнеган, серьёзно устарели, и сериалу трудно через них продираться. Новая Кэрри живёт в мире смартфонов, миниатюрных камер и соцсетей, и это усложняет авторам задачу. Но решение они находят отличное. Кристина заводит анонимный аккаунт «КраснаяКэрри», выкладывает туда запись из душа, а потом начинает собирать фотографии и ролики от всей школы. Постепенно «КраснаяКэрри» становится главным орудием кибербуллинга и, конечно же, приводит к трагедии.
Сама Кристина — красавица, дочь крупного юриста, но её привычная роскошная жизнь рушится на глазах: отец замешан в финансовых махинациях и теряет положение и деньги. Кристине приходится переехать к матери, которая живёт с новым бойфрендом, и терпеть дома его дочь — свою новую сводную сестру. Она бунтует, начинает встречаться с наркодилером Бобби Ноланом и вымещает злость на Кэрри. Должны ли мы ей сочувствовать? Вряд ли. Понимаем ли мы её? О да. Благодаря этой предыстории Кристина не выглядит злодейкой по должности, и её противостояние с Кэрри становится одной из самых интересных линий сериала — у обеих героинь появляется глубина.
В романе мать Кэрри — религиозная фанатичка, в сериале она почти сторонница MAGA. Сделать Америку снова великой она не стремится, но тоскует по прошлому, ненавидит «разврат», царящий в школе, мечтает о традиционных ценностях и заставляет Кэрри молиться в специально отведённом для этого чулане. Маргарет впервые в жизни пошла работать — кассиром в супермаркет — и считает своим долгом не пробивать вредные для детей сладости и презервативы. Она жалуется дочери («Моя начальница — ребёнок, она моложе меня!»), мелко мстит руководительнице, когда её переводят с кассы в ночную смену, и манипулирует коллегами. В этом мире ей очень неуютно. Но когда аккаунт «КраснаяКэрри» набирает популярность, Маргарет объявляет ему войну — и тут она в своей стихии. Не дадим соцсетям сломать жизнь нашим деточкам! На баррикады!
Сериал повторяет и устройство книги. В романе рассказ о событиях перемежается документами, написанными уже после трагедии: научными статьями о телекинезе, показаниями свидетелей, отчётом следственной комиссии. В сериале их место занимает документальный фильм: первая серия начинается с интервью тех, кто пережил выпускной. Это логично: если бы сегодня девушка в ночь выпускного разнесла целый город, о ней непременно сняли бы расследование.
Первые семь серий получились отменными, но потом наступает восьмая — и сериал стремительно катится под откос. Флэнеган не скрывает, что задумал три сезона. Поэтому его Кэрри в финале не только не погибает, как в романе, но и почти оправдана: она убила только травивших её школьников, а город разрушила Эмелайн — астральная проекция девушки, которая учила Кэрри управлять своей силой. Это сильно расходится с замыслом Кинга, который говорил о романе так: «Написав книгу в 1973 году, всего через три года после окончания колледжа, я прекрасно осознавал, что женское освобождение означает для меня и других представителей моего пола. Книга в своих более взрослых подтекстах — это тревожная мужская боязнь будущего женского равноправия. Для меня Кэрри Уайт — несчастный, затравленный подросток, пример человека, чей дух часто ломают навсегда в этой яме с людоедами обоего пола, называемой обычной школой. Но она также и Женщина, впервые ощущающая свою силу и, подобно Самсону, обрушивающая храм на головы всех присутствующих в конце книги».
Кэрол Дж. Кловер, автор книги «Мужчины, женщины и бензопилы» — исследования о том, как хорроры изображают мужчин и женщин, — приводит фрагмент этого интервью и спрашивает: «Но где именно здесь кроется ужас? Если “женское освобождение“ — это страх, является ли Кэрри его монструозным олицетворением? А если да, то кто здесь жертва, а кто герой? Ответ, по-видимому, заключается в том, что, как и Самсон, Кэрри является и тем, и другим, и третьим поочерёдно. На протяжении большей части фильма она — жертва монструозных одноклассников и монструозной матери, но когда в конце она меняет ход игры, она сама становится своего рода монструозным героем — героем постольку, поскольку она восстала против сил монструозности и победила их, и монстром постольку, поскольку сама стала чрезмерной, демонической».
В сериальной Кэрри нет ничего демонического. Наоборот, она жертва окружения: её предают все — учителя, одноклассники и даже родная мать. Милая, наивная, жизнерадостная девочка должна на наших глазах превратиться в чудовище, но Флэнеган отказывает ей в такой судьбе. В финале Кэрри возмущается, что её лишили права самой решать, кем быть, и слышит в ответ: «Спокойно, милая, так надо». Кэрри-2026 получилась запоминающейся и любопытной героиней — и предельно далёкой от книжной. Есть и нестыковка: к тому моменту, как Кэрри выбирают королевой бала, она уже завоевала уважение всей школы — с чего бы одноклассникам смеяться над ней после пранка со свиной кровью? Но Флэнеган обязан сохранить ключевые сцены и, к сожалению, идёт против логики собственного сюжета.
Все актрисы, игравшие Кэрри, конвенционально красивы. В них нет ничего отталкивающего: такая девушка вполне могла бы прибиться к компании интровертов и гиков и найти среди них относительно безопасное место. Похоже, «Кэрри» то ли устарела, то ли требует совсем иного подхода к экранизации. Сериал выстраивает вокруг знакомого сюжета новый мир, но, цепляясь за обязательные ключевые сцены, сам себя тормозит.