Стас Жицкий: С кем из русских писателей вам хотелось бы подружиться и почему именно с ними? Живых чур не называть.

Фото: ИТАР-ТАСС
Фото: ИТАР-ТАСС
"Игроки в карты", Н. Нестерова. Репродукция Виктора Великжанина
+T -
Поделиться:

Живых чур не называть, интересуют фигуры из прошлого. Скажем так, до середины ХХ века. Возможно, это не только писатели и поэты, но и композиторы, музыканты, художники, архитекторы, ученые…

Я вот, к примеру, попробовал бы подружиться с Набоковым. Могу объяснить, почему. Он — не болезненный и не страдалец. Он — без претензий на мессианство. Он — не зачумленный совком. Он апологет русской культуры, но при этом не квасной патриот. Он — образованный, но не заумный интеллектуал. И вообще — натуральный сноб.

Вот с больным Достоевским не стал бы дружить, ему бы денег пришлось в долг давать, а у меня денег мало, а он никогда не возвращал бы. И с Гоголем тоже не стал бы: судя по воспоминаниям тех, кто пытался с ним сойтись, абсолютно неадекватный был человек, разве что макароны любил, прямо как я, но одних макаронов для близости все-таки маловато. С сумасшедшим босым в толстовке графом я бы на одном поле даже пахать не стал, не то что разговаривать. Пушкин — слишком тусовщик, с ним пришлось бы по бабам, пардон, по балам таскаться — а это утомительно.

Все гении, жившие на территории СССР, мне точно в друзья не годятся. Кругом такая была страшная жизнь, что она не могла не оставить отпечатка на личности. Дружить с трусами и предателями — противно. Дружить с придворными — стыдно. Дружить с жертвами — страшно. Дружить со спрятавшимися — скучно.

А с Антиохом Кантемиром, боюсь, мы бы просто не нашли общего языка.

Комментировать Всего 47 комментариев

Замечательный вопрос, потому что я абсолютно влюблена не только в поэзию Бродского, но и в этот его лоб, в этот его нос, в эти такие хлопотливые и суетливые руки, когда смотришь его интервью, в то, как он разговаривает, как он строит фразы, и мне кажется, нам очень многим этого человека не хватает.

Бродский - да, это здорово. Однако, если судить по воспоминаниям, он как-то не очень в чьей-то дружбе нуждался. С другой стороны, как раз это и хорошо - не утомительный был бы приятель.

Я имел удовольствие быть знакомым с Бродским. Но так как он жил в Америке, а я здесь, у нас не было возможности много общаться. И да, это человек, про которого я точно могу сказать, что мне его очень не хватает. И в жизни, и в литературе. Литература мне теперь тоже менее интересна.

Если говорить о XX веке, конечно, мне было бы очень интересно пообщаться с Набоковым. И мне бы хотелось, чтобы он пожил подольше и что-то еще написал. Мне кажется, что я умел бы его понимать. Пожалуй, и все — Набоков и Бродский.

Любопытно, настоящие друзья у Бродского были? Не приятели-знакомые, а именно друзья?

Я бы хотел подружиться с веселыми писателями, которые бухали. С Достоевским не хотел бы, потому что он ёбнулся на азартных играх. А вот с Пушкиным, конечно, хотелось бы в первую очередь. Лермонтов все-таки инфантильным мне кажется, при том, что он прекрасный. Думаю, еще с парнями из Серебряного века. Гумилев – вот эта вот компания. По-моему, у них было весело.

В Серебряном веке не только бухали - с этими ребятами еще пришлось бы кокаин нюхать и морфием колоться.

Хоть они и не русские, но все же — Лион Фейхтвангер и Герман Гессе.

Гессе? Он же, наверное, страшный зануда.

Я бы познакомилась с Пушкиным. И я даже знаю, в какое именно время — в 1830-ом году, когда он в Болдино и ему скучно. Прямо вижу, как иду к нему по заснеженному полю с айфоном в руках, чтобы рассказать, что будет. Что он действительно воздвигнет себе памятник нерукотворный и что тропа не зарастет. Но и современные писатели мне тоже очень нравятся: Дима Быков, Улицкая, Дина Рубина... Вот на полке стоит Латынина и Сорокин на очереди. Так что не вижу проблем общаться и с современными писателями.

С современыми - и впрямь проблемы нет. Потому и вопрос таков: с кем бы хотелось - ан нет, уж не получится...

Вот Пушкин айфону-то удивился бы!

НИ С КЕМ!

С писателями надо общаться через их книги. Даже с живыми не советую. Разве только с писательницами, да и то с красивыми - Оксана Робски (говорят, она писательница), Катя Гордон (пишет романы), Лена Ленина...

Бедненький Достоевский, никто с ним дружить не хочет. А я бы подружилась с Достоевским, я его так часто упоминаю в разговорах, что мне стоило бы с ним поговорить. Думаю, что мы бы с ним невзлюбили друг друга в итоге, но поговорить с ним бы хотелось. И, конечно, с Ахматовой пообщаться хочется.

Потому никто и не хочет, что слишком бедненький. Своих проблем хватает, а тут еще этот Федор Михалыч с болезненной психикой и весь в долгах...

С Лермонтовым, конечно! «Герой нашего времени» — одна из книжек, которую читала с наибольшим удовольствием в школе. Много литературы дают читать в школе — это слишком рано. Например, «Бежин луг» или стихи Некрасова в 9 лет — это как-то слишком. Так что Лермонтов лучше всего соответствовал моей психике на тот момент, когда мы его проходили.

А мне почем-то Лермонтов прямо ну вот совсем как личность неинтересен. Несмотря на его абсолютно бесспорную гениальность.

Мне бы хотелось познакомиться со Львом Николаевичем Толстым. На мой взгляд, он интереснее многих. 

С ним дружить-то можно было б только в подчиненной позиции. Задавил бы граф авторитетом, поученьями замучил, пахать бы заставлял... 

А мне бы хотелось с Денисом Давыдом познакомиться, хотя он себя, наверняка, к выдающимся поэтам не причислял: в те времена многие стихами баловались. Но его стихи замечательные. И человек он был, как я себе представляю, хороший: умный, смелый, благородный, родину любил.

Давыдов - это здорово! Широкая душа... Вот с кем бы попьянствовать.

А любовь к родине - это как-то для дружбы не очень обязательно. По моему...

а это тоже признак хорошего человека.

Кто не патриот - тот плохой человек?

ну почему так резко?

Но мне безусловно нравится, когда человек родину любит. А что это теперь несовременно, типа человек с промытыми пропагандой мозгами? Я вот думаю, что любовь к родине это проявление очень романтической натуры.

Еще можно было бы подружиться с теми, кто Козьму Пруткова писал - братьями Жемчужниковыми и Алексеем Толстым. У них веселая компания была.

Отчего ж несовременно?

Просто родины разные бывают: некоторые и хотелось бы любить, да они сами не дают. И все-таки любовь к людям – это как-то почеловечнее и поромантичнее патриотизма.

Родители Пруткова – да, они явно нескучные были.

Точно, Стас, - любовь к людям – это как-то почеловечнее и поромантичнее патриотизма. Вы абсолютно правы.

Мне вот что-то подсказывает, что зря вы Льва Николаевича избегаете - у вас бы с ним сложилась беседа.

Евгения, я бы с гигантским интересом пару раз с почтенным графом побеседовал – но уверен: дружбы с ним у нас не вышло. Не могу тесно общаться с авторитарными личностями.

Я Вас понимаю. :)))

Но зато у вас была бы потрясающая возможность все точки над i расставить по поводу различных нравственных качеств. Ну там патриотизм - непатриотизм, любовь к людям - нелюбовь к людям и т.д. :))) Но с ним бы, конечно, чай пришлось пить вместо водки.

Под чай я бы с ним долго не проговорил...

Да и точки расставлять на пару - сложновато. У нас точки слишком в разных местах вставали бы. Могли бы и поругаться.

("И трах Толстого по башке! И вся литература русская в ночном горшке" - конец цитаты).

Ладно Вам, Стас, не надо быть экстремистом. Пожалейте классика. Куда же мы без него? Начнем ошибки в жизни делать, совсем запутаемся.

Евгения, неужто Вы по Толстому живете?

С Одоевским. С Чеховым. С Мандельштамом ( только чтоб Надежды рядом не было). С Хармсом. С Бродским (издали бы понаблюдала).

Лермонтов - закомплексованный, обидчивый, с ним было бы трудно. Толстой - зануда и  ханжа. Набоков - наверняка страшный сноб и  задавака. Это как люди,  к литературе это отношения не имеет - точнее, имеет самое прямое, поэтому и писатели они выдающиеся, но в жизни с такими тяжело.... 

Одоевского вообще не могу представить - как-то у меня совсем нет для него ни образа, ни штампа...

Мандельштам и Хармс - не слишком они трагические для дружбы?

Самуил Лурье Комментарий удален

Я бы дружил с Гумилевым — он офицер, патриот, романтик, путешественник, человек чести.

Я бы не дружил, но постарался бы свести знакомство с Лермонтовым. Мне нравится и кружок его — чистые бретеры, бретеров люблю! А если бы поссорились с ним, стрелялись бы на дуэли сто процентов!

Чехов, конечно, и круг Чехова — это было бы очень интересно.

И на первое место я бы поставил Маяковского и футуристов — 1911-1914 годы. Рычание, катание, глумление, злоключения и всеобщая вакханалия! Это же были экспериментаторы, крутые, образованные, умные люди, художники хорошие и писатели блестящие — смелые, в общем эпатажные и при этом очень тонкие.

С футуристами, наверное, было б весело потусоваться. Но дружить...

Про Гумилева - все так. Присоединяюсь. Забыла о нем.

Малевич. Мне интересны его теории, интересно узнать про «Черный квадрат» напрямую и вообще понять его творчество. Еще хотелось бы лично пообщаться с молодым Шагалом, поучиться у него. И Кандинский. Он написал «теорию цвета», читать ее — это одно, а общаться с ним лично — совсем другое, конечно. Малевич, Шагал и Кандинский, я бы назвал этих троих первооткрывателей.

Да, я бы Малевича про квадрат тоже порасспрашивал, дико интересно.

А Шагал, судя по воспоминаниям, не очень-то был расположен с кем-нибудь дружить. 

С Пушкиным. Он был настолько заряженной личностью, гениальным во всех отношениях, что мне, безусловно, было бы очень интересно с ним познакомиться.Мне чрезвычайно симпатичен чисто по-человечески Пастернак. Из женщин я бы дружила с Тэффи. Она такая естественная, остроумная, ироничная и, мне кажется, такая позитивная при этом. Хочется с такими людьми общаться. Набоков мне, конечно, тоже очень интересен. Несмотря на то, что он сноб, он любит жизнь. А мне приятно быть в приятельстве с людьми, которые любят жизнь и умеют ею наслаждаться.

Да, про Тэффи я тоже подумал.

А я бы с радостью познакомилась с Федором Михайловичем Достоевским, даже зная о его тяжелом характере, несмотря на это, все равно бы познакомилась. Ведь я же дама — он бы не просил у меня денег в долг. Так что мне это не грозит — я бы с радостью с ним познакомилась.

Да и вообще, в моей кинобиографии много было интересных знакомств, и я с большим интересом превратила бы воображаемое знакомство в реальное. К примеру, с поэтессой Галиной Кузнецовой — последней любовью великого русского писателя и нобелевского лауреата Ивана Алексеевича Бунина. Я играла ее в фильме «Дневник его жены». Благодаря этой женщине возник, возможно, самый эротичный сборник рассказов о любви в русской литературе — «Темные аллеи». Было бы любопытно с ней увидеться и сравнить свое представление.

Не говоря уже про самого Ивана Алексеевича! Вот был блестящий человек. Ироничный, остроумный, мудрый — гений, одним словом.

Пообщалась бы с Марией Петровых. Изумительный поэт, современница Ахматовой, Цветаевой. Много лет была безответно влюблена в Александра Фадеева, не публиковалась — считала, что, если на свете существуют такие столпы поэзии, как Ахматова и Цветаева, не нужно им мешать. И писала в стол. А какие стихи!..

Говоря «общаться», я не имею в виду дружить — это как сложится.

Очень меня манит знакомство с Анной Андреевной Ахматовой. Для меня — абсолютно магнетическая личность. Помимо всех ее магнитов, у нее были удивительные отношения с мужчинами и совершенно не пугали замужества с нелюбимыми мужчинами.

Страсть как хотелось бы познакомиться с Эдит Пиаф. По тому, что я о ней читала, что я о ней знаю, мне кажется, это просто моя родственная душа. Поразительная была женщина! Мне было бы интересно понаблюдать, как она создает свои песни и как она репетирует, понять логику ее «звукоизвлечения».

Это был бы отличный мастер-класс! Она абсолютный гений-самородок. И еще — Эдит Пиаф не знала усталости. Она могла сутками общаться с друзьями и засыпать, только когда сон ее сваливал. У нее было недюжинное здоровье, она могла тусоваться сутки напролет. Думаю, что на общение с ней мне бы хватило первых суток ее бодрствования, потом я бы ложилась спать, просыпалась, а затем и ее бы укладывала спать.

Достоевский?

У дамы?

Денег в долг?

Думаю, взял бы.

Игромания - страсть, начисто лишенная благородства.

Про Бунина - я несколько удивлен. Если судить о человеке по фильму (кстати, Ольга, замечательному) - не знаю, можно ли - не особо весело с ним время проводилось. И у Бахраха, которого Вы наверняка читали, я не помню никакого чрезмерного веселья.

Хотя интересно, наверное, с Буниным было бы.

С Пушкиным

Меня этот вопрос не застал врасплох: я часто думал (мечтал) повидаться с Пушкиным уже после дуэли (или сразу перед ней) и рассказать ему, что его ждет в будещем. Рассказать ему, что его любят и обожают уже почти 200 лет, что он изменил русский язык, что все, что сделал и написал сыграло в жизни человечества, вообще, и русской культуры, в частности, огромную роль. Что он гордость русской и мировой (что еще безусловно ему предстоит) культуры.  Я хотел бы, чтобы ему не было больно и обидно умирать от пули какого-то хлыща. Еще мне хотелось бы почитать ему Высоцкого, а лучше поставить ему пару десятков песен (у меня собой на iPhone все нужное для этой встречи есть :)  

Практически то же самое и теми же словами я мог бы сказать и про мою воображаемую встречу с Булгаковым. Я считаю (вслед за Зеркаловым), что он написал Пятое Евангелие. Евангелие от Булгакова.   

Да, первое, что хотелось бы сообщить Пушкину, это то, что тропа к его неукотворному памятнику не заросла. Он был бы, полагаю, удивлен и счастлив.

Не думаю, что был бы удивлен, иначе он не написал бы это стихотворение. Я думаю, что он понимал, что, как поэт и мыслитель, он - гений.  Он знал себе цену, как поэту.  И он понимал, что многим его современникам и друзьям было трудно понять, как далеко он ушел и куда их ведет. Его рассуждения на реакцию его друзей на выход "Годунова" тому еще одно подтверждение.   

Только что просмотрел дискуссию про Россия-88. Все время хотелось спросить: русские шовинисты считают великого русского поэта Пушкина этнически русским? :)

Ну, может, и не удивился бы... Сказал бы еще разок: "Ай да Пушкин!.."

Дружба, в отличие от любви, предполагает взаимность.

Есть много творцов, дружба с которыми была бы для меня счастьем. А моя для них?..  И всё же, будь возможность общаться с Чеховым, я рассказала бы ему, как влиял он на мою жизнь - с юности. Как каждое его слово, каждая мысль, его судьба определяли многие мои поступки и решения.

А в зависимости от настроения - конечно, общение с Пушкиным, Гоголем, Достоевским, Булгаковым, Платоновым, Цветаевой, Бродским - Боже, как было бы интересно!

И множество вопросов к Рахманинову, Шостаковичу...  К Марку Шагалу... Трудно остановиться.

Мы, может быть, и не были бы великим мира сего особенно интересны, но об этом я предпочитаю скромно умолчать. Интересно, кто был бы интересен нам!

В зависимости от настроения – это уже была бы не очень дружба. Нечто вроде интервью.