Алексей Алексенко   /  Екатерина Шульман   /  Виктор Ерофеев   /  Владислав Иноземцев   /  Александр Баунов   /  Александр Невзоров   /  Андрей Курпатов   /  Михаил Зыгарь   /  Дмитрий Глуховский   /  Ксения Собчак   /  Станислав Белковский   /  Константин Зарубин   /  Валерий Панюшкин   /  Николай Усков   /  Ксения Туркова   /  Артем Рондарев   /  Алексей Алексеев   /  Александр Аузан   /  Евгений Бабушкин   /  Алексей Байер   /  Олег Батлук   /  Леонид Бершидский   /  Андрей Бильжо   /  Максим Блант   /  Михаил Блинкин   /  Георгий Бовт   /  Юрий Богомолов   /  Владимир Буковский   /  Дмитрий Бутрин   /  Дмитрий Быков   /  Илья Васюнин   /  Дмитрий Воденников   /  Владимир Войнович   /  Дмитрий Волков   /  Карен Газарян   /  Василий Гатов   /  Марат Гельман   /  Леонид Гозман   /  Мария Голованивская   /  Александр Гольц   /  Линор Горалик   /  Борис Грозовский   /  Дмитрий Губин   /  Дмитрий Гудков   /  Юлия Гусарова   /  Иван Давыдов   /  Владислав Дегтярев   /  Орхан Джемаль   /  Владимир Долгий-Рапопорт   /  Юлия Дудкина   /  Елена Егерева   /  Михаил Елизаров   /  Владимир Есипов   /  Андрей Звягинцев   /  Елена Зелинская   /  Дима Зицер   /  Михаил Идов   /  Олег Кашин   /  Леон Кейн   /  Николай Клименюк   /  Алексей Ковалев   /  Михаил Козырев   /  Сергей Корзун   /  Максим Котин   /  Татьяна Краснова   /  Антон Красовский   /  Федор Крашенинников   /  Станислав Кувалдин   /  Станислав Кучер   /  Татьяна Лазарева   /  Евгений Левкович   /  Павел Лемберский   /  Дмитрий Леонтьев   /  Сергей Лесневский   /  Андрей Макаревич   /  Алексей Малашенко   /  Татьяна Малкина   /  Илья Мильштейн   /  Борис Минаев   /  Александр Минкин   /  Светлана Миронюк   /  Андрей Мовчан   /  Александр Морозов   /  Егор Мостовщиков   /  Александр Мурашев   /  Катерина Мурашова   /  Андрей Наврозов   /  Сергей Николаевич   /  Антон Носик   /  Дмитрий Орешкин   /  Елизавета Осетинская   /  Иван Охлобыстин   /  Глеб Павловский   /  Владимир Паперный   /  Владимир Пахомов   /  Андрей Перцев   /  Людмила Петрановская   /  Юрий Пивоваров   /  Владимир Познер   /  Вера Полозкова   /  Игорь Порошин   /  Захар Прилепин   /  Ирина Прохорова   /  Григорий Ревзин   /  Генри Резник   /  Александр Роднянский   /  Евгений Ройзман   /  Ольга Романова   /  Екатерина Романовская   /  Вадим Рутковский   /  Саша Рязанцев   /  Эдуард Сагалаев   /  Игорь Свинаренко   /  Сергей Сельянов   /  Ксения Семенова   /  Ольга Серебряная   /  Денис Симачев   /  Маша Слоним   /  Ксения Соколова   /  Владимир Сорокин   /  Аркадий Сухолуцкий   /  Михаил Таратута   /  Алексей Тарханов   /  Олег Теплов   /  Павел Теплухин   /  Борис Титов   /  Людмила Улицкая   /  Анатолий Ульянов   /  Василий Уткин   /  Аля Харченко   /  Арина Холина   /  Алексей Цветков   /  Сергей Цехмистренко   /  Виктория Чарочкина   /  Настя Черникова   /  Ксения Чудинова   /  Григорий Чхартишвили   /  Cергей Шаргунов   /  Виктор Шендерович   /  Константин Эггерт   /  Все

Наши колумнисты

Владимир Сорокин

Владимир Сорокин: Смешная история

Тут меня рассмешили в очередной раз. Только я собрался в Польшу на театральный фестиваль в средневековый городок Торунь — звонок. Вкрадчивый женский голос приглашает-уговаривает прийти 26 мая в ГУМ на обед, где объявят шорт-лист премии "Большая книга".

+T -
Поделиться:

Тут меня рассмешили в очередной раз. Только я собрался в Польшу на театральный фестиваль в средневековый городок Торунь — звонок. Вкрадчивый женский голос приглашает-уговаривает прийти 26 мая в ГУМ на торжественный обед, где объявят шорт-лист премии "Большая книга".

 

(А я — в тамошнем лонг-листе с дилогией "День опричника—Сахарный Кремль".) Отвечаю даме честно: "Извините, не смогу, улетаю, билеты, гостиница и т. д." "Очень жаль!" — сокрушается она. "Мне тоже, — говорю, — но поймите, на фестиваль привезут две мои пьесы, ждут автора". — "Очень, очень жаль". Короче, улетел в Польшу. А поздним вечером 26-го звонит из Москвы приятель: "Володя, они тебя не включили в шорт-лист. Забздели!" Сидя на берегу ночной, освещенной мерцающими огоньками Вислы за рюмкой зубровки, я рассмеялся.

Мои отношения с родными литпремиями тянутся аж с первого "Букера", в шорт-лист которого попали "Сердца четырех". Четыре раза попадал я в шорт-листы наших премий с весьма неслабыми вещами, и четыре раза толстожурнальная туса ложилась костьми с воем: "Кому угодно, только не Сорокину!"

Кто-то из критиков точно подметил, что российские литературные награды вручаются по принципу "кому не дать". А началась эта патология с того самого русского "Букера", которого наивные англичане отдали в руки той самой толстожурнальной, безнадежно провинциальной совковой тусы, состоящей из истеричных критикесс, растративших женственность в редакционных интригах, пьяновато-замшелых главредов, эстетически заскорузлых писателей-шестидесятников и выращенных ими младошестидесятников, поросли довольно бездарной, лишенной настоящего литературного чутья, но наделенной звериной ненавистью ко всему, что не вписывается в их представление о литературном процессе.

Помню, как на первом "Букере" эта поросль радостно завопила "ура!", когда объявили победителя: М. Харитонов, "Сундучок Милошевича". По наивности, я тогда удивился: чего они так вопят? Роман-то посредственный. Но они и вопили победе посредственности как принципу. То есть приветствовали себе подобных. И принцип этот с тех пор был запущен: число бездарей, получивших наши литпремии, весьма велико. Их "выдающиеся" романы благополучно канули в Лету, вместе с тем самым "Сундучком", утянувшим их на дно. Имена их авторов затягивает ряской. А с нынешней «Большой книгой» вообще смешно: в шорт-лист не попала вещь, которую в наших СМИ не обсуждал только ленивый, а разговоры о ее актуальности стали общим местом. Березовский процитировал "День опричника" в письме к Путину. И вот, ура, нет в шорт-листе! Испугались? Или опять все тот же принцип посредственности: кому угодно, только не этому…

Но меня больше всего смешит в этой истории приглашение на торжественный обед: зачем звали-то? Просто поглумиться? "Во-о-он сидит этот Сорокин, которому в очередной раз показали шиш. А он, мудило, приперся! Га-га-га!" Или все решилось в последний момент, по мановению властной руки? Или спонсоры-олигархи решили подстраховаться? Или чиновники-кураторы? В такой логике есть свой резон, а как же. Встретит дядя Вова в Кремле, спросит: "А кому это вы, ребята, вашу премию решили дать? Наши его книги замочили в сортире, а вы их сушите? Вы, значит, не наши? Вы чего?" — "Да мы ничего…" В общем, вся история сия сильно отдает провинциализмом. От нее попахивает. Дурно. Мелкотравчатостью. Убожеством. Холопством. И конечно — родным совком. Тем самым, мутирующим, ищущим новых воплощений. Троечники. Троечники наверху, троечники внизу. И четверку они уже никогда не получат…

А в Польше было замечательно: прекрасная погода, красивый город, красивые женщины, хороший фестиваль, интересные постановки со всей Европы: Брук, Марталер, Ван Хов, Бояков, Помрат. Умная публика, умные критики. Мою пьесу "Капитал" в постановке Эдуарда Боякова приняли прекрасно, а феерическая постановка "Льда" венгром Корнелем Мундруско, завершившаяся демонстрацией телерекламы оздоровительного комплекса ICE, вызвала бурную и интересную дискуссию о границах театра. Было интересно. И современно. Хотя и происходило все в маленьком провинциальном городке.

 

Теги: блог
Комментировать Всего 2 комментария
Испугались? Или опять все тот же принцип посредственности

Сегодня, к сожалению, балом правят посредственности. А испугались потому, что посредственности...

Дмитрий Муравьёв Комментарий удален

Мне иногда кажется, что необходимо устроить какой-то карантин. На некоторое время прекратить вручать литературные премиии, которые так подпитывают этих самых троечников. Вот так взять и на спор с ними нырнуть в глубину безмолвия и посмотреть, у кого дольше получится не дышать. Думаю, те самые троечники не долго протянут без своего "общественного внимания" в виде премий, ведь кроме них у них нет других источников вдохновения. Глядишь, сами собой исчезнут. А Ваши книги покупают, читают и обсуждают...