Вера Шенгелия: 
Иду лечиться от аэрофобии

Редакционный материал

Я попробую избавиться от страха полетов прямо на глазах у читателей

20 августа 2011 10:09

Забрать себе

Последние несколько дней у меня очень плохое настроение. Сказать откровенно, я подавлена, у меня стресс, бессонница и совершенно нет аппетита. Все потому, что в воскресенье мне лететь. Кажется, в Питер. Впрочем, это не важно.

Как это началось, я не могу вспомнить. Еще семь лет назад я работала репортером Newsweek, а это значит, что в понедельник я приходила в редакцию, а уже во вторник улетала в какой-нибудь, допустим, Салехард. Я летала в Южно-Сахалинск, в Петропавловск-Камчатский, во Владивосток, на вертолете в заполярный поселок Яр-Сале, в Чечню на каком-то картонном самолетике, из Новосибирска в Москву грузовым бортом вместе с какими-то сосательными конфетами. Иногда я улетала утром и возвращалась вечером, иногда летала два раза в неделю, иногда три.

Я покупала пол-литровую бутылку любой воды, говорила стюардессе, что на обед меня не будить, засовывала бутылку между щекой и плечом и засыпала. Если рейс длился 12 часов, я спала 12 часов. Если 40 минут — я спала 40 минут.

Перелет на самолете ничем не отличался для меня от поездки на автобусе или электричке.

Потом появилась моя дочь Маруся, я продолжала работать, а значит, летать. Потом родилась Вася — я все еще летала.

Однажды я села в самолет, чтобы лететь во Владивосток — нужно было писать про дальневосточную РПЦ, собирающуюся окормлять китайцев. Когда самолет оторвался от земли, я посмотрела в окошко и поняла, какой это кошмар — подниматься в небо, когда твоя семья, две твои маленькие девочки остаются там, внизу. Мне стало страшно. Я помню, как я удивилась, что раньше не замечала, как ужасно на самом деле выглядит самолет, что он весь сделан из каких-то дребезжащих пластмассок, что он ужасно хлипкий. Я почувствовала, какой сухой в самолете воздух, как он сушит кожу, волосы. Я увидела, что страшно не только мне — половина салона сидела с напряженными лицами. Я дала себе слово, что это последний раз.

На обратном пути в Москву я выпила литровую бутылку ликера «Бейлис» и 80 капель валокордина. Проснулась уже в Москве от того, что верхняя челюсть прилипла к нижней, язык к небу, губы к подбородку, кажется, во сне я плакала.

Я уволилась из Newsweek и устроилась в глянцевый журнал. Там мне иногда приходилось летать в пресс-туры. В одном из них модная девушка из какого-то мужского глянца в дорогих очках и джинсах научила меня выпивать полтаблетки феназепама и запивать его маленькой бутылочкой пива. Не могу сказать, что это сильно помогло — уснуть, по крайней мере, не удалось.

Сейчас я летаю в шесть раз реже, чем хотела бы. Мечтаю о поездах, которые везли бы в Нью-Йорк. В последний раз, когда мы с семьей летели из Египта, я рыдала так, что загоревший серфер на соседнем кресле надел очки, капюшон и закрыл голову руками, чтобы меня не видеть. Плевать, если честно, на серфера, но вот очень стыдно перед своими собственными детьми.

На прошлой неделе к нам в редакцию пришло письмо из Центра Алексея Герваша «Летаем без страха». В письме говорилось, что «20% взрослого населения РФ страдают аэрофобией». Что «аэрофобия — это социальная проблема, которая приводит к проблемам в семье и карьере». Что «аэрофобия приводит к понижению самооценки и развитию других страхов и фобий».

Менеджер центра спрашивал, нет ли у нас в редакции журналиста с аэрофобией, которого можно было бы от аэрофобии полечить, а процесс лечения описать на нашем сайте. Я прыгала от радости на одной ножке.

Потом выяснилось, что терапия длится два дня, в конце второго меня ждет тестовый полет. Кажется, в Питер. Так что я уже несколько дней не ем и испытываю сильный стресс. К тому же я не знаю, как мне признаться организаторам, что обратно я точно на самолете не полечу: два перелета — это слишком даже для человека, прошедшего курс лечения от аэрофобии.

Завтра мой первый день — напишу, что там было, когда все закончится.

12 комментариев
Лена Де Винне

Лена Де Винне

Вера, спокуха!

Смотрите по телевизору МАКС (повелительное наклонение).

Вот там, когда показывают самолеты для людей, (а не для военных), их выкручивают на максимум, который они умеют.(Самолеты для военных тоже выкручиают - это отдельная профессия - летчик, который делает фигуры высшего пилотажа, но тут речь не об этом).

Это НЕВЕРОЯТНО далеко выходит за рамки того, что им предстоит делать, когда Вы в него сядете.

То, на что самолеты испытываются, во много раз превышает диапазон характеристик, в котором они эксплуатируются.

Я тоже в какой-то момент бесконечной езды боялась всего на свете. Потом мне муж рассказал, как работают летчики испытатели - и теперь быть пассажиром - ну как это образно рассказать - как обычный гинекологический осмотр в сравнении с родами троих детей!

Если Вы правда проецируете свою боязнь полетов на ситуацию материнства, то, боюсь, если Вы откажетесь от боязни полетов, то Вы еще что-то найдете, чего бояться - ведь суть же именно в боязни за детей - Вы же сами это рассказали в Вашем тексте ....

Лена Де Винне

Лена Де Винне

Вера, и еще, для пущей убедительности, вот Вам кусочек из моей книги - про работу летчиков-испытателей

 

... Поясню, что значит быть лётчиком-испытателем. Я сама этого раньше не знала. У самолёта есть определенный набор характеристик, т.е. ограничения его конструкции по скорости полёта, нагрузке, высоте или другим параметрам, например, маневренности. При нормальных обстоятельствах полёт проходит более или менее в рамках этих характеристик. Но при испытании самолёт проверяют на пределе его возможностей. Инженеры детально разрабатывают планы испытательных полётов, а лётчики-испытатели выполняют их. Например, перед пилотом могут поставить задачу выключить в воздухе двигатель и попытаться завести его снова. Если не выйдет, испытателю придётся посадить самолёт без мотора, как планер.

 

Испытание в полёте пограничных характеристик самолёта проводится для проверки правильности конструкции; одновременно нужно учитывать, что в испытательном полёте что-то может пойти не по плану или вообще не сработать. Тогда лётчик должен не только сообщить о поломке или неожиданном поведении машины, но и правильно, квалифицированно описать происшедшее.  ...

 

Лена Де Винне

Лена Де Винне

И еще

То, что самолеты издают разные звуки при взлете и посадке - и что иногда звук резко меняется - это нормально! 

У них разный профиль взлета-посадки - в зависимости от размера взлетно-посадочной полосы, направления, куда нудно полететь после взлета и того, как их коридор соотносится с коридорами других самолетов. Так что резко изменяющиеся звуки никакой информации для пассажира в себе не несут!

Вера Шенгелия

Вера Шенгелия

Лена, вы абсолютно правы! Большая часть курса как раз состояла из таких вот объяснений как и что устроено в авиации -- я и подумать не могла, как оказывается важно все это знать. 

Елизавета Титанян

Елизавета Титанян

Вера, добро пожаловать в Питер! Готова оказать посильную реабилитационную поддержку с распитием чего-то, кроме феназепама и пива, на твердой земле.

Мягкой посадки!

Вера Шенгелия

Вера Шенгелия

Елизавета, спасибо! Но кажется, решили лететь в Липецк -- в Питер не было удобных билетов. 

Юрий Петров

Юрий Петров

Вера, попробуйте компьютерную игру симулятор полёта. Типа Microsoft Flight Simulator. В смысле когда Вы пилот, скажем, Боинга. Есть очень развесистые симуляторы реально воспроизводящие динамику самолёта, погоду, ночные посадки и прочее. С полным курсом тренировок и т.п. Думаю, что поможет, потому что Вы будете точно знать что пилот в данный момент делает и что вообще может сделать самолёт. Это почти как рулить самому, а рулить самому нестрашно.

Вера Шенгелия

Вера Шенгелия

Юрий, сегодня мы идем в профессиональный симулятор Боинга -- это часть курса. Надеюсь, после этого станет легче, а не страшнее -- напишу потом. 

Мария Имас

Мария Имас

Вера, курс от аэрофобии это конечно хорошо. Но я предлагаю более радикальный метод - научитесь водить самолет. Уверена, что поможет. Во-первых, Вы будете знать что и почему происходит на всех стадиях полета, а во-вторых, когда Вы успешно будете летать на маленьком самолетике, то комерческие лайнеры будут казаться супер крепкими и надежными.

Жужа Добрашкус

Жужа Добрашкус

Мария, это не всегда помогает... До того, как я научилась водить машину, - я абсолютно без страха сидела с любым водителем, и совершенно не волновалась... Но как только научилась - терпеть не могу сидеть на пассажирском месте... Просто с ума схожу от волнения... Или я просто - "control freak"?

Лена Де Винне

Лена Де Винне

Жужа, что же ты мне раньше не сказала?!

Я бы с удовольствием тебе отдала руление по Брюсселю!!!!

Жужа Добрашкус

Жужа Добрашкус

Действительно. Лена, но теперь ты знаешь все о моей выдержке!

Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи

Войти Зарегистрироваться

Новости наших партнеров