Алексей Алексенко   /  Екатерина Шульман   /  Виктор Ерофеев   /  Владислав Иноземцев   /  Александр Баунов   /  Александр Невзоров   /  Андрей Курпатов   /  Михаил Зыгарь   /  Дмитрий Глуховский   /  Ксения Собчак   /  Станислав Белковский   /  Константин Зарубин   /  Валерий Панюшкин   /  Николай Усков   /  Ксения Туркова   /  Артем Рондарев   /  Алексей Алексеев   /  Андрей Архангельский   /  Александр Аузан   /  Евгений Бабушкин   /  Алексей Байер   /  Олег Батлук   /  Леонид Бершидский   /  Андрей Бильжо   /  Максим Блант   /  Михаил Блинкин   /  Георгий Бовт   /  Юрий Богомолов   /  Владимир Буковский   /  Дмитрий Бутрин   /  Дмитрий Быков   /  Илья Васюнин   /  Алена Владимирская   /  Дмитрий Воденников   /  Владимир Войнович   /  Дмитрий Волков   /  Карен Газарян   /  Василий Гатов   /  Марат Гельман   /  Леонид Гозман   /  Мария Голованивская   /  Александр Гольц   /  Линор Горалик   /  Борис Грозовский   /  Дмитрий Губин   /  Дмитрий Гудков   /  Юлия Гусарова   /  Ренат Давлетгильдеев   /  Иван Давыдов   /  Владислав Дегтярев   /  Орхан Джемаль   /  Владимир Долгий-Рапопорт   /  Юлия Дудкина   /  Елена Егерева   /  Михаил Елизаров   /  Владимир Есипов   /  Андрей Звягинцев   /  Елена Зелинская   /  Дима Зицер   /  Михаил Идов   /  Олег Кашин   /  Леон Кейн   /  Николай Клименюк   /  Алексей Ковалев   /  Михаил Козырев   /  Сергей Корзун   /  Максим Котин   /  Татьяна Краснова   /  Антон Красовский   /  Федор Крашенинников   /  Станислав Кувалдин   /  Станислав Кучер   /  Татьяна Лазарева   /  Евгений Левкович   /  Павел Лемберский   /  Дмитрий Леонтьев   /  Сергей Лесневский   /  Андрей Макаревич   /  Алексей Малашенко   /  Татьяна Малкина   /  Илья Мильштейн   /  Борис Минаев   /  Александр Минкин   /  Геворг Мирзаян   /  Светлана Миронюк   /  Андрей Мовчан   /  Александр Морозов   /  Егор Мостовщиков   /  Александр Мурашев   /  Катерина Мурашова   /  Андрей Наврозов   /  Сергей Николаевич   /  Елена Новоселова   /  Антон Носик   /  Дмитрий Орешкин   /  Елизавета Осетинская   /  Иван Охлобыстин   /  Глеб Павловский   /  Владимир Паперный   /  Владимир Пахомов   /  Андрей Перцев   /  Людмила Петрановская   /  Юрий Пивоваров   /  Наталья Плеханова   /  Владимир Познер   /  Вера Полозкова   /  Игорь Порошин   /  Захар Прилепин   /  Ирина Прохорова   /  Григорий Ревзин   /  Генри Резник   /  Александр Роднянский   /  Евгений Ройзман   /  Ольга Романова   /  Екатерина Романовская   /  Вадим Рутковский   /  Саша Рязанцев   /  Эдуард Сагалаев   /  Игорь Свинаренко   /  Сергей Сельянов   /  Ксения Семенова   /  Ольга Серебряная   /  Денис Симачев   /  Маша Слоним   /  Ксения Соколова   /  Владимир Сорокин   /  Аркадий Сухолуцкий   /  Михаил Таратута   /  Алексей Тарханов   /  Олег Теплов   /  Павел Теплухин   /  Борис Титов   /  Людмила Улицкая   /  Анатолий Ульянов   /  Василий Уткин   /  Аля Харченко   /  Арина Холина   /  Алексей Цветков   /  Сергей Цехмистренко   /  Виктория Чарочкина   /  Настя Черникова   /  Саша Чернякова   /  Ксения Чудинова   /  Григорий Чхартишвили   /  Cергей Шаргунов   /  Михаил Шевчук   /  Виктор Шендерович   /  Константин Эггерт   /  Все

Наши колумнисты

Михаил Елизаров

Михаил Елизаров: Фантом-3. Бармен

Бар назывался «Бельман». Добротный, хорошо посещаемый бар с фигурно облезшими, закопченными от свечей стенами, с шаткими столиками, разнокалиберными стульями

Иллюстрация: Иван Степаненко
Иллюстрация: Иван Степаненко
+T -
Поделиться:

Бар назывался «Бельман». Добротный, хорошо посещаемый бар с фигурно облезшими, закопченными от свечей стенами, с шаткими столиками, разнокалиберными стульями. Так часто случается в Берлине — какой-нибудь зеркально-посеребренный ресторан, как ни пройдешь мимо, всегда пуст, только за окнами постные от безделья рожи официантов, а в соседней подвальной кнайпе-развалюхе с прогнившей от пролитого пива стойкой не протолкнуться.

Предпоследний хозяин «Бельмана» женился на питерской девушке Ольге. В баре появились борщи, пельмени и русские официантки. А потом власть поменялась, и бар был продан немчуре Андреасу. Тем не менее борщи, пельмени и официантки остались.

Меня привела в «Бельман» моя литагентша Галя Дурстхоф. Там тогда часто собирались русские литераторы, выпивали, закусывали, ну и до утра пели советские песни, и чаще всего о войне: «Гнилой фашистской нечисти запустим пулю в лоб».

Если приезжал Владимир Сорокин, народу, понятно, набивалось побольше, но культурная программа в сути не менялась — песни о войне под пианино. Хозяин Андреас нам никогда не мешал, он все равно ни слова не понимал, а вот второй бармен болгарского происхождения — Дмитрий, он все преотлично понимал и был нашими песнями ох как недоволен. Он запомнил меня и в свое время, как умел, поквитался.

Непонятно почему, но я сталкивался с этим фактом неоднократно: болгары русских не любят, примерно так же, как и поляки с прибалтами. Бывало, говорю им, болгарам: мы же вас от турецкого ига спасли. А они: а мы вас и не просили, нам с турками очень хорошо было. Я им: мы же вас от фашизма освободили. А они: плохо ты, брат, историю знаешь.

И действительно, плохо. Болгария-то поддержала Гитлера. Не об этом речь...

Ольга, жена предыдущего владельца, и предложила мне поработать в «Бельмане» барменом. Болгарин уезжал — он был музыкант, играл на тромбоне, и его пригласили трубачить в какой-то далекий оркестр.

Я колебался, я не любил все это «чего изволите-с», но Оля шепнула по секрету: «Ты носом не крути. Я проработала здесь три года и скопила на квартиру в Питере...»

И мне вдруг захотелось на берега Невы. Даже странно, всегда мечтал в Москву, а тут на тебе — захотел в Питер. И согласился на бармена. Оля расхвалила меня Андреасу: «Елизаров, известный писатель», и тот из творческой солидарности согласился, потому что сам тоже пописывал, но, к моему несчастью, неудачливо.

И вот я занял у знакомых музыкантов белую рубашку и бабочку и пришел в бар. Учили меня поочередно Андреас и Дмитрий. Андреас — старательно, «тромбон» — спустя рукава. Не могу сказать, что я хватал науку на лету, но справлялся.

Русская тусовка невелика, быстро разлетелась весть, что я работаю барменом, и на меня тоже повадились смотреть. Приходили и видели: Елизаров действительно стоял за стойкой в белой рубахе. Наверное, это было забавно.

В Берлин на два дня прилетел писатель Володя Козлов. Он зашел в «Бельман» повидаться. «Тромбон» налил кому-то пива и неудачно, без понтов — высокой на три пальца пенной шапки. Это был брак, пиво следовало вылить в раковину. Но мы так не поступали, сами в паузах выпивали эту «некондицию». Я слегка нарушил этикет и подарил бокал Козлову и забыл об этом. Но Дмитрий не забыл.

Через несколько дней Андреас вызвал меня на деловой разговор. Он горько сказал:

— Михаэль, это Германия, а не Россия. Здесь не угощают своих знакомых за счет заведения. 

— Я и не угощаю...

— Михаэль, Михаэль, — укорял меня Андреас, — мне обо всем рассказал Дмитрий, как ты поишь своих дружков...

Мне до сих пор непонятно, зачем так лживо наябедничал болгарин. Не все равно ли ему было, он ведь со дня на день уезжал дудеть в свой долбаный оркестр.

— А коктейли? — болезненно вскричал Андреас. — Ты же угощал их самыми дорогими коктейлями!

Я еще не умел делать коктейли. Их всколачивал Дмитрий. Я всего лишь налил стакан минеральной воды со льдом беременной жене моего приятеля. Вот и весь коктейль — вода со льдом!

Закончилось мое барменство неожиданно.

Когда я отсыпался после смены, в «Бельман» заявились две русские барышни и с порога спросили Андреаса:

— Скажите, а это бар Михаила Елизарова?

Андреас обиженно воскликнул:

— Это мой бар. Мой. А Елизаров, — он мстительно поджал губы, — здесь больше не работает! Да! Я его уволил!

Так мне пересказала эту сцену официантка Света.

И питерская квартира растаяла как фата-моргана.

Но нет худа без добра. Австрийский город Швац, что в горах Южного Тироля, нежданно выдал мне литературный грант, и я на беспечных полгода укатил в Австрию.

И насколько мне известно, русские писатели в «Бельмане» больше не собираются.

Комментировать Всего 3 комментария

вот те на...

те болгары, которых я встречала, очень даже к русским относились...

я в удивлении ,)

Я и сам был удивлен. Но примеров - два. Познакомился как-то в Швеции с болгарской переводчицей - она тоже что-то подобное высказывала - совсем не как в песне про  "Алешу". 

 Эх,Михаил, а среди русских  мало таких гнид... :-(