Главный Демон русской литературы. Разбор личности Лермонтова с психологом

Начнём со Школы гвардейских подпрапорщиков. Невысокого и сутулого Лермонтова там прозвали «Маёшкой» — в честь уродливого горбуна из французских карикатур. Отыгрывался он на самых беззащитных однокашниках: методично изводил их язвительными стихами и насмешками, пока те не начинали плакать. Как такое поведение объясняет психопатология?

Буллинг в детстве может стать причиной многих поведенческих компенсаций, и как эта история развернётся внутри конкретной личности — не всегда предсказуемо. Когда издевательства угрожают собственной идентичности и месту в обществе, приходится прибегать к компенсаторным тактикам, среди которых есть и силовые методы доказательства своего права на существование.

Ребёнок вынужден защищаться, и происходит это по разным сценариям: «бей», «беги», «замри». Кто-то останется молчаливым носителем боли, кто-то будет избегать и прятаться все школьные годы, а кто-то выберет любой ценой не испытывать унижения и занять весомое место в иерархии, невзирая уже на чужие страдания. Действительно, мучители нередко защищают собственную самооценку, перенося свой стыд на других. Пока описанный биографический срез — это и не садизм, и не расстройство личности, а просто адаптационная модель.

Тогда идём дельше. Спящим сослуживцам вливали воду в нос и рот, их связывали, а тех, кто пытался жаловаться начальству, подвергали жёсткому коллективному бойкоту. Зачинщиком этих казарменных забав был Лермонтов. Что это говорит о нём как о лидере группы?

К сожалению, такие «игры» нередко являются частью мужской гендерной социализации. Во времена Лермонтова не было психотерапевтов, и такие вопросы никак не отслеживали и не корректировали: педагоги часто пускали этот процесс на самотёк либо наказывали силовыми методами, что тоже спорно по эффективности. Мальчики могли опираться на готовую ролевую модель — достаточно почитать примеры гусарских забав, чтобы понять, какой характер транслировался как лидерский и эталонно «мужской». Аморальных поступков там достаточно много — в безобидной, как кажется, игровой форме.

Это может не иметь под собой конкретных расстройств и быть просто формой позиционирования в обществе, построенном на иерархии и токсичной маскулинности, где поощряются сила, власть, лидерство, харизма, взбалмошность, жестокий юмор, лёгкий нрав сердцееда. Но мы уже берём этот случай на рассмотрение как первые признаки отсутствия эмпатии, так как инициатива здесь принадлежит Лермонтову. Эти игры действительно требуют определённых личностных черт, и не каждый человек способен принять подобный вызов, а уж тем более придумать новый сценарий.

Можно ли разглядеть формирующуюся психопатию в том, как он обращался с лошадьми? Однажды Лермонтов намеренно заездил чужую лошадь до смерти, не проявив к ней никакой жалости. На манеже он нарочно «подрезал» других всадников — пока сам не получил удар копытом, который едва не стал фатальным.

Жестокость к животным может быть признаком диссоциального расстройства личности. Нередко серийные маньяки имели в анамнезе этот критерий. В описанном случае с лошадью мы видим эксплуатацию животного как способ получения победы любой ценой, что вполне свойственно рассматриваемому расстройству личности. Психопаты считают многие общественные нормы препятствием на пути к достижению своих целей и желаний. Они создают собственные правила. Такие качества, как манипулятивность, импульсивность, безжалостность и коварство, обычно начинают развиваться у психопатов ещё в детстве, а ко взрослому возрасту лишь укрепляются. У Лермонтова мы видим безжалостность как повторяющуюся тенденцию. Это тревожный знак при сборе анамнеза.

Теперь о войне. В сражении на реке Валерик Лермонтов командовал отрядом казаков-смертников в рукопашной резне. По воспоминаниям очевидцев, на его лице не было ни страха, ни боевого ража — только полное хладнокровие и «любопытство художника», фиксирующего чужую смерть. Так психика защищается от экстремального стресса — диссоциацией?

Хладнокровное отношение к смерти свойственно некоторым участникам боевых действий вследствие ПТСР. Необходимость длительно находиться в зоне боевых действий и оставаться функциональным вынуждает растождествляться с собственными чувствами и ценностями. Если добавить алкоголь — процесс будет происходить быстрее и разрушительнее, симптомокомплекс станет непредсказуемым. Человек может быть эмпатом, но экстремальные условия вполне могут деформировать личность. В нашем же случае налицо повторяющаяся концепция хладнокровия, которая может только усилиться и легализоваться в условиях войны.

Отдельная история — Екатерина Сушкова. В юности она посмеялась над Лермонтовым и отвергла его ухаживания. Спустя годы он отомстил ей по многоходовой схеме: цинично влюбил в себя, добился от неё публичного признания, скомпрометировал анонимным письмом, которое сам же и написал, а затем холодно объявил, что никогда её не любил. Насколько такая растянутая во времени месть далека от нормы?

Признаков отсроченной мести — четыре. Первый — выбор наказания, которое в разы тяжелее, чем проступок. Второй — осуществление компенсации или наказания в тот период, когда партнёр максимально уязвим. Третий — одним наказанием дело может не ограничиться. И четвёртый — умышленное растягивание времени от проступка к мести, чтобы было больше возможностей для изменения реальной картинки.

Все эти пункты в истории с Сушковой мы помечаем как осуществлённые. Это указывает на злопамятность, удовольствие от чужого раскаяния. Имеет место порча репутации, публичность творимого возмездия — это декорации, специи для усиления грандиозности поступка и полученного удовольствия. Весь этот театр нередко свойственен людям с расстройством личности.

Куда ехать в последний раз — сразу на передовую или на курорт в Пятигорск, — Лермонтов решил броском монеты. Выпал Пятигорск. Поэт принял это за фатальный знак и, едва приехав, начал планомерно доводить до дуэли Николая Мартынова. Жребий, вера в «знаки рока» — это магическое мышление?

Бесстрашие и рискованное поведение могут быть признаками диссоциального расстройства личности. Такие люди могут идти на риск, который для большинства был бы неприемлем, потому что не связывают его с негативными последствиями для себя, при этом физиологические показатели страха могут оставаться сохранными. Организм выделяет адреналин, но сам человек не распознаёт это как страх. Также есть уверенность в собственной неуязвимости, особенно если в анамнезе присутствует ряд подтверждающих «побед», когда другим так не повезло. Выжить — это не случайность, а закономерность в концепции грандиозности мышления.

Изо дня в день Лермонтов унижал старого знакомого перед женщинами, высмеивал его манеру одеваться и говорить. Мартынов прямо попросил его остановиться и предупредил о дуэли — травля только усилилась. Зачем?

Способность просчитывать действия, но в угоду собственной грандиозности, проиллюстрирована в случае с местью Сушковой. Выстраивать причинно-следственные связи Лермонтов наверняка умел. Разница лишь в сниженном критическом осмыслении. Сказать точно, ради чего он затеял эти игры с Мартыновым, мы не можем, так как нет данных о внутренней картине болезни.

Соберём пазл целиком: издевательства в юнкерской школе, бессмысленная жестокость к животным, холодное наблюдение за резнёй, изощрённая месть Сушковой и, наконец, провокация собственной гибели. К какому современному диагнозу по МКБ или DSM Лермонтов ближе всего? И о какой структуре личности можно говорить с наибольшей вероятностью?

Сейчас это именуется диссоциальным расстройством. Но так как приведённые случаи вырваны из обширного биографического и психоэмоционального контекста, мы не можем чётко поставить диагноз и оценить полноту клинической картины.

Манипулятивное и агрессивное поведение может быть вызвано и средой, и обстоятельствами, быть частью языка идеалов того времени. А может быть реактивным состоянием и со временем ослабевать. Я бы предположила субкомпенсированную степень расстройства с дальнейшим наблюдением и детальным сбором анамнеза. Но Лермонтов в этом обзоре — человек с выраженными антисоциальными чертами, требующими наблюдения специалиста.