Супермены — это мы. Как люди в плащах и трико стали ответом на страх, войну и подростковое одиночество

Вообще-то он должен был стать злодеем — лысым телепатом с манией величия и мечтами о мировом господстве. Но в последний момент Джо Шустер и Джерри Сигел по какому-то наитию изменили своё решение, превратив злодея в супергероя. Так человечество обрело мечту о мире, где любое зло наказуемо и где в итоге всё будет хорошо, — и ахнуло от восторга. Мир обрел супергероев.

Появление Супермена стало почти откровением. Люди писали в издательство Nation, владевшее журналом Action Comics, и требовали продолжения. Люди нуждались в супергероях. Люди ждали их. Не прошло и года — и на страницах комиксов гордо распластал крылья Бэтмен. Новый герой оказался не просто богачом, радеющим за мир в родном городе, но и отчасти наследником Леонардо да Винчи: художник Боб Кейн позже признался, что знаменитые крылья человека — летучей мыши срисовал с наброска летательного аппарата, сделанного гением Возрождения. В 1941-м родились Капитан Америка и Чудо-женщина. Первый тут же отправился в Европу бить фашистов — кстати, за время войны Капитан Америка выполнил не менее семи тайных силовых миссий в тылу врага. Вторая же поддержала всеобщий женский порыв — заменить мужчин-фронтовиков на производстве. Лозунг военных лет «Мы сможем сделать это!» обрел зримое воплощение, идеально попавшее в женские настроения тех лет. И не просто так попал: автором Чудо-женщины оказался отнюдь не легкомысленный художник. Уильям Марстон, один из самых популярных психологов Америки и создатель полиграфа, был первым мужчиной — теоретиком феминизма и не раз говорил в интервью, что, если несколько разбавить супергеройскую маскулинность, это пойдёт им только на пользу. Угадал, чего уж там.

Конец тридцатых годов, затягивавший планету дымом пожаров, стал идеальным временем для появления супергероев. Гитлеровская Германия грозила миру бойней, Европа полыхала, и что случится завтра, не знал никто. Людям срочно требовался рыцарь без страха и упрека, способный укрыть их от зла. Людям нужна была надежда, свет в конце туннеля. Храбрецы в обтягивающих доспехах исправно появились в ответ на отчаянный призыв испуганных жителей Готэма и прочих гражданских лиц. Примечательно, что по другую сторону железного занавеса, там, где слово «комикс» воспринималось как написанный с ошибками «колхоз», это чаяние было не менее истовым и тоже обрело своё воплощение. Фильм «Чапаев», вышедший на экраны в 1934 году, стал советским супергеройским манифестом. Не зря же Василий Иваныч и его верный оруженосец Петька на десятилетия вперед стали главными персонажами народного героико-юмористического эпоса, способными уложить целую армию белых с помощью перочинного ножичка и одной — зато вместительной! — корзины для грибов. Впрочем, это были супергерои локальные, близкие и понятные лишь в одной стране. Superman был куда более архетипичен в масштабах планеты.

Уроженец планеты Криптон точно попал в чаяния человечества. Хотя как первому среди равных, ему, конечно, пришлось тяжело. Он создавал модель супергероя, на себе испытывая фантазии криэйторов — писателей, художников, мультипликаторов и сценаристов, — осваивая супергеройскую Ойкумену, пробуя оружие на вес, гимнастические трюки — на излом, а публику — на степень доверия. К примеру, в своей дебютной версии 1938 года Супермен вовсе не умел летать — он мог лишь прыгать, но зато ого-го как высоко: одним прыжком могучий криптонец легко перемахивал через небоскреб. Но всё же, увы, это было недостаточно зрелищно.

А главное — не слишком кинематографично: студия Fleischer Studios, задумавшая в 1940-х серию коротких мультфильмов про супергерою, не смогла качественно нарисовать гигантские скачки: постоянное сгибание и разгибание коленей оказалось слишком сложной натурой для художников-мультипликаторов докомпьютерной эры. Так Супермен обрел свой главный талант. А в медитативные шестидесятые создатели приписали супергерою несколько весьма странных умений в духе детей-цветов: Супермен обрел телепатический определитель телефонных номеров и умение сотворять на кончиках пальцев собственные мини-копии. Но эти таланты показались публике странными — и не прижились. Может, сохранились, конечно, но Супермен их таит от зрителей. Неловко как-то.

Разумеется, любому герою нужен злодей подходящего масштаба — глупо тратить суперсилу на то, чтобы убеждать подростков перестать мусорить в парке. Главный противник Супермена — суперзлодей Лекс Лютор, но и с вызовами времени он сталкивается регулярно. Так, на излёте Второй мировой Супермен даже попал под гриф «Секретно»: в очередной серии комиксов криптонец должен был помешать заговорщикам взорвать над гражданскими людьми атомную бомбу. Название смертельного оружия, по признанию авторов, они просто выдумали — но контрразведка таких фантазий не одобряла, и новый выпуск комиксов пришлось отправить под сукно аккурат до августа 1945-го. А в 46-м, в серии радиоисторий «Клан огненного креста» Супермен выступил против Ку-клукс-клана — после чего у реальных клановцев набор неофитов рухнул, как биржа в «чёрный вторник».

Люди любят своих супергероев.

А за что?

За то, что они владеют недоступными нам суперсилами? Верно, конечно, — для младшего и среднего школьного возраста. «Дорогие дети, обращаем ваше внимание: костюм Супермена не дает возможности летать!» — если верить популярному интернет-мему, такую табличку остроумные продавцы карнавальных костюмов вешали над стеллажами с униформой супергероев. Правда, но грустная, — а в грустной правде ребенка пойди убеди. Вот и летали, травматологи соврать не дадут.

Но подростки любят супергероев уже за другое.

Дело вовсе не в том, что те способны пробить кулаком кирпичную стену, перепрыгнуть небоскреб или раскрутить планету в обратную сторону. Дело в том, что все они — изгои. Неправильные. Одиночки. Не такие, как все. А о том, как страшно быть другим, непохожим, знает каждый подросток — и страх этот помнит иногда и до седых волос.

Одна лишь сила не способна заставить сопереживать персонажу. Супергерои вызывают сочувствие не своими возможностями, а своими потерями. Как Супермен — сирота, оставшийся в одиночестве на чуждой ему планете. Как Питер Паркер, скрывающий свои способности, чтобы друзья и близкие не отшатнулись от него в страхе. Супергерои знают, каково быть другим, быть непонятым, осмеянным, отвергнутым. И поэтому подростки никогда не перестанут смотреть фильмы о вселенной Marvel и DC. Потому что там они находят родственные души, понимающие такие типичные, но такие трудные проблемы тинейджеров всего мира, у которых страх выделиться из толпы смешивается со страхом быть разоблачённым ею, а неспособность понять самого себя и найти свое место в жизни — с гнетущим осознанием того, что и другие тебя ни за что не поймут.

Притягательность супергероев не в том, что они раз за разом спасают мир, а в том, что они находят в себе мужество жить в нём. Их невероятные способности лишь на первый взгляд кажутся подарком судьбы. На самом деле они получены дорогой ценой — ценой отказа от простого и понятного пути, от легкости и наива простого обывателя. Они как будто бы должны стать защитой от всех на свете бед — но в реальности лишь притягивают их. Не слишком выдающийся репортер Кларк Кент мог бы страдать от того, что редактор его не ценит, а симпатичная девушка держит в безнадежной френдзоне — но, надев трико и маску, он вынужден спасать её и еще тысячи людей от мирового зла. Питера Паркера после укуса паука перестают волновать типичные подростковые проблемы — потому что проблема выживания в столкновении с суперзлодеем становится куда более актуальной. Халка Брюса Бэннера боится весь мир, но сам он боится лишь самого себя.

Чем больше власти — тем больше ответственности. Уникальные способности — это не аллегория силы, это символ той красной черты, которая отделяет их обладателя от остального мира. И в этой связи гениальный безумец Джон Форбс Нэш, основоположник теории игр, многолетний пациент сумасшедших домов и лауреат Нобелевской премии, герой прекрасного фильма «Игры разума» — почти такой же супергерой, как Паркер и Кент. И не зря сложная многослойная мелодрама из туманного и загадочного на массовый вкус мира большой науки ставила рекорды кассовых сборов и отхватила четыре «Оскара»: просто у исполнителя главной роли Рассела Кроу хватило таланта показать Нэша Суперменом реального мира. Гениальным безумцем-одиночкой, достигшим могущества — и заплатившим за это полную цену.

Потому что супергерой становится непобедимым лишь тогда, когда перестает считать свою силу проклятием и принимает её. И именно этого момента всегда с нетерпением ждет зрительный зал. Именно он напоминает: как бы ни было тяжело чувствовать себя одиноким перед лицом всего мира, какой бы непроглядной ни выглядела тьма впереди, какой бы невыносимой ни казалась ноша — в человеческих силах преодолеть всё это и многое другое. Супергерои — это не боги, это люди, которые продолжают двигаться вперед, когда весь мир против них.

И, наверное, это и есть главная, самая важная суперспособность.