Шоу Сноба на Youtube Шоу Сноба на Youtube Шоу Сноба на Youtube Шоу Сноба на Youtube
Шоу Сноба на Youtube Шоу Сноба на Youtube
Все новости
Партнерский материал

Замри, роди, воскресни

На экраны выходит фильм «Дылда», который принес Кантемиру Балагову приз за лучшую режиссуру в программе «Особый взгляд» Каннского фестиваля. На этот раз автор «Тесноты» обратился не к 90-м, а к еще более раннему прошлому, сняв картину о двух искалеченных войной женщинах, которые в Ленинграде 1945 года пытаются вернуться к нормальной жизни
14 июня 2019 14:50
Кадр из фильма Фото: Kinopoisk

Этот фильм не лезет ни в какие рамки и обманывает любые ожидания. Его очень хотели видеть историей любви двух женщин и даже номинировали в Каннах на квир-пальмовую ветвь, но, как оказалось, даже «Служили два товарища» — гей-драма в гораздо большей степени, чем «Дылда» — фильм о проблемах ЛГБТ. Это могла быть картина о великой победе и отважных женщинах, которые приближали ее как могли, но две девчонки на горестных руинах послевоенного Ленинграда не вспоминают ни о доблестях, ни о подвигах, ни о славе, потому что хотят просто жить, танцевать и любить. Наверняка было бы несложно превратить историю, придуманную Балаговым вместе с Александром Тереховым (автором не только «Каменного моста» и «Немцев», но и сценария для «Матильды»), в рассказ об ужасах тех лет: калеки, похотливые мажоры, детоубийство, нищета, голод, жирующие чиновники, доносы в НКВД, шантаж, харассмент — все здесь вроде бы есть, но в «Дылде» столько райского света и земной нежности, что и этот ярлык на нее никак не клеится. 

Кадр из фильма Фото: Kinopoisk

Дылда — это Ия, длинная девушка с коротким именем, которое означает, как нам объясняет увивающийся за ней престарелый сосед, нежную фиалку. Ия работает санитаркой и воспитывает маленького мужичка Пашку, иногда совмещая оба занятия, из-за чего мальчик много времени проводит в госпитале, среди раненых, которые в своих белых одеждах похожи на искалеченных ангелов — особенно, когда изображают для него то ли зоологический сад, то ли райский и, взмахивая обрубками рук, будто крыльями, пытаются взлететь. Дылду контузило на фронте, отчего она иногда замирает, ничего не видя и не слыша вокруг, и словно бы на пару минут исчезает из реальности. Ия вообще существует на границе двух миров, но, хотя предполагается, что она должна дарить жизнь — как санитарка и как женщина, — Дылда отчего-то несет лишь смерть и крадет чужое дыхание, становясь нежной проводницей в небытие.

Ее фронтовая подруга, наоборот, кажется воплощением жизни: если Ия, белесая и нескладная, прекрасна какой-то не совсем человеческой красотой, то разбитная Машка выглядит очень земной и, вернувшись в Ленинград, в первый же вечер ловко стаскивает трусы, оставшись в машине с губошлепом Сашкой — тот, напоминая одновременно Путина и Колю Герасимова, словно бы символизирует два варианта прекрасного далека. Маша очень хочет ребенка, но поперек живота у нее огромный шрам, скрывающий пустоту внутри: забеременеть она не может ни при каких обстоятельствах. В сущности, обе подруги — такие же калеки, как их пациенты, просто увечья женщин не так заметны. В книге Светланы Алексиевич «У войны не женское лицо», откуда в некоторой степени выросла «Дылда», было много историй про девушек, которые, вернувшись с фронта, прятали свои ордена и рвали справки об инвалидности: они мечтали стать такими же, как раньше, чтобы снова бегать на свидания, красить губы алой помадой и кружиться в изумрудных платьях.

Кадр из фильма Фото: Kinopoisk

Стараниями оператора Ксении Середы по всему фильму рассыпаны эти цветные пятна, зеленые и красные. Иногда кажется, что они с Балаговым несколько переусердствуют — особенно когда зелеными оказываются и кухонная тряпка, и утка под кроватью больного, — но упражнениями дорвавшейся до камеры молодежи (обоим нет еще и тридцати) это никак не выглядит. Скорее, почерком уже сложившихся мастеров. Зеленый — это, конечно, цвет жизни и возрождения, но именно на нем ярче всего смотрится красный, и понятно, что рано или поздно капли крови упадут на новое платье. «Дылда» — как раз про этот контраст и взаимопроникновение зеленого и красного, жизни и смерти, любви и подлости, радости и ужаса. Маша мечтает стать матерью и ради этого готова врать, доносить и шантажировать. Ия кажется чистой и безгрешной, но именно через нее война продолжает убивать. Одну выскоблили изнутри фронтовые врачи, сделав бесплодной, у другой не все в порядке с головой, но обе верят, что вместе они смогут совершить чудо. Что все будет как раньше — зеленая юбка, красные бусы, детский смех. И раненый солдат, взмахнув культями, поднимется в небо.

20 июня в рамках проекта КАРО.Арт состоится специальный показ и обсуждение фильма c режиссером Катемиром Балаговым, продюсером Александром Роднянским и кинокритиком Антоном Долиным.

Поддержать лого сноб
0 комментариев
Зарегистрироваться или Войти, чтобы оставить комментарий
Читайте также
Саша Щипин
В Москве начался Beat Film Festival, где до 9 июня можно будет смотреть документальное кино о современной культуре — о музыке, архитектуре, телевидении, спорте, танцах, — а заодно слушать лекции и участвовать в дискуссиях, обсуждая увиденное. «Сноб» нашел в разных программах фестиваля семь фильмов, о которых хочется поговорить особенно подробно
Саша Щипин
Шестого июня на экраны выходит фильм «Вита и Вирджиния» — история любви двух писательниц, которые очень хотели поменяться ролями, но не подозревали, к чему это их приведет
Игорь Залюбовин
Корреспондент «Сноба» Игорь Залюбовин не видел ни одной серии «Игры престолов» — и именно поэтому редакция отправила его на стадион «Локомотив», где фанаты смотрели последний эпизод самого кассового сериала за всю историю человечества