Регина фон Флемминг: Экспатам в России нужно иметь железные нервы

Эдвард Сноуден уже неделю работает на некую российскую компанию. По словам его адвоката Анатолия Кучерены, Сноуден занимается поддержкой «крупнейшего российского сайта». Сноуден не единственный — хоть и один из самых знаменитых — специалист, нашедший работу на чужбине. С какими сложностями сталкиваются экспаты, «Снобу» рассказали промышленный дизайнер Владимир Пирожков, генеральный директор издательского дома Axel Springer Russia Регина фон Флемминг и руководитель рекрутингового агентства Алена Владимирская

Иллюстрация: Corbis/Fotosa.ru
Иллюстрация: Corbis/Fotosa.ru
+T -
Поделиться:

Владимир Пирожков, разработчик дизайна олимпийского факела:

Я очень долго работал на японцев, и у меня есть по этому поводу одно наблюдение. Население Японии почти равно населению России: у них 130 миллионов человек, а у нас 140. Эти товарищи живут очень кучно на маленькой территории размером с нашу Самарскую область. Все продукты, которые они производят, особенно тщательно разработаны в отношении компоновки: «как вместить невместимое?» Например, есть очень малогабаритный объект, в который надо впихнуть видеокамеру, прибор колоссальной сложности. Или автомобили, которые сконструированы очень компактно и правильно. Японцы умеют упаковать неупаковываемое. Мы родились в стране других масштабов. Но от того, что мы такие богатые и у нас большое количество ресурсов, мы по-своему бедны и все никак не можем по-человечески освоить ресурсы такого объема. Кризис ресурсов создает условия для более тщательной работы с ними. На самом деле это ни хорошо, ни плохо. Нам просто надо быть мудрее и научиться тому, чему научились японцы, которым повезло меньше.

За границей работать хорошо. В первую очередь, потому что там профессионалы, все налажено, есть очень мощный проджект-менеджмент. Когда занимаешься проектами с коллегами за границей, у них многому учишься, видишь, как правильно проходят самые разные процессы. Но я вернулся работать в Россию, хоть это и звучит пафосно, потому что родина уже многое в меня вложила в свое время, и теперь я хочу передать опыт, который я набрал за рубежом, тем, кто работает здесь. У нас есть слабые места в организации процесса работы, с которыми успешно справляются иностранные коллеги.

Еще одна причина, почему я вернулся работать сюда: в России работать интересней. После СССР наша система была настроена под другие задачи, поэтому мы сейчас вынуждены меняться очень быстро. Многие отрасли и направления находятся в полном вакууме, поэтому здесь очень востребованы профессионалы, которые знают свое дело. Кадровый голод ощущается повсюду.

Здесь мы обращаемся к истории и вспоминаем, что еще Петр I приглашал профессионалов и специалистов для строительства новой России. На мой взгляд, пришло время, когда у нас есть потребность и возможности делать похожую историю. Мы должны быть конкурентоспособными, но наша главная проблема, а вместе с тем и главная задача — это целеполагание. Какой будет Россия через 30-40 лет, как она будет встроена в международную систему взаимоотношений? Мы ведущая страна по производству молока или нефти? Южная Корея 20 лет назад сказала: мы не стремимся к звездам, но станем лучшими в автомобильной промышленности и электронике. Вот и все, 20 лет прошло — и они лучшие. В основе — постановка задачи, стратегия и тактика выполнения. А у нас нет ни цели, ни стратегии. Зато есть колоссальный потенциал и ресурсы для достижения любой цели, которую мы перед собой поставим. Вот в чем разница работы здесь и за рубежом. Можно сколько угодно своим трудом повышать ВВП Японии, но я остался здесь из-за возможностей, которые перед нами открываются. Потому и не удивляюсь, что Эдвард остался здесь и нашел себе работу.

 

Могу пожелать Эдварду Сноудену удачи. Работать экспатам в России сложно: нужно иметь железные нервы и уметь сохранять спокойствие. Вообще-то мы ждали, что Сноуден уедет жить и работать к нам в Германию, так что меня как немку эти новости немного опечалили.

Регина фон Флемминг, генеральный директор издательского дома Axel Springer Russia:

Я работаю в России уже 17 лет и считаю себя наполовину русской. Но сначала мне было, конечно, сложно. Если в Германии договариваешься о встрече в три часа, значит, все придут вовремя. А в России — нет, тут все непунктуальные. А еще у нас очень большая культурная разница. Например, я прихожу на встречу, представляюсь: «Здравствуйте, я Регина фон Флемминг, генеральный директор издательского дома», а мне просто отвечают: «Очень приятно, Сергей». Потом я сижу и не знаю, был это бизнесмен или его водитель.

Могу пожелать Эдварду Сноудену удачи. Работать экспатам в России сложно: нужно иметь железные нервы и уметь сохранять спокойствие. Вообще-то мы ждали, что Сноуден уедет жить и работать к нам в Германию, так что меня как немку эти новости немного опечалили.

Алена Владимирская, руководитель агентства интернет-рекрутинга PRUFFI:

Несмотря на сложное отношение к России, сюда охотно едут экспаты со всего мира, особенно из Европы, где сложилась очень сложная ситуация с вакансиями топ-менеджеров. В России им обещают больше денег, больше возможностей и вообще охотно ждут. К нам едут работать две категории людей. Первые уже создали себе имя, много отработали в своей сфере и собираются консультировать и обучать. Вторые — это молодые люди, которые хотят воспользоваться возможностью перепрыгнуть через несколько карьерных ступенек при трудоустройстве в другой стране. Работа экспата, как правило, дешевле и лучше, чем работа наших специалистов, но при этом инфраструктура, обеспечивающая их работу, стоит дорого: перевоз семьи, аренда квартиры, улучшенная медицинская страховка.

Мы проводили исследование о том, что больше всего шокирует экспатов в России. На первом месте оказалась погода. Пока лето, все хорошо. Про русскую зиму они тоже наслышаны. А вот нестабильная осень, межсезонье их очень пугает. На втором месте — бюрократия и коррупция. Коррупции они больше боятся, чем реально с ней сталкиваются. Их чрезвычайно беспокоят наши акционерные отношения. Еще экспаты обращают особое внимание на привычку в России не держать обещания. В американской культуре, например, когда ты что-то пообещал, то сделаешь это, даже если не подписывал никаких документов. На фоне всего этого они отмечают огромный потенциал и возможности, которые открываются перед ними здесь и которые невозможно реализовать в других странах.