/ Красноярск

Михаил Прохоров и  Ирина Прохорова открыли Красноярскую книжную ярмарку

Среди лауреатов новой литературной премии «НОС» не нашлось места Сорокину, Пелевину и Рубинштейну

Иллюстрация: Сaroline Drоcks
Иллюстрация: Сaroline Drоcks
+T -
Поделиться:

Объявление шорт-листа новой литературной премии «НОС», или «Новая словесность» (кто-то еще расшифровывает ее как «новая социальность»), прошло в атмосфере столь же неформальной, сколь и напряженной. Интрига в том, что согласно регламенту новой премии зрители могут наблюдать за выбором ее шорт-листа, и влиять по мере возможности на мнение членов жюри. На деле все произошло немного иначе.

Часть критиков и публики была уверена в том, что сможет вступить с членами жюри в дискуссию, чтобы оспорить их решение. Однако стало понятно, что обсуждать решение они могут, но менять не намерены. Тогда Ирина Прохорова напомнила присутствующим, что такая возможность все же предполагалась, и было решено голосовать дополнительно, чтобы дать возможность еще нескольким произведениям попасть в шорт-лист.

Однако начиналось все спокойно, и даже несколько формально. Елена Фанайлова, Марк Липовецкий, Кирилл Кобрин и Владислав Толстов по очереди представляли свою часть программы, а председатель Алексей Левинсон вставлял реплики относительно того или иного произведения. Затем каждый из членов жюри назвал одну, а Кобрин — две книги, которые они сочли достойными премии.

В итоге в шорт-лист из возможных 10 попали 6 книг:

Татьяна Бочарова, «Новочеркасск: кровавый полдень»

Сергей Носов, «Тайная жизнь петербургских памятников»

Елена Элтанг, «Каменные клены»

Андрей Аствацатуров, «Люди в голом»

Лев Гурский «Роман Арбитман — второй президент России»

Андрей Степанов, «Сказки не про людей»

Как только были названы победители, Ирина Прохорова задала вопрос, который вызвал острую дискуссию, переросшую в литературный спор. Прохорова заметила, что Пелевин, Сорокин и Рубинштейн, самые известные авторы лонг-листа, снова не попали в шорт-лист, и предложила членам жюри объяснить, с чем это связано.

Марк Липовецкий ответил, что премию дают не авторам, а книгам. По мнению жюри, Пелевин написал слабый роман, Рубинштейн изменил своей обычной ироничной манере в пользу большей жесткости, а книга Владимира Сорокина «Сахарный Кремль» — это сборник новелл по мотивам его «Дня опричника», и не может восприниматься отдельно от нее. Было выдвинуто предложение издать обе книги под одной обложкой, чтобы потомки могли воспринимать их как первый и второй том «Войны и мира».

Обсуждение выбора жюри по истечении часа стало похоже на поэтический слэм, который в это время уже шел в Доме кино. Критики Николай Александров и Константин Мильчин вступили с оживленную дискуссию с жюри, требуя внести в шорт-лист Сорокина или хотя бы Пелевина. В итоге они предложили свои альтернативные шорт-листы, отчасти совпавшие с выбором жюри.

Николай Александров:

Маргарита Меклина, «Зороастрийские зеркала»

Виктор Пелевин, «П5»

Всеволод Бенигсен, «ГенАцид»

Андрей Степанов, «Сказки не про людей»

Лев Рубиншейн, «Словарный запас»

Владимир Сорокин, «Сахарный Кремль»

Константин Мильчин:

Александр Терехов, «Каменный мост»

Владимир Сорокин, «Сахарный кремль»

Виктор Пелевин, «П5»

Андрей Геласимов, «Степные боги»

В итоге член жюри Елена Фанайлова достала черновик шорт-листа, в котором, как оказалось, были Всеволод Бенигсен и Лев Рубинштейн. Однако при повторном голосовании, которого так добивались критики и публика, ни за одно из произведений (голосовали и за Сорокина) не было поднято больше двух рук. Поэтому результаты решено было оставить прежними.

Под скромные аплодисменты председатель жюри Алексей Левинсон предложил опубликовать дискуссию, где будет отмечено мнение оппонентов и симпатии публики. Ведь литературные дебаты — наилучшая поддержка тем книгам, которые обсуждаются.

В выставочном комплексе «Сибирь» было чем заняться и тем, кого не интересовала судьба произведений Сорокина, Пелевина и Рубинштейна.

На дневной пресс-конференции в честь открытия можно было послушать выступление учредителя Фонда культурных инициатив Михаила Прохорова, который сказал: «Опыт проведения двух предыдущих ярмарок показал, что наш проект востребован как в профессиональном сообществе, так и среди жителей Красноярска». Эти слова вполне подтверждает атмосфера, которая сложилась на ярмарке. Здесь хватает и профессионалов книжного дела, которые запросто гуляют по зданию в летней одежде, благо живут тут же в гостинице, и обычных красноярцев, которых пока волнуют скорее сами книги, а не книжные премии.

Мария Семендяева