Фейк по чесноку: Джеймс Макэвой выпустил режиссёрский дебют «Калифорнийская афера»
Премьера «Калифорнийской аферы» состоялась на престижном международном кинофестивале в Торонто. Это вполне естественно: фильм стал режиссёрским дебютом Джеймса Макэвоя, звезды «Сплита» и «Людей Икс», хотя задолго до них Тимур Бекмамбетов снимал его в главной роли в «Особо опасен». Любой фестиваль оторвал бы фильм с руками, а «Афера» ещё и очень понравилась критикам: на Rotten Tomatoes у неё 93%, то есть перед нами потенциальный хит. А Макэвой пожинал лавры и всем жал руку. И всё бы ничего, но премьера в Торонто была не в этом сентябре, а в прошлом. После нескольких фестивальных показов фильм на пробу выпустили весной в Великобритании и Ирландии, но прошёл он там довольно скромно. И вот только теперь «Афера» добралась до международного проката, хотя далеко не во всех странах её купили для кинодистрибуции. Это при том, что все признают, что история отличная и фильм достойный.
Во всём этом есть некая грустная ирония и совпадение с сюжетом самого фильма, о котором идёт речь. Вообще говоря, по структуре это сказка. Два сорванца, Гэвин и Билли, живут в спальном районе Данди в Шотландии, работают в колл-центре и всё свободное время мотаются по окраине и сочиняют рэп. Они уверены, что их ждёт большое будущее на сцене, но почему-то на первом же прослушивании в Лондоне их поднимают на смех: шотландский акцент у ребят такой сильный, что их за пределами родного района мало кто понимает. И тут Билли приходит в голову потрясающая идея: надо отработать американский акцент и в Лондоне выдать себя за американских рэперов. Они придумывают себе биографии, меняют имена — теперь они Silibil N Brainz, а не Гэвин и Билли.
Расчёт оказывается верным. Большой лейбл после первой же демки на американском английском приглашает друзей записать сингл. Оказывается, что ровно те же песни, но без шотландского акцента, работают безупречно. Друзья поначалу хотят на местном MTV признаться в подлоге и бросить в лицо лицемерной индустрии её предрассудки. Но соблазн славы, денег и симпатичных фанаток оказывается слишком силён. Правда, девушка Билли давит на него и требует раскрыть обман, потому что нехорошо предавать себя и притворяться кем-то другим.
То, что всё это случилось на самом деле, пусть даже для сценария многое было изменено, придаёт происходящему особый шарм. Путь, который проделывают герои, представляет собой полный комплект нелепых ситуаций, недоразумений и невезений. Сначала за ними гоняются местные гопники, потом высмеивают лондонские денди, их динамят секретари всех лейблов подряд. Потом они регулярно попадают впросак, потому что про Америку ничего не знают и акцент у них всё равно получается дурацкий. А дальше начинается такое, что уже не знаешь, плакать или смеяться. Очень жалко парней, таких талантливых — и таких лузеров при этом.
Макэвой не просто так выбрал эту историю. И дело не только в том, что он шотландец, а шотландцев при этом практически не играл, да и здесь он крутой лондонский продюсер без всяких скидок. Можно представить, каким был бы этот сюжет, если бы его придумывали с нуля. Ребята становились бы известными, а потом либо их кто-то начал бы шантажировать, либо это были бы наркотики, фам фаталь, конкурирующие лейблы, судебные иски, возможно, смерть кого-то из участников. Здесь же стопроцентно инфантильные персонажи — и у них инфантильные проблемы, которые в итоге и определяют всё.
Взрослый зритель прекрасно понимает разницу между сценическим образом (или лирическим героем) и реальным человеком; есть миллион примеров, которые подтверждают эту несложную мысль. Взрослому зрителю вполне очевидно, что лейблу должно быть, в общем, без разницы, откуда хип-хоп-исполнители, если они приносят кассу. Также этому зрителю вполне очевидно, что нет ничего глупее, чем приходить на телепрограмму и признаваться там, что всех обманули, если на этом карьера может закончиться, едва начавшись. И так далее, включая отношения Билли с его подружкой. Но ещё Аристотель указывал на то, что логика искусства может не совпадать с действительностью. На этом зазоре и построен фильм Макэвоя.
И всё было бы прекрасно в этом примере дурацкой в самом лучшем смысле истории. Великолепны молодые артисты Шеймус Маклин Росс и Сэмюэл Боттомли, настолько органичные, что словно бы самих себя играют. А из Люси Холлидэй получилась отличная подружка Билли. Концерт ребят на большой сцене снимался на настоящей большой сцене в Глазго, где массовка действительно пришла в восторг и по-настоящему отрывалась под их песни. Здесь много аутентичного, и, конечно, нужно смотреть с оригинальным звуком, чтобы слышать речевые контрасты между пресловутыми акцентами.
Но кто сможет объяснить, почему Макэвой эту панк-сказку решил снимать не как панк-кино? Это могло быть мокьюментари в формате found footage, это могла быть эстетика MTV, можно было добавить анимационные вставки, полиэкран, хронику и другие экспрессивные средства. Здесь должно было быть много сцен с оргиями, буйными вечеринками, голыми девицами — между прочим, про Silibil N Brainz много лет назад вышел док The Great Hip Hop Hoax, где всего этого было больше, чем у Макэвоя. А Макэвой как будто побоялся рисковать и понизил градус. Это сделало перспективы фильма несколько туманными, потому что форма часто (хотя и не всегда) отстаёт от содержания. Надо было звать Сашу Барона Коэна: он бы подредактировал в правильную сторону.
Что будет в мировом прокате с фильмом, предсказать нетрудно. Он не станет коммерческим хитом; возможно, его увидят только фанаты Макэвоя, шотландцы и начинающие хип-хоп-исполнители. Но если всё же пойти в кино, то с экрана всё равно хлынет безумный драйв Бивиса и Баттхеда с Британских островов, которые уделывают шоу-бизнес и, как тупой и ещё тупее, вечно проваливают всё, что только можно себе представить. Громкая музыка, талантливые юноши, цена славы и запах денег — всё это очень заразительно, просто придётся напрячь воображение, чтобы представить всё, что у Макэвоя осталось за кадром. А если не получится, можно посмотреть упомянутый док BBC или прочитать мемуары Гэвина — они, говорят, куда радикальнее и ярче, чем всё, что было снято про Silibil N Brainz.