Я все лето регулярно катаюсь на велике по городу. До 30 км в день накручиваю. Понимаю, что все мы уже привыкли к упавшим, опрокинутым электросамокатам. Их и пацанва опрокидывает, и ветер, и совсем обозленные горожане (по причине того, что бросают эти самокаты в самых неудобных местах, перекрывая любое движение — видел одного такого яростного человека, который в настоящем раже ногой выпинывал эти самокаты с вполне законной велодорожки)...  Не исключаю, что есть и эдакие самокатные войны. Фиолетовые опрокидывают желтых и серых. И наоборот. Это мое предположение. Так или иначе упавшие самокаты по утрам (и не только) мы встречаем на каждом шагу. Мне они кажутся эдакими раненными техноживотными. И их тоже как-то по-своему, но все же жалко. И эта жалость к неодушевленному имеет какую-то другую цену? Или нет? А еще эти причудливые иероглифы из упавших самокатов — это такое особенное русское ваби-саби. Это не грязь и не чернуха. Это наша цивилизационная подпись, это наш автограф, это наши следы. Это страницы истории нашей ставшей и постоянно становящейся, нашей изменчивой городской чувствительности.