Скинь туфли узкие — и босиком!
На апрельском показе в Биаррице модный дом Chanel под руководством Матьё Блази показал странную обувь. Это и обувью-то назвать сложно — какой-то подпяточник на двух тонких завязках. Джейкоб Галлахер, модный обозреватель The New York Times, высказался резко (not so much a shoe as a shit — «не столько туфли, сколько дерьмо»), добавив, что эти напяточники «олицетворяют иррациональную, бессмысленную роскошь высшего уровня — обувь для ног, которые никогда не касаются земли».
Однако растущее число моделей с расширенным мыском — повод поговорить о прогрессе: и в принятии не всегда идеальных человеческих ступней, и с медицинской точки зрения.
Давайте сначала честно, а потом ещё честнее. Итак: любая ступня в узкой обуви на каблуке выглядит изящнее, любые ноги — в целом длиннее, любая спина — ровнее. Однако ходить на этих каблуках — испытание. Что в мировом кинематографе, что в нашей с вами частной жизни сцен, когда женщина стаскивает туфли и облегченно вздыхает, пруд пруди. Когда-то узкий обувной нос «принадлежал» и мужчинам и женщинам: по одной из версий, так было удобнее вставлять ногу в стремя; каблук, предположительно, мог возникнуть по той же причине (проще цепляться), а потом уже открылись эстетические возможности того и другого. Теперь же дамы полюбили заглядывать в мужской отдел — там проблема широких ступней решается несправедливо проще.
Люди страдали от неудобной обуви во все времена. Во II веке н. э. теолог Тертуллиан вопрошал: «кто не предпочтет замерзнуть босиком в холод, чем ходить обутым?» По этикету римляне должны были появляться в городе в тоге и кальцеях — обуви, покрывающей ступни. Ехидный поэт Валерий Марциал, автор эпиграмм на общество, утверждал, что в непринужденной обстановке, а тем более дома так никто не ходит — жарко и неудобно. И это про безобидную пару, состоящую из двух кусков дубленой кожи, скреплённых гвоздями или сшитых по ноге.
Человеческая ступня — чудо чьей-то инженерной мысли, сродни готическому собору с его аркбутанами и нервюрами: три арки, одна поперечная и две продольные, 26 костей (из 31, приходящейся на каждую ногу), четыре функции — рессорная, балансировочная, опорная и толчковая. При шаге первую нагрузку принимает на себя пятка (вы Chanel ругаете, а они исключительно о пятке и позаботились), после начинается фаза переката, от наружного отдела по всей стопе, затем подключается поперечный свод. В ходе индустриальной революции ступни разной ширины, от аристократически узких до степенно широких, и формы (египетская: самый длинный — большой палец; греческая: лидирует второй палец; римская: пальцы одинаковой длины) «попали в тиски» массового, унифицированного производства.
Невольно задумаешься, что было здравое зерно даже в педоскопе — одной из худших идей XX века по версии журнала Time. Что ещё за педоскоп? А очень просто: клиент помещал свои обутые ноги в рентгеновский ящик высотой чуть больше метра и через окошечко сверху оценивал, хватает ли места пальцам, свободно ли размещены кости стопы. Магазины закупали недешёвую новинку, чтобы поразить покупателей. Те выстаивали очереди, и часто не ради себя, а для идеального подбора обуви детям. Даже в 1950-х, когда вред от радиации уже ни у кого не вызывал сомнения, поставщики аппаратов пытались бороться за своё детище. Они рекомендовали временные интервалы, в течение которых можно стоять в педоскопе, калибровали дозу облучения, лимитировали число детских примерок — не больше 12 в год на малыша. Сильнее всех страдали продавцы, которые и находились ближе остальных, и ощупывали клиентские ноги внутри аппарата. После фиксации заболеваний рук эпоха педоскопов закончилась, несмотря на заверения вроде «вред облучения меньше вреда от неправильной обуви».
Пальцы врозь
Линейка обуви 5T от Coperni завирусилась в соцсетях год назад. Вдобавок к анатомической обуви у бренда есть Ergonomic Tote — сумка, чья тыльная сторона вогнута по форме человеческого тела (если точнее, бока). В результате относительно молодой (основан в 2013 году) и хайповый бренд соединяет трендовые решения с технологичными, ссылаясь не только на имя Николая Коперника в названии, но и на мультидисциплинарный подход ученого.
К коллекции весна–лето 2026-го Coperni добавил в ассортимент новую пару, на этот раз в коллаборации с брендом Barreletics. Те специализируются на забавных резиновых тапках, которые дают полное сцепление с полом — любым, занимаетесь вы йогой, пилатесом или держите равновесие на сапборде. Размер единый за счет того, что пальцы ног предоставлены сами себе: подошвы под ними нет. Впрочем, у Barreletics есть варианты, где у подошвы высечены секторы на пятках и перед подушечками. Это, знаете, ещё много оставили: итальянский бренд Mario Doni (ручное производство в Тоскане) шьёт сандалии, состоящие из крестоподобной полосы кожи в качестве подошвы и пары ремешков, чтобы конструкция держалась на ноге.
Пятипалая обувь — не изобретение почитателей Коперника. В 2024-м прославились эластичные FiveFingers корпорации Vibram, с 1937 года производящей всемирно известные резиновые подошвы. На примере FiveFingers видно, как не быстро всё происходит, когда дело касается непривычной — и малоизящной — обуви: вообще-то они были выпущены в продажу в далеком 2005 году для бегунов, стремившихся сохранить тактильные ощущения от контакта с землей. А первый прототип вообще датируется 2002-м. Постепенно список подходящих видов спорта ширился: в обуви «с пальчиками» стали заниматься боевыми искусствами, тяжёлой атлетикой, отправились в походы, наконец, вышли на улицу. На британском сайте пары расставлены по категориям: Training Gents и Ladies («мужские и женские для тренировок»), Outdoor («для активного отдыха»), Water («для воды») и Lifestyle («на каждый день»). В последнем разделе можно купить прямо-таки щегольские белые (подойдут для свадьбы) или розовые в сеточку.
В Нью-Йорке редакторы моды бегают в FiveFingers между показами. Звездным адептом является Мэттью Макконахи. Актёр подчеркивал, что у него улучшились осанка и общее самочувствие, и он подарил пару коллеге по фильму «Интерстеллар» Джессике Честейн. Та подарком, кажется, не воспользовалась, а вот жена Мэттью носит и не жалуется. Далее загибаем пальцы (рук): Сергей Брин (переобулся одним из первых), Гвинет Пэлтроу, Дэниел Крейг, Кейт Хадсон, Кристен Стюарт, когда играет в гольф, а не является лицом Chanel. Рианна — но та появлялась в совместном детище Vibram с Balenciaga, потому как самая модная. Отдельно стоит отметить актрису Шейлин Вудли. Она пришла в FiveFingers на афтепати премии Golden Globes в 2012 году, дополнив их черным бархатным платьем.
Господа, вы звери!
Впервые Animal Toe («звериный» мыс) появился в коллекции Vivienne Westwood сезона весна–лето 2000. В целом работа отсылала к Бахусу, богу плодородия, виноделия и экстаза (религиозного, но необязательно). Другие имена Бахуса — Вакх с Дионисом, поэтому и вакханалия, и дионисийское начало, предполагающее в том числе хаотичное слияние с природой, применительно к Animal Toe кажутся вполне оправданными. Как формулируют вествудовцы, между этой обувью и ногой возникает сексуальное напряжение: словно нога пытается вырваться изнутри, оставляя след на коже.
Изначально пары Animal Toe «стояли» на очень высоких каблуках. Как и двумя годами спустя: в весенне-летней коллекции 2002-го, названной Nymphs, образы девушек с длиннющими ресницами, в нежных платьях-кроше, юбках а-ля пейзанка и трикотажных поло, скроенных на манер викторианских блузок, хорошо заземляли всё те же Animal Toe. По мере того как модный мир переходил на плоский ход, у Westwood появились кеды и туфельки Мэри Джейн с характерным носом, наконец им обзавелись знаменитые Pirate Boots.
Ещё одна пара из «мира животных» — таби Maison Margiela. О них как-то неудобно говорить в сотый раз: «копытца» любят либо ненавидят, когда-то они были обувью для прошаренных «своих», сейчас же… В 2019 году Highsnobiety цитировал Маржелу: «Tabi Boots — самый важный след в моей карьере. Они узнаваемы, актуальны спустя 25 лет и никогда не были скопированы». Надеемся, что отошедший от дел дизайнер не знает, что свои таби делают Nike, Maharishi, Visvim, а уж как их много на Lamoda! Целый раздел. Также выразим надежду, что Джонатан Андерсон повторил Animal Toe в мужской коллекции JW Anderson весна–лето 2024 как панегирик Вивьен Вествуд, ушедшей за полгода до этого.
Что объединяет копытца Маржелы и «лапы» Вествуд, так это дополнительный объем мыса. В том или ином виде допобъем присущ любой паре, подходящей под концепцию ugly shoes, — любой, искажающей некий эстетически правильный внешний вид ступни. Взять крайние проявления — мультяшные Big Red Boots бренда MSCHF, свежие «крысоходы» Александра Самохвалова. Добавляет ли это удобства стопе — часто большой вопрос, но спасибо за попытки: устоявшиеся каноны размываются решениями, вызывающими поначалу смех и возмущение. Во всяком случае, модный нос обуви в данный момент широк и объемен; хватайте термин — potato shoes («картофельные туфли»). Замечен у Phoebe Philo (там особый упор на первый плюснефаланговый сустав, чья деформация в просторечье зовется «косточкой»), The Row, Issey Miyake, Ushatava. Короли potato shoes, понятно, Birkenstock и Crocs.
Тоска зеленая
На весенних фотографиях принца и принцессы Уэльских в честь 15-й годовщины их свадьбы вся семья уютно устроилась на пышной корнуоллской травке — в одежде, но босиком. Это ли не новое (считай, королевское) представление о счастье? Один из самых необычных показов Дриса Ван Нотена, весна–лето 2015, выглядел так: модели выходили на ковер, имитировавший мох, под пение птиц и стрёкот сверчков, а в финале устроились на мягком подиуме, кто сидя, кто лежа. Кого было странно видеть, так это строй фотографов, нависших стеной над идиллической, интимной сценкой.
Ковёр (144 квадратных метра!), изображавший мох и торф, выполнили в мастерской Александры Кехайоглу, чья бабушка прибыла в Аргентину из Греции с новым мужем и разобранным ткацким станком. Основанная ею ковроткаческая компания El Espartano теперь аргентинский промышленный гигант, чей главный творческий актив — Александра, которая воспроизводит на трёхмерных коврах из чистой шерсти родные для неё луга, цветущие заросли, корни деревьев, речушки и пампасы, куда так хотел умчаться сошедший с ума старенький географ из «Золотого телёнка». Тому «хотелось на волю, хотелось скакать на потном мустанге сквозь заросли»; каждому, кто видел работы Кехайоглу, хочется первым делом снять обувь. Где-то, например на Триеннале NGV в Мельбурне, посетители вольны были так и сделать. Почему мы пренебрегаем такой возможностью среди реальной природы? Хорошо, для ходьбы босиком или почти босиком в обуви barefoot существуют некоторые препятствия. Для кого-то это грязь, кого-то пугают неровные поверхности. Чуть ли не самый распространенный вопрос, касающийся «босоногой» обуви: а как же камушки? Второй по частоте — не смотрится ли нога некрасиво?
Что касается первого вопроса, то за встречу с камушками ответственна рессорная функция: наша умнейшая, «подрессоренная» со всех сторон стопа знает, как приспособиться к неровностям ландшафта. Вероятно, когда Русалочке вместо хвоста предоставили «две подпорки, чтобы ходить, как люди», произошла какая-то поломка — процесс-то сложнейший, даже в выдуманной истории, — и отныне ступала она будто по острым ножам и иголкам, что во дворце, что вне его.
Удивительно, но в той же сказке есть частичный ответ на второй вопрос. Морская ведьма выдала Русалочке «две ножки, беленькие и маленькие, как у ребёнка», анонсировав, что люди называют такие «прелестными». В работе 1986 года Measuring the Physical in Physical Attractiveness («Измерение физического компонента в физической привлекательности») Майкл Каннингем обнаружил связь между привлекательностью женщины для других и выраженностью у неё неонатальных (иными словами, свойственных новорожденному) внешних признаков: больших глаз, маленьких носа и подбородка, выпуклого лба. Размер ноги Каннингем не упоминал, но что если Андерсен был прав и аккуратная ножка — из той же бессознательной оперы, которую пора бы перестать исполнять?
Ходить босиком постоянно необязательно, разве что время от времени, как делают (в городах обитания!) Сиенна Миллер, Эльса Патаки, Дженнифер Энистон, Кира Найтли (последняя — с пакетами из лондонского гастронома в руках), плюс Канье Уэст с Бритни Спирс (для объективности). Ортопеды призывают к спорадической босоногости хотя бы детей и подростков. «Дикая девочка» Аня Горенко об этом знать не знала — ей просто нравилось носиться босиком и купаться в шторм. Пригодится ли клиентам Chanel её опыт, мы не знаем. Но что-то в этом есть от эпохи Просвещения, когда открывали новые земли, закладывали основы будущих демократий и воспевали образ «благородного дикаря» — человека, близкого к природе и в нравственном отношении куда более развитого, чем многие его цивилизованные покровители.