Все новости

big.jpg

Элла Райх

Избранники в Новинском пассаже

Партнерский материал

Открытие первого в России экобутика Nespresso состоялось в формате литературно-музыкального вечера. Актеры «Гоголь-центра» читали прозу и стихи из журнала «Сноб», Евгений Миронов представил свой проект — документальный фильм «Избранники», а Катя Бочавар — кинетическую арт-инсталляцию NespressoMoscowTime. По своей насыщенности культурная программа могла соперничать только с двойным эспрессо, которым наслаждались кофейные гурманы

16 Март 2018 13:35

Окна бутика Nespresso выходят на Садово-Кудринскую площадь. В недалеком прошлом она носила название «площадь Восстания» и навсегда вошла в историю отечественной поэзии благодаря знаменитому стихотворению Беллы Ахмадулиной («Друзья мои, что так добры ко мне,/ Должны собраться в маленьком кафе,/На площади Восстанья в полшестого». )

Дом Nespresso вместе с журналом «Сноб» решил продолжить литературно-поэтическую традицию этого места, преобразив на один вечер бутик в Новинском пассаже в элегантный литературный салон. На самом деле кофе и литература — ингредиенты, хорошо дополняющие друг друга. Так почему было не совместить их в одном пространстве? К тому же речь шла не просто о кофе, а о настоящем кофейном искусстве Nespresso — удовольствии для гурманов и избранных. Слово «избранники» еще не раз прозвучит в течение вечера. Ведь бутик Nespresso всецело отражает высокое искусство кофейного мастерства. Здесь каждая деталь продумана и посвящена кофе-экспертизе легендарного бренда. Как сказала в своей приветственной речи директор бизнеса Nespresso в России Ирина Ситдикова, уже в самой экоконцепции нового бутика заложена возможность для эксперимента, неожиданных открытий и самых парадоксальных пересечений с искусством и жизнью.

Так совпало, что главными героями зимнего номера «Сноба» стали «Избранники» — актеры разных поколений. Евгений Миронов собрал их вместе, чтобы поразмышлять о профессии, о жизни, об актерских судьбах. В кадре встретились два поколения, две эпохи. И может быть, впервые они попытались заглянуть друг другу в глаза и душу, услышать, понять и принять другую правду, другую жизнь.

Во многом сюжет должен был строиться вокруг диалога Олега Павловича Табакова и его младшего сына Павла. Так задумал Евгения Миронов, но жизнь вмешалась и срежисссировала все иначе. Табаков заболел и слег в больницу как раз накануне съемок. Все ждали до последнего, что он поправится и сможет принять участие в фильме. Увы, этого так и не произошло. Фильм, задуманный в честь великого актера, выйдет без него.

Об этом на мероприятии с горечью и болью сказал сам Евгений Миронов, специально приехавший на презентацию в Nespresso, чтобы показать и прокомментировать отснятый материал фильма «Избранники». Ему было это совсем непросто сделать. Слишком тяжела утрата, слишком свежа боль расставания с тем, кто в свое время определил и его судьбу, и судьбу еще как минимум трех актерских поколений российского театра.

Главный редактор журнала «Сноб» Сергей Николаевич напомнил Евгению о том, как несколько лет назад он был награжден премией «Сделано в России», но по уважительным причинам не смог тогда присутствовать на церемонии. И вот спустя годы, как говорится, награда нашла героя. Элегантный знак «Сноба» с некоторым опозданием все же был вручен Евгению Миронову под аплодисменты собравшихся гостей. А тот, поблагодарив «Сноб» и Nespesso, сказал, что посвящает эту премию памяти своего учителя.

Поскольку с самого начала вечер был заявлен как литературный, главным его содержанием стали выступления актеров «Гоголь-центра», читавших прозу и стихи из зимнего номера «Сноба». Никита Кукушкин выбрал фрагмент из рассказа Юлии Козловой «95 шагов» и, не смущаясь, что повествование там ведется от имени женщины, мастерски поведал историю о драматичном соседстве с Бутырской тюрьмой. А Один Лэнд Байрон, первый американец русского театра, без малейшего акцента прочитал исповедальную прозу Алексея Злобина «Доброе утро, папа!». И совершенно неожиданно прозвучали стихи Дмитрия Быкова «Вид из окна» в исполнении Филиппа Авдеева — горько, отстраненно и бесстрашно.

В качестве «специального гостя» в вечере приняла участие Татьяна Толстая. Как сказал Сергей Николаевич, каждый раз он ждет ее прозы как подарка и вымаливает ее как милостыню. Но должны совпасть очень многие обстоятельств, чтобы Татьяна Никитична согласилась написать «на тему». Тема «вида из окна» ее увлекла. И в результате получился прекрасный рассказ под названием «Культурный слой», который писательница прочитала со свойственными ей саркастическим блеском и иронией.

Не обошлось и без пения. Очень важную ноту вечера задала прекрасная певица и актриса Рита Крон, исполнившая песню Дианы Арбениной на стихи Иосифа Бродского «Я твердил, что судьба — игра», где тоже прозвучала тема «вида из окна» («Я сижу у окна, вспоминаю юность»).

Неожиданно все совпало и сошлось: вид из окон на огни Садового кольца, уютная атмосфера бутика Nespresso, аромат кофе, прекрасные лица молодых актеров, музыка и стихи…

А в завершение всех ждал сюрприз: известный художник Катя Бочавар представила кинетическую арт-инсталляцию под названием MoscowTime, созданную специально для Nespresso. Огромная белоснежная стена за стеклом, сплошь состоящая из прозрачных колб в форме песочных часов, где беспрерывно пересыпаются кофейные ягоды, зерна и молотый кофе. Инсталляция органично дополняет и продолжает тему «Кофе как искусство», находчиво демонстрируя долгий путь от кофейной ягоды до готового бленда. Создание Кати Бочавар и стало тем финальным аккордом, в котором причудливо соединились талантливая фантазия, новейшие технологии и неутолимая страсть к ярким впечатлениям — все, ради чего стоит посетить новый бутик Nespresso и всегда читать журнал «Сноб».

Лого Телеграма Читайте лучшие тексты проекта «Сноб» в Телеграме Мы отобрали для вас самое интересное. Присоединяйтесь!
0 комментариев
Хотите это обсудить?
Войти Зарегистрироваться

Читайте также

В середине 1980-х мы переехали из Медведкова в Замоскворечье. Это примерно как из Нижнего Тагила в Париж. Медведково, далекое, убогое, глинистое, родное, по весне укрытое желтыми коврами одуванчиков, зимой таившее под снегом убийственную ржавую арматуру, брошенную строителями, осталось позади
Я родилась и выросла в центре Москвы, в десяти минутах ходьбы от Тверской улицы. И моим видом из окна, моим горизонтом, моим пейзажем, который заполнял все пространства вида, была Бутырская тюрьма
Он пнул меня кованым ботинком в голень. В бешенстве считая кружащие звезды из глаз, я вспомнил Марата и порадовался, что удар не пришелся выше