Все новости
Колонка

Анатолий и Ирина Седых: 10 лет в «Арт-овраге»

19 Марта 2021 09:00
На этой неделе лауреатами престижной IХ премии газеты The Art Newspaper Russia стали известные меценаты Анатолий и Ирина Седых, основатели фестиваля современной городской культуры «Арт-овраг» в городе Выкса Нижегородской области. Премия «Личный вклад» увенчала их арт-историю, начатую когда-то с целью отвлечь местную молодежь от пагубных пристрастий, а сегодня ставшую одним из самых ярких событий в художественной жизни современной России. Как это удалось создателям «Арт-оврага», размышляет Сергей Николаевич
Ирина и Анатолий Седых на вручении премии газеты The Art Newspaper Russia Фото: Сергей Николаевич

В прошлом году у фестиваля «Арт-овраг» был юбилей — 10 лет. По понятным причинам намеченную программу и многолюдные празднования пришлось свернуть. Но и совсем не отметить такую дату было бы обидно. Так возникла дерзкая идея коллаборации с Эриком Булатовым. Последние тридцать лет выдающийся художник проживает в Париже и на родине появляется крайне редко. Поначалу все это казалось малореальным. Где Париж и где Выкса? Где художник-легенда с мировым именем и локальный фестиваль в российской глубинке? Тем не менее step by step, преодолевая все барьеры и карантины, этот проект стал обретать реальные очертания. 

Я люблю, когда люди не трепещут перед авторитетами и не боятся браться за грандиозные задачи, когда они ощущают свою правоту, но при этом не спешат ее всем навязывать. Не хотите — не надо! Не лежит душа — не будем! Но, перед тем как сказать финальное «нет», все-таки подумайте, сделайте усилие, оторвитесь на два дня от своих неотложных дел, приезжайте взглянуть на то, что нигде и никогда больше не увидите. 

Ирина Седых, основатель «Арт-оврага» и соучредитель фонда «ОМК-Участие», обладает гениальным даром спокойного убеждения. Эта улыбчивая женщина могла бы, наверное, в дополнение к фестивалю «Арт-овраг» открыть еще и собственный кабинет психотерапевта. Только ей известно, как следует общаться с нервными творцами, как договариваться с городскими начальниками, как доводить сложные и трудоемкие проекты до конца, наконец, как постепенно трансформировать городскую среду, сделав ее для обычных людей более комфортной, радостной, открытой. 

Эрик Булатов на фоне мурала Фото: Пресс-служба

А ведь это не только ежегодный фестиваль стрит-арта, но и городское культурное пространство Ex Libris, и арт-резиденции художников, и скейт-парк, и строительство нового Индустриального стрит-арт-парка… Как-то все вдруг сошлось в коротком названии, похожем по своему звуку на шипение раскаленного металла, облитого водой, — Вык-сс-са… 

Тут еще с екатерининских времен лили чугун и выплавляли сталь. Огромное и мощнейшее производство, к которому прилепился уютный, тихий городок. За десять лет существования фестиваля «Арт-овраг» он стал другим. И его жители тоже. Сначала они были настроены сугубо негативно. Кому нужен этот фестиваль? Что делают эти странные люди с баллончиками в руках? Потом смирились и как-то попривыкли, а сейчас уже гордятся уникальным стрит-артом, украшающим их дома. Стараются всеми силами его сберечь и сохранить. 

Так было совсем недавно, когда в Выксе шел очередной этап по утеплению пятиэтажек и встал вопрос о сохранении настенной росписи «Сказка о потерянном времени» на торце одного из домов. Ее автора, местного художника Паши 183, давно нет в живых. Было предложено просто стену закрасить: и дешевле, и проще. Но жители в единодушном порыве выступили против. Мураль надо сохранить. Потому что это память детства и юности, часть их общего прошлого, в которое навсегда будет вписана «Сказка». 

«Нам этот случай дал важную обратную связь, — признается Ирина. — Значит, то, что мы делаем все эти годы, важно для жителей; значит, и они сами изменились за это время, сами готовы влиять на то, что происходит в их городе, принимать решения. Мы надеемся, что и дальше будем двигаться вперед и развиваться. Мне действительно важно то, что жизнь людей меняется, трансформируется городская среда, появляется все больше сопричастных этому». 

Прошлой осенью вся светская и артистическая Москва прибыла взглянуть на проект Эрика Булатова в Выксе. Сам художник вместе со своей женой и любимой музой Наташей Годзиной вылетел из Парижа сильно загодя, чтобы проследить за финальными работами. Поздний вечер. 30 автобусов с зашторенными окнами, на которых обычно развозят рабочих домой и на работу, привезли нас на металлургический комбинат. 

Отборная массовка из разных знаменитостей и журналистов высыпала по обе стороны узкоколейки, ведущей к огромной стене, подсвеченной в ночи. Все черно и темно. Только режущий лязг металла, только всполохи прожекторов на стене, не способные осветить ее целиком — такая она большая. Но слова на стене прочесть можно — «СТОЙ/ИДИ». 

«СТОЙ» — написано красным. Квадратные буквы, будто сбежавшие с пролеткультовских плакатов. Словно вохровский окрик в спину, приказ, придавливающий своей неотвратимостью. И тут же «ИДИ» — дважды. Два коротких месседжа: один как инструкция по самозащите. И второй, закодированный внутри первого, — тонкие голубые буковки, растворяющиеся в белой бесконечности. Нонпарель — шрифт надежды. 

Мурал «Стой — Иди. Амбар в Нормандии» Эрика Булатова Фото: Пресс-служба

На контрасте пропорций и цвета выстроена центральная часть композиции. А по бокам две огромные булатовские картины «Амбар в Нормандии» — день и ночь. Светящаяся точка одинокого окна и безмятежный, залитый солнцем сельский вид. Два времени дня, два состояния души. 

Впрочем, возможны и другие интерпретации. На своей версии не настаиваю. Но сейчас в памяти вспыхивает явление красного локомотива, рассекающего пространство ночи в клубах дыма. На бампере трое — сам Эрик Булатов, артистический директор проекта Федор Павлов-Андреевич и Ирина Седых. Вестники индустриального Апокалипсиса. Речи короткие. Гудки протяжные. Оглушительная музыка бульдозеров. Вокруг люди в касках и униформе, похожие на статистов из балетов Пины Бауш. Новый индустриальный перформанс, над которым парит на огромной стене приказ: «СТОЙ/ИДИ». Все это происходит в какие-то считаные минуты. Так что никто не успел ни заскучать, ни замерзнуть, не отвлечься на светскую болтовню. 

Что это было? Новый документальный театр, родившийся и тут же сгинувший посреди заводского цемента, гравия и труб? Попытка внедрить современное искусство в жизнь, о чем на заре советской власти мечтали революционные вожди и поэты? А может, попытка сочинить какую-то новую реальность, где цеха украшали бы мурали знаменитых художников, в местном парке сияли фантастические инсталляции, а на улицах устраивались бы театральные перформансы? Наверное, и то, и другое, и третье. 

Картина «Черный вечер, белый снег» Эрика Булатова Фото: Сергей Николаевич

Неотъемлемой составляющей большого проекта стала знаменитая картина «Черный вечер, белый снег» Эрика Булатова, которая в те дни экспонировалась в местном музее. Дорогостоящее и важное приобретение «ОМК-Участие». И опять загадка. Что означают эти черно-белые буквы, похожие то ли на штыки, то ли на клавиши? Понятно, что стихи Блока. Но ведь каждый волен слышать в них свою музыку и считывать свою историю. 

Ирина и Анатолий Седых на вручении премии газеты The Art Newspaper Russia Фото: Пресс-служба

Но та история, которая была награждена три дня назад престижной премией газеты The Art Newspaper Russia, конечно, прежде всего история любви. И, разумеется, не только к Выксе, и не только к стрит-арту и его представителям. Это история любви двух ярких людей — Ирины и Анатолия Седых, не побоявшихся изменить облик и жизнь одного маленького российского городка, вложив в это много души, фантазии, денег и любви. Десять лет пролетели как один миг. Конечно, после Булатова удивить будет трудно. Но уверен, что в Выксу мы еще вернемся.

Вам может быть интересно:

Больше текстов о политике и обществе — в нашем телеграм-канале «Проект “Сноб” — Общество». Присоединяйтесь

Поддержать лого сноб
0 комментариев
Зарегистрироваться или Войти, чтобы оставить комментарий
Читайте также
Михаил Шевчук
Когда один президент публично называет другого «убийцей», это и правда большой скандал. Всем теперь кажется, что отношения между Россией и США безнадежно испорчены. Однако некоторые события последних дней подсказывают, что цена таких слов, в общем, не так уж и велика
19 марта комитет ВОЗ по безопасности вакцин представит свое заключение по вакцине AstraZeneca. Ранее ряд стран отказались продолжать вакцинацию этим препаратом из-за случаев тромбоза и других побочных эффектов у привитых. «Сноб» попросил эпидемиолога, доктора медицинских наук и бывшего заместителя директора Международного института вакцин в Сеуле Михаила Фаворова объяснить, какие побочные эффекты есть у AstraZeneca и сможет ли отечественный «Спутник V» заменить западную вакцину
Юлия Щербатова
Тех, кто начинает худеть после сорока, часто отговаривают: «все обвиснет». Правда ли это, и от чего зависит? И…