Амаркорд, ещё амаркорд: «За нашим домом сад» прорвался на экран

Несколько лет назад Александр Родионов, российский сценарист и драматург, написал в какой-то соцсети примерно следующее: прямо сейчас наша главная задача — максимально точно фиксировать всё происходящее, запоминать и записывать.

И понятно почему. Время бежит очень быстро, наше прошлое в памяти слишком быстро меняется, приспосабливаясь под требования настоящего, и чтобы не искать, как Пруст, утраченное время, надо успевать протоколировать всё скрупулёзно и беспристрастно. Чтобы потом сверяться и устранять неумышленные и такие естественные аберрации.

Вместе с Антоном Нефёдовым, учеником Сергея Соловьёва и Бориса Юхананова, Родионов создал сценарий об одном обычном дворе в Грозном 1994 года. Для Нефёдова это был рассказ о его детстве, правда, чтобы быть точнее в деталях, он записал ещё многочасовое интервью со своей матерью и посвятил фильм ей. Родионов отвечал за мир «взрослых» в фильме, и здесь очень много «реальности», включая подлинные телепрограммы, которые вечно крутятся в доме главного героя.

Героя этого зовут Митя, он подросток, для которого война, о приближении которой все говорят, — это просто войнушка, весёлая, романтическая игра. Впрочем, ему куда важнее сейчас другие игры. Они с лучшим дружбаном целые дни проводят в шалаше в лесу за домом. Там же знакомятся с парнем постарше, Асланом, и его очень смелой подружкой, в которую невозможно не влюбиться.

Мы видим всё это глазами ребёнка, как у Феллини в «Амаркорде». Там у детей тоже был смутный объект желания, роскошная Градиска, на которую Кристина (Ананке Арейру) чем-то очень похожа.

С другой стороны, «взрослые» линии, матери-одиночки и дедушки с бабушкой, тоже на самом деле вполне детские. Вернее, кажутся такими спустя тридцать лет после описываемых событий. Впрочем, Нефёдов и Родионов размечают путь в бездну вполне внятными точками и отрезками. Фильм начинается со смерти прабабушки, но Митя не забывает добавить к этому, что гроб трудно вынести из дома, потому что двор завален вещами поспешно уезжающих отсюда людей. Дети играют в землетрясение — но в итоге реальная трещина проходит через всё здание, и её уже ничем не замажешь, не залечишь.

В фильме Александра Миндадзе «В субботу» действие строилось на том, что после аварии на Чернобыльской АЭС герои пытаются выбраться из города, но не могут. В «За нашим домом сад» Родионов, племянник Миндадзе, тоже держит героев в Грозном. Они бы и рады уехать в Ставропольский край, в Лермонтов, и обо всём уже даже договорились — но почему-то всё не выходит. Что-то держит их, а выстрелы всё ближе, и вот уже у детей среди игрушек появляются настоящие пистолеты, кого-то бьют прямо на улице, к кому-то вламываются в квартиру.

Но кто может похвастаться тем, что он на месте персонажей фильма вёл бы себя иначе? Вот мать Мити, которую играет Надежда Михалкова, бегает тайком на свидания к Алу, одноногому кавалеру, который никогда не выходит из своего автомобиля. Вернее — автомобилей, потому что он каждый раз почему-то на новой машине, и, конечно, никто и никогда нам не объяснит почему. Ради нашего же блага. Но эти свидания с Алу для неё важнее мыслей о войне, и даже бабушка с дедушкой, положа руку на сердце, не очень верят, что всё будет плохо. Просто все вроде уезжают, значит, и им бы надо, но не так уж и срочно. И вот ещё детали — про пачки банкнот, которые приматывают к телу бинтами, про придорожные ларьки, которые сжигает местная шпана, про городские рынки, где почему-то открыто начали продавать оружие. И люди покупают, а что за люди — и сказать трудно.

При всей точной привязке к времени-месту этот сюжет максимально универсален, он и сегодня работает, и завтра будет работать, потому что Родионов и Нефёдов многие нити пустили куда-то в туман, здесь не будет ответа почти ни на один вопрос. Только память, только эмоции. Но похожие на письмо в будущее. «Учёные так сказали», — говорит Он. — «Чеченские учёные?» — иронично уточняет Она. — «Человеческие учёные», — поправляет он. Это не чеченское, а человеческое кино.

Загадочному фильму — загадочная судьба. Два года назад он появился в конкурсе фестиваля «Окно в Европу», а перед самым фестивалем из программы исчез, не получил прокатное удостоверение. Сейчас он вернулся без всяких официальных разъяснений. Продолжительность у него не изменилась, всё те же сто минут. Содержание осталось тоже неизменным, насколько можно судить. Почему был на «полке», почему его оттуда сняли, что его ждёт — нам на это вряд ли кто-то ответит. Остаётся только запоминать как можно точнее сад за нашим домом, следуя мудрому и по-прежнему актуальному совету Александра Родионова.