Издательство: «Альпина Паблишер»

Как я играл на свадьбе

Однажды мне довелось играть на рояле на свадьбе. Точнее сказать, мне пришлось. Так захотела невеста. И пусть невеста была не моя, отказать ей я не мог. В конце концов, мы знали друг друга с пеленок.

Я никогда раньше такого не делал и жутко нервничал. В такой важный день главное — не сфальшивить. А уж эти строгие взгляды родителей невесты — даже думать страшно!

К тому же эта невеста была первой девочкой, с которой я держался за руку. Сразу после эпохи песочниц. И вот, спустя примерно лет, ее руки успешно попросил другой мужчина. И это было абсолютно нормально. В конце концов, тогда, лет в девять–десять, между нами был всего лишь этакий one-hand-stand*.

Накануне я прокрутил в голове пару сценариев. На знаменитую фразу пастора: «Если кто-то имеет что-то против этого брака, пусть скажет сейчас или умолкнет навсегда» мне до смерти хотелось ответить музыкально, а именно — строками Тейлор Свифт: It’s me, hi, I’m the problem, it’s me... («Это я, привет, я и есть проблема, это я...») Так, чисто ради прикола.

Вот только в Германии этого вопроса не задают вовсе. Он пришел из англиканской литургии XVI века и просочился в наши головы исключительно благодаря Голливуду. В том числе и в мою.

И вот невеста зашагала к алтарю.

Моя рука, которая как раз выводила мелодию «Hallelujah», когда-то держала ее руку. Но времени на меланхолию не было. Пришлось собраться и заиграть следующую песню. К счастью, невеста тоже не стала изображать Джулию Робертс из «Сбежавшей невесты» и делать ноги. Она сказала «да» — и отлично. Жених тоже был не против, что всегда немного упрощает дело.

На самом деле в предварительной беседе он обмолвился, что для любви брак ему не нужен, но вот ради налоговой выгоды — самое то. Кто-то женится по зову сердца, кто-то — по зову налоговой. А кто-то совмещает. Как по мне, в свадебную церемонию можно смело включать трек «Money, Money, Money» группы ABBA. Ведь работает железный принцип:

Слышишь, колокол на башне бьет?

Значит, скоро что-то произойдет:

Был налоговый класс первый и второй,

Станет чаще четвертый — реже третий, дорогой.

Позже, когда мы стояли на солнышке перед церковью и радовались жизни, ко мне подошел дед невесты.

— Слышь, молодец, парень, — сказал он с рурским добродушием и как бы невзначай сунул мне пять евро.

— Большое спасибо, но не стоит, — отнекивался я. — Я тут добровольно!

— Хоть кто-то из нас, — буркнул он и похлопал меня по плечу. — А что за вторая песня-то была, которую ты играл? «Аве Мария»?

— Нет, это была «All of Me».

— Иоганна Пахельбеля?

— Джона Ледженда.

— А-а, ну да... он же, помнится, много работал с Бетховеном, — сухо кивнул он.

Была это шутка или нет, я не знаю до сих пор. Что Милан, что Мадрид, что Бетховен, что Джон Ледженд — главное, чтобы люди были счастливы. И в тот день так оно и было.

Без музыки нет венчания

Свадьбы порой разыгрываются как маленькие оперетты: здесь есть ансамбль (семья), две главные роли (жених и невеста), несколько второстепенных персонажей (церемониймейстер, дядюшка с флешкой для презентации в PowerPoint или диджей) и множество оркестрантов (гости), без которых все происходило бы в полной тишине.

Музыка звучит на свадьбах ровно столько, сколько люди вообще устраивают праздники. Еще древние греки и римляне пускали в ход флейты и барабаны, когда молодожены шли по улицам. А вот в Средние века само венчание проходило на удивление тихо — гуляли уже потом, с менестрелями и песнями. Решающий толчок свадебная музыка получила в XVI веке: церковные бракосочетания стали строже формализованы, и звуки органа вместе с хоралами прочно вошли в ритуал. В XIX веке подтянулась тяжелая классика: «Свадебный марш» Мендельсона и хор «Treulich geführt» Вагнера зазвучали на королевских свадьбах и мгновенно вошли в музыкальную поп-культуру своего времени. Сегодня возможно все — от Баха до Джона Ледженда, а иногда и то и другое разом.

*Обыгрывается выражение one-night-stand (англ.) — «связь на одну ночь», только вместо ночи (night) — рука (hand). — Прим. ред.