Итак, что произошло? Триллер, в котором советский офицер Лев Демидов (его играет звездный британский актер Том Харди) идет по следу серийного убийцы детей (оригинальное название фильма — Child 44), сотрудники Минкульта и неких общественных организаций (не об обществе «Память» ли речь?) сочли «искажающим исторические факты» и «своеобразно трактующим события до, во время и после Великой Отечественной войны». Не устроила бдительных товарищей и трактовка «образов и характеров советских граждан той исторической эпохи». Бред, дичь, постыдная и лицемерная риторика, однако же компания «Централ Партнершип» услужливо отменила прокат, который должен был стартовать 16 апреля. Я привык думать, что в нормальном обществе государство не лезет к гражданам в постели и головы, а прокатчиков заботит бизнес — и с точки зрения бизнеса, чем противоречивее и «своеобразнее» фильм, тем лучше и интереснее. Пусть люди спорят, возмущаются, негодуют, но смотрят — все желающие. Нет, наши новые прокатчики особенные, и гендиректор «ЦПШ» Павел Степанов торопится заявить: «Считаем важным в будущем усилить контроль государства за прокатом фильмов, имеющих социально значимый контекст» (тут можно заметить, что для мыслящих людей каждый фильм имеет социально значимый контекст, но Павел Степанов, видимо, имеет в виду только те фильмы, к которым может быть неравнодушно ведомое гражданином Мединским министерство). Я только что прилетел из Берлина, где есть великолепный Музей кино (а в России уже нет никакого — опять же, благодаря так неравнодушному к кино Минкульту), важная часть постоянной экспозиции которого посвящена кинематографу Германии при национал-социализме. Очень поучительный раздел, в котором можно и почитать, и посмотреть на выступления Геббельса, также самоотверженно препятствовавшего «искажениям исторических фактов» — и эта схожесть политики уже даже не смешит. Как и удивительное, раболепное желание подчиняться госконтролю.

Что тут сказать? Живем мы, к счастью, в XXI веке, и легальных способов посмотреть фильм, минуя российский прокат, достаточно. А в отношении «Централ Партнершип», так своеобразно трактующей род своей деятельности — кинопрокат, — лично я, как человек регулярно пишущий о кино, выберу теперь соответствующую политику молчания. Зачем писать о фильмах, которые, с точки зрения самих прокатчиков, не имеют «социального контекста» (все иные, видимо, выходить на широкие экраны не будут)? Не стоит, конечно, переоценивать силу печатного слова, но пусть релизы «ЦПШ» обходятся без моей информационной поддержки. Удачного ведения бизнеса, товарищи!