Равшан Саледдин

Равшан Саледдин: Берлин. Перебраться в Митте

Переехать в район Митте для берлинца означает повзрослеть. Как после рождения первенца, когда масштабы события делают перезагрузку, полный ребрендинг всей твоей жизни, в какой бы глубокой уверенности в том, что сможешь сохранить привязанности и прежний круг общения, ни пребывал до того. Летом в Митте просторно и дышится легко, несмотря на многолюдность. Утром не можешь спать долго, разглядываешь с балкона ранних пешеходов, что спешат с портфелями и пластиковыми стаканами с кофе в свои офисы, представительства и министерства, группы туристов у Чекпойнта Чарли, остро чувствуешь дыхание планеты и свою вовлеченность в ее процессы. Но серой берлинской зимой от Митте стоит держаться подальше либо иметь запас антидепрессантов. Вроде все то же, но со знаком минус: утром не можешь спать долго, рассматриваешь этих проклятых ранних пешеходов, все эти группы туристов, и так далее… Единственное исключение: канун Рождества – весомое оправдание твоего нахождения здесь. В канун Рождества и на Новый год полный иллюминации Митте становится главной ареной города.
0

Равшан Саледдин: Частная жизнь

Голые люди лежат на кровати в доме напротив. Их можно разглядеть через отворенную настежь балконную дверь – фрагментарно, но в подробностях. Вернее, сложно заставить себя не глядеть. Иногда они закрывают дверь и опускают ставни, но этот редкий акт лишь подначивает воображение. В окнах напротив нередко можно увидеть и других обнаженных людей, особенно по утрам, когда они, еще не успев облачиться в ткани, неизвестно по каким причинам подходят к стеклу и выглядывают на улицу – иные так делают для того, чтобы поскорее забыть ночной кошмар. Голая кожа, кричаще бледная плоть появляется на несколько секунд в новом окне, чтобы вскоре исчезнуть, и через некоторое время замечаешь ее в окне на другом конце дома, отчего может показаться, что это один и тот же человек, который никогда не одевается, путешествуя по квартирам своих соседей.
0

Принцесса кукол

Паша Сетрова – странное существо. Формально она называется «художником». Но не потому, что является членом какого-то творческого союза, и даже не потому, что делает авторские куклы, а по иным причинам. Просто то, как она выглядит, дышит, двигается, – все это одна беспрерывная фаза творчества. Ее можно было бы назвать моделью, но не так важно, что Паша на себя надевает, важнее то, как она это носит. Не так важно, о чем она говорит, куда интереснее, как она это делает. Она – художник, который самостоятельно творит собственное тело, лицо и судьбу. Таким же образом она создает кукол. Наверное, потому они все выглядят как ее близнецы-сестры. Каждый, кто хоть однажды рассматривал ее работы, знает, что они заставляют вглядываться в самого себя, в свою суть. Я говорю «работы», хотя для Паши создание кукол – это скорее способ дышать. Как известно, гениальность часто соседствует с сумасшествием, болезнь – с вдохновением. Врожденная эпилепсия заставляет Пашу пить таблетки. Горсть таблеток каждый день, до конца жизни, чтобы просто поддерживать себя в нормальном состоянии. Болезнь спит в ней, и нужно быть очень хитрым и осторожным, чтобы не разбудить ее. Такая вот метафора жизни художника, словно проклятие мифических богов: что-то живет внутри тебя, с чем приходится уживаться и бороться, что все время выталкивает тебя из «нормальности», хотя эта твоя ненормальность – твое самое большое несчастье и одновременно самая большая удача.
0
Равшан упоминается в этом тексте

Равшан Саледдин: Праздники жизни

Берлинцы – не совсем немцы. Неправильные, девиантные, испорченные интернациональными приезжими. К примеру, 1 апреля по всей Германии считается днем не очень удачным, нечистым – в этот день родился Иуда, а берлинцам все равно: одни разыгрывают друг друга по телефону, «посылают в апрель», другие ходят по улицам с рыбами из фольги на спинах, а третьи перекрыли с утра дороги в Митте и устроили забег, серьезный полумарафон на тридцать тысяч человек. Бежали дедушки, бабушки, бежали школьники, к финишу пришли не все. В Берлине не очень много выходцев из Африки, и, кажется, большая их часть заняла на этом марафоне первые места. Еще, к примеру, по всей Германии, как и по всему миру, отмечают Пасху – католическую, в этом году 8 апреля, а берлинцы с равным вниманием празднуют и католическую, и православную, и семидневный Песах, да еще отдельные церкви выделяются особой пышностью украшений и в почитании традиций, вроде украинской греко-католической и протестантской индийской на Зюдштерн.
0