В Базеле открылся очередной часовой салон Baselworld 2012. Я побывал там и был в очередной раз потрясен прекрасной и величественной бессмыслицей этого события. Если совсем кратко: там очень много часов. Очень-очень много. Никому не нужно столько часов, но все же они есть. Человеку, в часах ничего не смыслящему (как я), одного этого парадокса достаточно, чтобы загрузить мозг смутными навязчивыми мыслями. Их-то я тут и намерен путано изложить; но сперва прокомментирую заголовок, потому что непонятный заголовок хоть и интригует читателя, но вместе с тем и раздражает изрядно.

Итак, если кто-то не знает: стимпанк (steam punk) — это жанр фантастики, а вслед за тем и некая подростково-молодежная субкультура, завороженная технологиями доэлектрической эры (то есть главным образом паровыми машинами, но и вообще механикой, винтажными авто, дирижаблями etc.), а также общим антуражем эпохи промышленной революции: диким урбанизмом, вопиющим социальным неравенством, алчностью и тщеславием жирных капиталистов, низменными, еще не облагороженными лицемерной политкорректностью ХХI века человеческими страстями (отсюда, собственно, punk). Те, кто неравнодушен к этой стилистике, собираются в клубы, устраивают тематические вечеринки с переодеванием в соответствующие наряды, обклеивают стены винтажными постерами и, в общем, вырыли себе вполне благоустроенную нору, чтобы прятаться в ней от реальности.

 

Прикольно, хоть и не совсем понятно. Но зато никаких микроволн и туннельных переходов! Если эти часы когда-нибудь изготовят для покупателя, добившись, чтобы они надежно работали, они будут стоить немереных денег. Потому что прикольно и кажется, что почти понятно. И еще потому что практически ни у кого таких нет (тут входит в игру вторая, «панковская» компонента стимпанка — низменное, ничем не модерированное тщеславие).

Такая нечеловеческая часовая экзотика, как «опусы», — это, разумеется, для авгуров. Насладиться понятной механикой можно и с меньшим размахом. Подавляющее большинство предложений — это просто часы. Которые тем не менее иногда скромно гордятся той или иной механической, понятной обывателю изюминкой. Вот, например, новые часы

Chopard.

Они настолько кичатся повышенной частотой баланса (16 полуколебаний в секунду), что так и называются — «8 Hz». Чем выше частота, тем выше точность. Неуместно тут вспоминать, что частота колебаний кварцевого кристалла в современных дешевеньких часиках измеряется десятками тысяч этих самых Hz. Никому не интересен этот ваш кварцевый кристалл, потому что непонятен, хоть убейте. А часы «8 Hz» еще и чудесно выглядят.

Чтобы не слишком затягивать историю, проиллюстрирую стимпанковскую природу механических наручных часов еще двумя примерами. Один — от компании MB&F (это, правда, новинка прошлого года, сейчас они лишь чуть-чуть ее проразнообразили материалами). Турбины, правда, из чуть более поздней эпохи, чем паровоз и дирижабль, но общая стилистика Стимбою бы понравилась.

 

_____________________________________

* Ради справедливости копирайта отметим, что эта мысль (о том, что механические часы так любимы людьми, поскольку сложность этого устройства еще не превышает познавательной способности их мозга, хотя уже и где-то близко) возникла не изолированно в моей голове, а в разговоре с Мануэлем Эмшем, ныне CEO часовой компании Romain Jerome S.A.

** Тот же Эмш говорил что-то в таком роде, что роскошь, вообще говоря, не сводится к утолению тщеславия. Она, по его мнению, скорее предназначена исцелять нашу тоску от осознания конечности жизни, и тщеславие лишь частный случай такой компенсации. Но это уж совсем грустная какая-то тема, так что ну ее к черту.