Все записи
09:25  /  11.08.16

2705просмотров

Местный в шортах и права женщин

+T -
Поделиться:

А в четверг Таня уже сидела за одним столом (причем собственным) с местным мужчиной – ситуация еще вчера казавшаяся невероятной – и предлагала попробовать оливье:

- Русская кухня, но халяль! Никакой свинины - только индейка! – «И ведь могла накрошить вареной колбасы!» - думала Таня с облегчением. «Останкинская», привезенная мамой пару недель назад, доверия ей не внушила – очень кстати.

Местного привела с собой на «русский обед по-соседски» немка Андреа, он был ее мужем. Таня много раз встречала его в парке компаунда – на роликах, в кафе у моря – с бумажным стаканчиком кофе, в ближайшем британской супермаркете – с пакетом круассанов. Всякий раз он представал в двух типичных европейских обличьях: офисном и спортивном. Таня принимала его то ли за испанца, то ли за итальянца. К ним в гости он пришел в поло и шортах, и даже вязаной белой тюбетейки не было на его коротко стриженных волосах (обычно местные отпускают свои кудри на битловскую длину).

Узнав, откуда их гость, Таня оробела. В голове ее сразу вспыхнули давно терзавшие ее вопросы – какой шанс заткнуть за пояс Карабаса! - но она стеснялась их задать. Зато Леон сразу спросил о наболевшем:

- Мне всегда было интересно: почему в вашей стране так мало солнечных батарей, ведь у вас 355 солнечных дней в году? Это же так расточительно! Представьте, сколько альтернативной энергии вы могли бы вырабатывать, сколько ресурсов экономить! К тому же это безопасно для окружающей среды! И ветряков тоже нет, притом, что в пустыне всегда ветер.

- Просто мы используем попутный газ от нефтедобычи, - сказал Рашид Али тоном «элементарно-ватсон», - этой энергии нам пока хватает. А обслуживание ветряных станций и батарей при наших песчаных бурях…

Дальше они углубились в споры о цифрах, и Таня заскучала.

- Вот интересно, где вы познакомились? – спросила она Андрею.

- Мы работали вместе в одной консалтинговой компании, - охотно зашептала она, - Я сначала не подозревала, что он местный. А потом мне было все равно. Не думала, что он женится. Интернациональные браки здесь не запрещены, но не поощряются. Иностранным супругам редко дают гражданство. Коренного населения не так много, вот и стараются сохранить чистоту нации. Любой генетик скажет, что такая политика наоборот ведет к вырождению. Рашид так и объяснял родителям. Но они от него отреклись, сейчас не общаются.

- И как он к этому относится?

- Никак, ему все равно, - она вскинула подбородок, и продолжила еще тише, - он человек западного стиля, учился в Британии, работал за рубежом. Он презирает все эти отсталые взгляды. Но это между нами!

И продолжила громко:

- А знаешь, Хабиби, Таня будет работать учителем в новой британской школе.

- Да, жду с нетерпением, - кивнула Таня смущенно, - Арабские дети такие красивые!

К высказанному Таней рвению Рашид Али отнесся с каким-то сочувственным интересом.

- Вам будет не так просто. По нескольким причинам, - он говорил размеренно, выверенными интонациями и немного книжно. Его приятную улыбку обрамляли усы и борода, как калитку - черный кованый вензель. Крупные черты его лица имели мягкое и покровительственное выражение.

- Во-первых, дети сейчас очень избалованы. И это я объясняю недостаточным вниманием родителей. Они же заняты только собой! Тоже в каком-то смысле избалованы благополучием. Хотя правительство стимулирует профессиональное развитие наших граждан  – увы, пока развиваться хотят не все. Хорошо, если отцы работают и подают правильный пример детям. Но матери целыми днями пропадают в хамамах и моллах, им дела нет до воспитания.

Таня будто слушала лекцию. Монолог Рашида Али производил впечатление заранее заготовленного и отрепетированного выступления. Его плавная, гипнотическая манера говорить сама по себе доставляла удовольствие, не коробила даже плакатная трафаретность его речи.  

-  А детей воспитывают азиатские няни! Современные дети даже по-арабски говорят с филиппинским акцентом! Что говорить о преемственности ценностей! – он покосился на Андрею, увлеченно трещавшую по-немецки с Леоном, и продолжил, - Представляете: у каждого ребенка своя личная няня! Она не вправе прекословить своему маленькому хозяину и потакает ему во всем!  Напротив, я родился в семье хорошо помнившей бедность, мое воспитание было иным. Мой отец – потомственный ныряльщик за жемчугом. Жил в лачуге в старой рыбацкой деревне, тут недалеко. Сейчас она заброшена. Это уже в разгар нефтяной кампании ему выделили виллу и взяли соучредителем в фирму, где он преуспел немного из-за недостатка образования, но ему помогал старший брат. Так вот, меня растили собственные отец и мать, строго, как полагается. Они с детства внушили мне убеждение, что образование – великая вещь. Воспользовавшись правительственным грантом, я окончил Оксфорд. Я сделал себя сам и не завишу ни от каких дотаций, средневековых стереотипов и предрассудков.

Тут он выдохнул и с сомнением посмотрел на фаршированный блинчик.

- Это тоже халяль! Бараний фарш – другого ведь и не продают! – оправдывалась Таня.

- Все они продают, - усмехнулся Рашид Али, - в британском супермаркете есть специальный закрытый зал, не для мусульман, разве не обратили внимание? Нажимаете кнопку – и кругом свинина: паштеты, вурсты, стейки и ребрышки.

- А Вы откуда знаете?

- Я все-таки женат на немке. Хотя сейчас она старается не употреблять алкоголь и свинину, - и предупредил: - Но это она по своему собственному убеждению. Я на нее не давлю. Наша страна самая прогрессивная на востоке в смысле эмансипации. И я очень рад тому, что мы открыты в этом вопросе. Школьное образование сделали обязательным для обоих полов. Женщина может учиться в университете, водить машину или работать с позволения отца или мужа! А любимая жена одного из шейхов, наша восточная леди Ди, иногда появляется без хиджаба на публике! Это большой сдвиг!

«Интересно, - думала Таня, - а матриархат, если он был, таким же образом сменялся патриархатом? Скажем, рассуждали матери племени, собравшись вечером у костра, о большом прогрессе в правах мужчин на огниво? Гордились амазонки, что они достаточно продвинутые во взглядах, чтобы позволить мужьям ездить верхом, но на ослах, все-таки до лошадей им далеко?!»

- А из-за чего еще у меня могут возникнуть трудности? – любопытствовала осмелевшая Таня, - во-первых, по причине избалованности, а что во вторых?

- Не хочу показаться э-э нетолерантным, - поморщился Рашид Али, - но Вы иностранка. Понимаете, иностранцы, которые окружают наших детей дома, как правило, являются обслуживающим персоналом. И отношение к ним… Ну, конечно, поощряется вежливость, но это скорее не уважение, а снисхождение. А при таком преклонении нянь перед своими воспитанниками о послушании речи быть не может. И, наконец, Вы женщина, а мальчик у нас привык бояться только мужчину. Повезет, если в Вашем классе будет больше девочек. Это хорошо, что Вы идете в начальную школу, там смешанное обучение. В классе мальчиков Вы бы преподавать не смогли.

Заметив Танино расстройство, Рашид Али добавил:

- Но у вас есть одно преимущество – вы светлая: русые волосы, белая кожа, голубые глаза.  Поначалу к вам будут относиться с восхищением и настороженно, используйте это!