Летом 1915 года художница Ольга Розанова — Ольроз, как нежно звали её друзья‑футуристы, — сидела на веранде родительского дома на Музейной улице. На её коленях лежал фанерный планшет, а вокруг неё на деревянных досках старого пола были разбросаны обрезки ситца, лоскуты шёлка, цветная бумага и плотный картон. Она была так поглощена своим делом, что, казалось, не замечала запаха старого клея, красок и папиросной бумаги, а уж тем более тонких ароматов цветов.
Обыватель назвал бы эту живописную картину «Ольга в хаосе мусора», но для неё это было поле творчества, из которого благодаря её воображению произрастало нечто удивительное и невероятное!
Она изобретала «заумные наклейки». Пока Малевич в душном Петрограде был погружён в материю чёрного квадрата, Ольга во Владимире искала то, что освободит цвет от оков формы.
Каждое её утро начиналось с прогулки. Она шла, погружённая в свои фантазии, и почти не замечала домов и людей, а только небо — «провинциально сверкающее и наивное» — и общую геометрию улиц, заборов и домов. Она любила этот древний город и его «чистосердечные пейзажи», которые с душой набрасывала на бумагу и холст.
И вот среди этих пейзажей её внимание неожиданно зацепили огоньки розовой-бордовой мальвы, милые рыжие веснушки календулы в огороде и небесные звёздочки незабудок в траве. В этот момент её осенило, что «цветок — это не форма, цветок — это сгусток чистого излучения».
Вечером она записала в своём блокноте:
«И каждый атом
Хрустально малый
Пронзает светом
Больным и алым.
И каждый малый
Певуч, как жало,
Как жало тонок,
Как жало ранит
И раним
Жалом,
Опечалит
Начало
Жизни
Цветочно алой».
В один из июньских дней во Владимире случилась гроза. Воздух стал густым, серо‑фиолетовым. Сквозь тяжёлые тучи пробился один‑единственный яростный луч солнца. Он упал на клумбу с наглыми лилиями, превратив их в пылающий костер. Ольга, наблюдавшая за театром небес, замерла в восторге от этой картины. Сверкнула молния, прогремел гром, и небеса обрушили тонны воды на землю. В этот миг в её голове рухнул старый мир вещественности и родился новый беспредметный, основанный на автономии цвета.
«Беспредметное искусство рождено любовью к цвету. Это живопись по преимуществу. <…> цвет — задача и цель», — записала она в свой блокнот и приступила к процессу творения чего-то абстрактного и яркого — практически из ничего. Пальцы, испачканные клейстером, работали быстро, почти слепо. Она взяла полосу густо‑зелёного шёлка — это была память о влажной траве после ливня. Наложила сверху лоскут оранжево‑алого ситца — взрыв лилий. Бумага разной плотности с сопротивлением накладывалась друг на друга, слои вибрировали и не слушались, краска просвечивала сквозь кальку, создавая странный эффект «светоносной прозрачности». Результат превзошёл все её ожидания! Это был её личный «гербарий цвета и света». В нём не было засушенных растений — в нём жили их освобождённые души. Эти странные коллажи создавали ощущение «области разрыва» обыденного пространства и вибрации «другого мира».
Отложив все материалы, она быстро записала: «Цвет для меня — не инструмент, а универсальная цель, к которой стремится художник, используя все подручные выразительные средства».
Ольга аккуратно сложила вырезанные коллажи в плотный почтовый конверт, написала адрес и имя: Алексею Кручёных. В этих маленьких бумажных наклейках, рождённых среди владимирских огородов, была зашифрована ДНК нового искусства. ДНК, которая спустя два года, в революционном 1917‑м, сожмётся до идеальной, вибрирующей изнутри «Зелёной полосы» — главного шедевра русской абстракции.
Она посмотрела в окно на темнеющий Владимир. Старый город засыпал под звон колоколов, а на столе у молодой художницы горел нерукотворный, вечный сад, который никогда не завянет.
Живопись Ольги Розановой можно увидеть в Государственной Третьяковской галерее на выставке «Архетипы авангарда». Проект основан на новаторской идее соединения популярной психологической теории архетипов Кэрол Пирсон, последовательницы Карла Густава Юнга, с искусством русского авангарда начала XX века. Личностные качества авангардистов и создаваемое ими искусство соотнесены с 12 основными архетипами: Дитя, Славный малый, Воин, Опекун, Искатель, Бунтарь, Эстет, Творец, Правитель, Маг, Мудрец, Шут.
Выставка продлится до 7 июня.
А также работы Розановой представлены на экспозиции «Цветы. Символ красоты», которая погружает зрителя в утончённый мир флоральных композиций русских художников. В центре внимания — натюрморт и пейзаж конца XIX – начала XX столетия, времени, когда цветок стал подлинным героем художественного повествования (по 18 октября 2026).
В рассказе использованы цитаты из писем Ольги Розановой и её статьи «Кубизм. Футуризм. Супрематизм».